Финиш

Престон отвозит меня домой к рассвету. Я ложусь спать, а когда через несколько часов собираюсь лететь домой, открываю дверь, то вижу, что проход перегородили шесть больших коробок. На самой верхней лежит записка.

 

Спасибо, что уберег меня от тягомотных сборов, сводник.

П.

 

 

* * *

 

Той ночью между нами что‑то изменилось. Мы оба это осознавали. Просто не совсем поняли, что именно изменилось. Мне было неведомо, насколько важную роль та ночь сыграет для моего будущего, но сейчас, вспоминая ее, знаю, что это было истинное начало.

Перед глазами встает недавнее воспоминание. Я стою у шкафа Сесилии, пот стекает по моей спине после очередной долгой пробежки с Бо. С интересом рассматриваю ее одежду. Сесилия не падка на бренды. В ее гардеробе нет дизайнерской одежды. В некоторых моментах мы с ней очень похожи, а в иных – полные противоположности. Даже став миллионершей, Сесилия непритязательна в одежде. Ей плевать на деньги, что она ясно дала понять, вручив мне унаследованную ею компанию вместе с доходом, полученным от нашей сделки.

Сесилии не нужны были деньги отца. Она хотела его любви.

Только ее она искала у мужчин, которых повстречала в жизни.

Глажу ткань одного из ее платьев.

– Я заглажу свою вину, mon trésor.

Никогда не жил с женщиной – а в зрелом возрасте вообще, в принципе ни с кем не жил, и на удивление нахожу приятным, что мой первый опыт станет последним. Если позволят время и жизнь. Время, как и любовь, само по себе чертовски безжалостно и не предполагает границ или перемирия. Оно враг. И с тех пор, как я вернулся, мы с Сесилией так и не восстановили прежние взаимоотношения.

Но ей нужно время – время и границы, – и мне придется уступить. Но верно ли будет не напирать на нее? Не отношусь ли я к ней как к слабой?

Она привыкла к другому отношению с моей стороны. Мы не такие по своей сути.

Схватив часть своей одежды, бросаю ее на кровать и подхожу к книжной полке, перебираю книги, пока не нахожу знакомую. Новый библиотечный экземпляр «Поющих в терновнике», похожий на тот, что несколько месяцев назад сгорел в ресторане.

«Полагаю, я навсегда останусь девушкой, желающей несбыточного».

Открыв книгу, перелистываю несколько страниц и хватаюсь за голову, когда вижу имя главной героини.

 

– Почему «У Мэгги»?

– Долгая история.

– Я ее знаю?

– До мелочей и как сторонний наблюдатель.

 

– Кинг, ты чертов идиот, – бормочу я.

Пару раз из любопытства пролистывал эту книгу, но не запомнил имена персонажей. Был слишком захвачен Сесилией, чтобы увидеть истинное значение этой книги, а спустя столько лет остался таким же невеждой.

Сесилия назвала свое кафе именем главной героини «Поющих в терновнике», истории, близкой ее сердцу. Украв этот роман из городской библиотеки, Сесилия предопределила нашу судьбу. Теперь ясно, что она сравнивала себя с Мэгги, а нашу историю – с той, что разворачивалась на страницах. Черт побери, да я выучу этот роман наизусть, раз он значит для нее так много. Но пока совершенно не понимаю, как поступить.

Впервые веду игру, не имея стратегии, а Сесилия продолжает жить так, словно я – помеха, которую ей приходится обходить. Сегодня утром она оставила меня дома намеренно, чтобы я больше ее не отвлекал.

Расстроенный, иду в ванную, открываю шкафчик для лекарств и с радостью вижу противозачаточные.

Это мы еще обсудим. Беру стоящую рядом бутылочку лосьона, снимаю крышку и делаю вдох.

В нос тут же ударяет знакомый аромат – ее аромат. Один из пусковых факторов зависимости от нее. Когда читаю на этикетке название, понимаю причину.

Можжевельник.

Неудивительно, что я пристрастился к аромату Сесилии. Каждую ночь упиваюсь ее ароматом… в своем чертовом джине.

– Отлично сыграно, королева, – задумчиво бормочу, закупориваю лосьон и закрываю шкафчик.

Порывшись в ящиках, понимаю, что веду себя, как настоящий сталкер, который знать не знает, что ищет. Озарение? Средство, которое поможет снова ее завоевать? С досадой захлопываю ящик, зная, что не найду ничего полезного, пересчитав ватные палочки. В кармане вибрирует телефон, и я, обрадовавшись поводу отвлечься, достаю его.

Входящий от Тайлера.

Через минуту я отвечаю:

– Тобиас.

– Тебе обязательно было ставить меня на место, ответив после двух гудков?

– Добрый день, мистер Президент. Как вам в Белом доме?

– Кровать очень удобная, мистер Кинг, – парирует он тем же жизнерадостным голосом. – Звоню вам, чтобы выразить благодарность за помощь и вклад в предвыборную кампанию.

– Считаю, деньги потрачены не напрасно. Похоже, мы разделяем мнение относительно политики и перемен.

– А это вторая причина моего звонка. Хотел заверить тебя, что буду без устали работать на благо страны.

– Я в вас не сомневаюсь, сэр.

Он перестает ходить вокруг да около.

– Сколько лет минуло с колледжа, да, Кинг?

– Очень много. Удивлен, что вы меня помните. Вы проучились во Франции всего один семестр.

Это ложь. Не срок, который он проучился в колледже, а обсуждение нашего знакомства. Разговоры всегда прослушиваются, и нам лучше не рисковать. С той поры, как двадцать лет назад, слегка подшофе и жаждущие наесться до отвала, зашли позавтракать в то кафе, мы стали близки благодаря зародившимся между нами доверию и уважению.

Впервые я раскрыл постороннему планы на Романа, а Престон поделился стремлениями. Мы вместе продумали наши цели, вместе мы их и осуществили.