Доказательство человека. Роман в новеллах

Автор: Арсений Гончуков

Дата написания: 2023

Возрастное ограничение: 16+

Текст обновлен: 30.05.2023

Аннотация

«Доказательство человека» – новая книга Арсения Гончукова, режиссера и сценариста, писателя, шоураннера. Роман в новеллах, где семнадцать этюдов из будущего как фрагменты зеркала, развернутого в завтрашний день.

Искусcтвенный интеллект живет и процветает. Люди оцифрованы и стали бессмертными. Но когда на Земле появляется новый тип человека, биологическим людям приходится переписывать этику и заново договариваться. Сначала с цифровыми людьми, а затем и со всемогущей Цифрой. Человек победил смерть, но обрел ли он мир и счастье?

Арсений Гончуков

Доказательство человека

* * *

Доказательство человека. Роман в новеллах - Арсений Гончуков

У нас есть обезьянка с беспроводным имплантатом с крошечными проводами в черепе, и она может играть в видеоигры с помощью разума.

Илон Маск, 2021

1. Не осуждайте меня

У Игорька в детстве тельце было короткое, ножки длинные, тонкие, похожие на веревочки, хоть узелком завязывай. Головка – маленькая, вихрастая, заросшая темным жестким волосом – сидела сразу на плечиках, без шеи будто. Вид у него был и без того жалкий, а начинал хныкать – совсем смотреть на него без слез невозможно.

Родные, бабушки, дедушки могут начать рассказывать, что я виновата, но обвинять в чем‑то мать, как мне кажется, надо очень осторожно… Мать в детстве ребенка – как политик во время кризиса: идет на непопулярные меры, рискует, действует жестко, но иногда нельзя иначе. Подумайте, зачем матери все это, если не затем, что она любит свое дитя и готова на все ради него?

Не осуждайте меня. Я как лучше хотела, пусть не вышло, но я пыталась… Тем более Игорь быстро восстановился, все забыл и снова заулыбался. Ну, через полгодика… И больше об отце не спрашивал никогда. Даже с соседской девочкой не обсуждал, а у них с Кристинкой тогда ни одной тайны друг от друга не было, не то что со мной. Но я у нее спрашивала – нет, она не помнила разговоров про Николая Евгеньевича, то есть про Колю, ни одного.

Хотя, знаете, я тоже по нему скучала, думала, вспоминала. Смешно, конечно, и глупо, у нас же не было ни отношений, ни близости… К сожалению. Потому что Николай Евгеньевич был хороший и, думаю, я его все‑таки любила.

Один раз только Игорек вспомнил Колю, когда мы жили на 206‑м километре. Только‑только уехали подальше от Ядра, от бетонки… Если вы не знаете, это то, что раньше называли Москвой, – муравейники многоэтажек прямо рядом с энергоблоками в центре столицы… Теперь настоящий город на периферии, начинается с 20‑го, самого престижного, километра, где у всех свои дома, и вот и у нас крошечный домик появился…

Сын проговорился, ну на эмоциях вырвалось у него, из самой глубины, как говорится, детской памяти… Вспомнил тот самый случай, когда он притащил домой водяной пистолет. Как мы в детстве называли их, «сикалки». Китайские такие, из разноцветной прозрачной пластмассы, красные, зеленые, желтые – сплошь ядовитые оттенки! И запах от них резиново‑пластиковый.

Утро субботы, запусков нет, небо чистое. Я стояла у окна с чашкой кофе. И вдруг хлестнуло по тапочке, даже не поняла, что это. Оборачиваюсь и вижу Игорька, его хитрую мордаху, и снова что‑то по ноге хлещет.

– Гошка! Ты чего делаешь! – крикнула.

– А что‑о?! – запищал весело.

– Сейчас отниму у тебя эту штуковину!

– Ты убита! Убита! Беру тебя в плен!

– Бери! – развожу руками, Гоша улыбается, светится, глаза как искорки.