Федерация. Наблюдатель
Вот же… Я даже чуть‑чуть смутился, до сих пор не до конца веря в то, что передо мной не настоящий человек, а робот. Кто, интересно, ей мозги программировал.
– Расскажи мне про функционал этого помещения.
Где‑то через час я уже более‑менее уверенно справлялся с репликатором, информационным терминалом, диваном и ванной комнатой. Даже сумел перекрасить стены, поместив на них симпатичные земные пейзажи.
Алиса смотрела на все это весьма неодобрительно.
– А что мне должны доставить? Ты знаешь?
– Стандартный адаптационный комплект для наблюдателей включает в себя универсальную вакцину, интегрируемый идентификатор, а также барбоса.
– Кого?
– Барбос – личный робот‑помощник низшего уровня.
– Такой же, как ты? – невинно поинтересовался я.
– Ваш неуместный юмор еще больше портит впечатление о вас.
– Да ладно, не обижайся. А что делает интегрируемый идентификатор?
Алиса посмотрела на меня как на идиота.
– Он интегрируется и идентифицирует.
Я пробормотал проклятие. Нет, я не спорю, подсунуть мне такого робота для знакомства с современным миром – это шикарная идея. Но иной раз можно было бы ему и поменьше человечности проявлять.
– А подробнее?
– Личный идентификатор служит для подтверждения статуса владельца и для совершения им финансовых операций. Представляет из себя биологически активную структуру, интегрирующуюся в центральную нервную систему человека.
– Биокомпьютер, что ли? – удивленно пробормотал я.
– Четвертое поколение биокомпьютеров. Самое стабильное и надежное.
– А их не взламывают, случайно? Вместе с мозгами? – мне стало как‑то не по себе от того, что какой‑нибудь хакер сможет забраться мне в голову.
– Взламывают третье и пятое поколение, – любезно поведала Алиса. – Именно поэтому идентификаторы основаны на четвертом.
Ощущение неуютности усилилось.
– А идентификаторов другого типа нет? Без интеграции.
– Использование идентификаторов другого типа требует дополнительных действий. В некоторых случаях это – проба ДНК, в некоторых – сканирование лица или папиллярных линий.
– Да и дьявол с ним. Могу я заказать нормальный идентификатор, а не интегрируемый?
– Можете. Выполнено. Я заказала его вам.
– Спасибо.
Комплект доставили ближе к местному вечеру. Улыбчивый парень лет двадцати вколол мне в руку какую‑то гадость, от которой я мгновенно почувствовал дикий жар, заверил, что все очень быстро пройдет, а затем протянул какой‑то мягкий серебристый браслет.
– А с этим что делать?
– Поместить на запястье, соединить концы, ждать.
Ну, ладно… Под внимательными взглядами человека и робота я сделал, как было сказано. Браслет намертво срастил концы, аккуратно расплылся по руке и неожиданно ущипнул меня за кожу.
– Эй!
– Он взял образец вашей ДНК. Теперь, если его лишить контакта с вами на срок больше десяти секунд, он деактивируется. То же самое при отсутствии пульса.
– Утешили, – проворчал я, крутя на руке совершенно цельное украшение. – А как его снимать?
– Снимать его нельзя, – терпеливо разъяснил инструктирующий меня парень. – Иначе он деактивируется.
– Понятно. А вообще без идентификаторов – никак?
– Слишком много сложностей, – он отрицательно мотнул головой.
– Ясно…
Гость, удостоверившись, что я смирился с украшением, полез в карман и достал оттуда металлический шар размером с детский кулачок.
– Возьмите барбоса. Нажмите на плоскую площадку наверху любым пальцем, он привяжется к вам.
Я опять послушался и шар, внезапно ожив, взлетел с моей ладони и завис рядом.
– Сейчас, он образует связь с вашим идентификатором…
– Привет, шеф! Я твой новый помощник!
– Вот. Теперь можете просто с ним пообщаться, он очень быстро к вам приспособится. Все, я пошел. Хорошего вам вечера!
Парень ушел, Алиса отправилась вслед за ним, даже не попрощавшись.
Я остался наедине с назойливо болтающимся поблизости шаром.
Какое‑то сумбурное и непонятное оно, это будущее. Роботы, создающийся за секунду кофе, летающие шары, глобальные проблемы безопасности… И все это решили вылить на меня в один день. Не понимаю. Пожалуй, от психолога можно было бы и не отказываться.
– Слышишь, Шар! А сколько сейчас наблюдателей находятся на дежурстве?
– Закрытая информация… Доступ получен. Двести семьдесят два наблюдателя.
Хм.
– А сколько наблюдателей первой волны сейчас находятся на дежурстве?
– Три наблюдателя, включая вас, шеф.
Я уставился в потолок. Из всего набора – только трое… Я, конечно, никого из них так толком и не узнал, но все равно.
– Шар, сколько наблюдателей первой волны сейчас живы?
– Семнадцать, включая вас, шеф.
Ну, вот так получается как‑то легче. Все же есть еще шестнадцать человек, помнящих, что происходило двести лет назад.
Мне почему‑то опять вспомнилась сестра. Тоже бывшая частью того, старого мира. О котором сейчас помнят всего семнадцать человек во всей галактике.
Настроение укатилось в черную дыру.
Что‑то слишком часто в последнее время я впадаю в депрессию. Возможно, директор прав и нужно просто отдохнуть. А потом и вообще бросить к дьяволу эту работу. Купить корабль, улететь на Химеру, к Лео и Мелиссе…
Или же просто сходить к психологу.
Следующее утро никак нельзя было назвать добрым.
