Гонщики кампуса. Бойфренд из книг
– Может, хватит, а? Еще один пункт, и я пойду топиться в Сайото[1].
Она откладывает в сторону ручку и отпивает смузи.
– Слушаю тебя, о, великая жрица! Что я должен сделать? Каков же он будет, волшебный рецепт, продиктованный твоими книгами, как мне стать парнем мечты?
– Мы называем это книжный бойфренд, – серьезно объясняет она. – Ну, ты же понимаешь, что это все в теории, исключительно на словах?
– Задаю тебе тот же вопрос.
– Я прекрасно это знаю! – тотчас же вспыхивает она. – Именно поэтому мне это нравится!
– Не спрашивал до сих пор, но у тебя есть парень?
– Нет!
Она настолько возмущенно это сказала, будто иметь парня было чем‑то абсолютно выходящим за рамки ее принципов.
– Почему так категорично?
– Не хочу, чтобы у меня был парень, вот и все.
– А мне казалось, все девчонки только этого с нетерпением и ждут.
– Но не я.
– Можно спросить тебя, по каким причинам?
– Ты можешь спросить, но я могу не ответить!
– Кэрри… – Я смотрю на нее строго, чтобы она перестала строить мне козьи морды.
Она поджимает губы и кривит рот, прежде чем снова заговорить.
– Прежде всего потому, что предпочитаю сосредоточиться на учебе…
Эта фраза прозвучала настолько странно, будто хотела она сказать что‑то совершенно другое.
– Ну, и потом, каждый раз я напридумываю себе всякого про парней, и в конечном итоге горько разочаровываюсь.
– Что ты напридумывала обо мне?
– Абсолютно ничего! – живо отвечает моя спутница. – Что касается тебя, то тут я реалист.
Нет, ну какая стерва!
– Открой мне тайну, Кэрри. Чего ты ждешь от мужчины?
Она отправляет в рот последний кусочек пончика и слизывает крошки с пальцев.
– Хочу, чтобы он был настолько без ума от меня, что использовал бы все мыслимые возможности для спасения моей жизни, даже если бы это было запрещено.
Ну и… что?
– Что ты сейчас читаешь? – посмеиваясь, спрашиваю я.
– Неземную романтику… Я влюблена в этого парня, – вздыхает она, подперев щеку ладонью.
На какое‑то мгновение девушка задумывается, потом встряхивает головой.
– Да какая разница, чего я жду! Единственное, что имеет значение, это…
– Это?..
– Да блин, не знаю! – взрывается она, ерзая на стуле. – Ладно, я читаю слишком много книг, в которых люди влюбляются и живут потом долго и счастливо, сгорая в огне взаимной любви! О`кей, я решила помочь тебе, потому что от твоей исповеди у меня мурашки по коже пошли. Но я не знаю, что нужно делать, понимаешь? Никаких идей о том, куда и как я должна тебя направить. Я…
– Да успокойся, Кэрри. Когда это я просил тебя написать пару десятков страниц научной работы на эту тему? Или таблицу? Мы же можем просто поговорить об этом и посмотрим, что нам это даст.
– Ну… Тоже вариант, – соглашается она, уставившись на стакан.
– Не собираюсь набивать себе на заднице инструкцию по правильному поведению. Просто хочу, чтобы ты поделилась со мной своим видением, учитывая то, что ты хорошо по книгам шаришь в таких вещах.
– «В таких вещах по книгам»? – повторяет она, наконец‑то глядя мне в глаза. – Это что значит?
Кэрри говорит на повышенных тонах, но отнюдь не из‑за нашей беседы. Нет, она вынуждена говорить громче, потому что за соседним столиком ссорится парочка примерно нашего возраста. Не слежу особо за их беседой, но там что‑то про телефон, пену для бритья и скотч. Впечатляет!
Кэрри пытается перекричать их, но громкость только увеличивается.
– Так, короче, довольно! – внезапно срывается она и поворачивается к ним. – Вы не могли бы выяснять отношения без свидетелей?
Я аж подавился напитком от ее резких слов. Кэрри никогда не любезничает, чтобы скрыть свое раздражение, и эта черта мне в ней очень нравится. Это выглядит забавно. Сейчас наконец‑то не я ее мишень, значит, смогу вдоволь насладиться зрелищем!
Парочка старается говорить тише, но все же их разговор по‑прежнему отлично слышен. Пристально смотрю на мою новую подругу и с трудом сдерживаю смех.
– Так, я больше не могу! – взревела она, заерзав на стуле.
– Прошу прощения, конечно, но, похоже, он отказывается признавать свои ошибки! – жалобно говорит девушка, скрестив руки на груди.
– Да какие еще ошибки? – перебивает ее парень.
– Чувак, ты вот уже двадцать минут пялишься на сиськи вон тех девчонок в глубине зала, – говорит Кэрри, указывая на них своей соломинкой.
Как она это заметила?
– Ага! – с победоносным видом восклицает девушка. – Я знала, знала! Ну и придурок же ты.
– Да ты‑то будто лучше, – срывается ее парень. – Думаешь, я не вижу, как ты все время смотришь на него сквозь солнечные очки?
«На него» это на меня.
Пытаюсь скрыть непроизвольный смешок, поднося стакан кофе ко рту.
– Ну вот, все прояснили, наконец. Теперь давайте, идите отсюда, прогуляйтесь, расстаньтесь, переспите, бамбук покурите, – умоляет Кэрри. – Все, что хотите, только шуруйте подальше отсюда!
Они молча смотрели на нее, пока парень все‑таки не нашелся, что ответить:
– Да иди ты…
– Ола! Эй, приятель, лучше не надо, – предупреждаю я, повернувшись к нему лицом. – Я был весьма терпелив все это время, не заставляй меня об этом пожалеть.
Заканчивая фразу, я хмурюсь так сурово, как умеем только мы, Волински, эта особенность передается у нас из поколения в поколение.
[1] Река в Центральном и Южном Огайо.
