Драконья луна

– А если они нападут вновь, то тогда уже будет совершенно неважно, что я говорила. Но я надеюсь, Толи, ты будешь исполнять свой долг перед королевством до последнего вздоха. Предоставь сражение взрослым охотникам. – Она отёрла руки о чешуйки на платье, словно давая понять, что разговор окончен.

Толи подняла взгляд на картины, висевшие под потолком, слёзы закипали в уголках глаз. Она сжала зубы и, презирая себя за дрожь в голосе, бросила:

– Слушаюсь.

Лишь Спар понимала, что драконам нельзя верить. Неважно, что там плетут в древних легендах. Они просто злобные и мерзкие твари. Почему её мама и все остальные никак не могут принять эту истину?

Разочарование крепло, как мороз, распирая девочку изнутри. Как она может читать предание? Как она может рассказывать своему народу историю, полную преклонения перед чудовищами, убившими её отца? Не может. И дары им приносить тоже не может. А раз у неё не получится ни с преданием, ни с дароприношением, то и королевой быть не получится. Ни сейчас, ни когда‑либо.

 

 

Глава 4

 

Викс знал Толи как свои пять пальцев. И, хотя она и не видела, когда он вышел из зала, друг уже дожидался её у входа в Приют охотников. Наверное, ушёл задолго до неё, чтобы успеть добраться до места, а может, и бежал добрую половину пути, несмотря на скользкие узкие улочки. Бежал к восточному склону утёса, нависавшего над кожелиственными домами.

Мальчик понимал, что после разговора с матерью Толи может пойти только сюда.

В сумеречном небе над домами тускло мерцали звёзды, словно чешуйки на шкуре дракона. У самой вершины утёса яростно завывал ветер.

Толи замедлила шаг, подходя к двум круглым домикам, выстроенным из стволов каменноствольных деревьев и льда.

В первом – Доме памяти – стояли статуи жителей королевства, умерших недавно. Их оставляли там на один драконий цикл, чтобы потом унести в Некрополь, где статуи занимали своё место среди других почивших жителей Галла. Статую мужа королевы уже унесли туда.

Так далеко от стен королевства Толи ещё не забиралась и никогда не видела огромную пустошь, где веками устанавливались статуи предков. Она только знала, что все они обращены взорами на восход Наи и стоят так, пока ветер и мороз не одолеют их, сначала обезличив, а потом обратив в бесформенные ледяные глыбы.

Второй домик назвали Приютом охотников. В ней находились статуи пяти мужчин и четырёх женщин – охотников, которые пали во время последнего злополучного дароприношения. Этот мемориал останется здесь навсегда, чтобы служить напоминанием людям Галла. Для Приюта охотников отец Викса, Белгар Валериан, вытесал вторую статую отца Толи.

Девочка подняла руку, приветствуя Викса. Снег поскрипывал под её шагами.

Мальчик облегчённо выдохнул.

– Так и знал, что ты сюда придёшь. Ты как?

Принцесса пожала плечами.

Викс спрыгнул со ступенек на землю рядом с подругой и подтолкнул её локтем.

– Да ладно тебе. Всё же хорошо.

Толи едва не упала, но не смогла сдержать смех.

Мальчик широко улыбнулся.

– Значит, сегодня вечером ты читаешь предание.

Улыбка на лице Толи погасла.

– Видимо, да.

– Только не рассказывай, что боишься. Ты же знаешь его наизусть.

– Не в этом дело, – прошептала девочка. – Я просто не хочу чествовать драконов. Потому что они не облегчили наши страдания, а, наоборот, сделали всё только хуже.

Викс нахмурился, внимательно посмотрев на подругу. Потом едва заметно кивнул.

– Пошли, – сказал он. – Покажу кое‑что. Тебе понравится.

Мальчик скинул сумку с плеча и уселся на ступеньку.

Толи села рядом.

– Что там у тебя?

– Сейчас сама увидишь. – Он вытащил широкий деревянный кубок, украшенный искусной гравировкой – длиннохвостая лиса, преследующая зайца.

Глаза у Толи расширились от удивления. Викс вечно придумывал что‑нибудь, чтобы разыграть окружающих.