Испанский любовный обман

– Что? Конечно. С чего такие вопросы?

Я примостилась на краешке пассажирского кресла. Колени почти утыкались в приборную панель.

Аарон окинул меня взглядом, оценивая позу.

– Да, к сведению, – пришлось торопливо добавить. – Я всегда так езжу. Люблю смотреть на дорогу с близкого расстояния. – Я притворилась, будто разглядываю окружавшие нас автомобили. – Обожаю час пик. Он такой…

Машина вдруг рывком остановилась, и меня швырнуло вперед. Глаза закрылись сами собой. Я уже почувствовала на вкус пластик с деревом, которым была обшита приборная панель, но что‑то уберегло меня от удара.

– Господи… – раздалось над ухом.

Рискнув приоткрыть один глаз, я увидела, как наперерез нам проезжает грузовик из доставки. Я открыла и второй, решив глянуть, отчего не пересчитала лицом все выпуклости на приборной панели.

Чуть ниже шеи… хотя ладно, чего уж греха таить – прямо на груди лежала распластанная пятерня.

Не успела я моргнуть, как меня подвинули назад – решительно, с соответствующим звуковым сопровождением. Лопатки уткнулись в спинку.

– Сиди тут, – велели мне. Пальцы приятно грели кожу сквозь мокрую ткань. – Если переживаешь за обивку, это просто вода. Высохнет.

Аарон говорил столь же раздраженно, как и пять минут назад. Если не злее.

Он рывком убрал руку.

Я сглотнула, схватившись за ремень безопасности, где только что лежала ладонь Аарона.

– Не хочу испортить тебе кресло.

– Не испортишь.

– Ладно.

Я покосилась на него исподлобья.

Блекфорд не отрывал взгляда от дороги, явно посылая лучи проклятия машине, ответственной за маленький инцидент.

– Спасибо.

Наконец мы тронулись с места. В салоне повисла тишина. Аарон сосредоточенно вел машину, я с головой ушла в мысли.

Отчего‑то вспомнился разговор с Рози.

«Не думаю, что Аарон так уж плох», – сказала она днем. Почему эти слова пришли мне на ум прямо сейчас? Мистер Само Совершенство вел себя, как всегда.

Только спас меня из‑под дождя. И не дал выбить зубы о приборную панель.

Тихонько вздохнув, я прокляла себя за то, что собиралась сделать.

– Кстати, спасибо, что распечатал днем бумаги, – чуть слышно сказала я, мечтая забрать эти слова обратно. Но я умею быть вежливой. По крайней мере, изредка. – Очень любезно с твоей стороны.

От последней фразы я невольно скривилась. Она странно легла на язык.

Я повернулась посмотреть на Аарона. Хищно выдвинутый вперед подбородок немного расслабился.

– Спасибо, Каталина.

Он не отрывал взгляда от дороги.

Ух ты. Гляньте‑ка. Оказывается, мы умеем вести цивилизованные переговоры.

Не успела я додумать эту мысль, как по спине пробежала дрожь. Я обхватила себя руками, тщетно пытаясь согреться в мокрых тряпках, в которые превратилась моя одежда.

Аарон щелкнул каким‑то тумблером, включив подогрев сиденья. Горячий воздух ласково прошелся по ногам и рукам. Стало теплее.

– Лучше?

– Намного. Спасибо.

Я посмотрела на него с легкой улыбкой.

Аарон повернул голову и глянул на меня с заметным скепсисом.

Кажется, он ждал продолжения фразы.

Я закатила глаза.

– Блекфорд, не бери в голову.

– Ни в коем случае. – Он убрал руку с руля. Как ни странно, в голосе прозвучал намек на усмешку. – Просто интересно: мне радоваться молча или лучше спросить, здорова ли ты?

– Отличный вопрос. Если бы я знала, что ответить. – Я пожала плечами, вовремя прикусив язык, чтобы не отпустить очередную колкость. И вздохнула. – Хочешь честно? Я мокрая, голодная до чертиков и устала как собака. Поэтому на твоем месте я бы радовалась.

– Плохой день?

Усмешка из голоса пропала.

Чувствуя, что меня вот‑вот снова затрясет от холода, я поглубже нырнула в сиденье.

– Скорее уж неделя.

Аарон только хмыкнул в ответ. Издал низкий звук, больше похожий на рык.

– Может, тебя удивит, но на этой неделе была готова зверски прикончить разом несколько человек, – призналась я, решив, что наше перемирие – неплохой повод выговориться. – И ты даже не в первых строках списка.

Аарон чуть слышно фыркнул. Раз у нас перемирие, то признаю: мне понравилось. Я спрятала улыбку.

– Я… – Он замолчал, обдумывая свои слова. – Даже не знаю, как на это реагировать. Обидеться или обрадоваться?

– Как пожелаешь, Блекфорд. Тем более еще весь вечер впереди. Успеешь по праву занять первое место в списке моих будущих жертв.

Мы остановились на светофоре. Аарон повернулся ко мне, удивив легкой, непривычно расслабленной улыбкой. Глаза у него были ясными, хмурые складки разгладились.

Мы уставились друг на друга. По спине опять пробежала дрожь.

Наверное, из‑за мокрой одежды.

Не теряя ни секунды, будто у него глаза на затылке, Аарон повернулся к дороге в тот самый момент, когда светофор переключился на зеленый.

– Говори, куда ехать.

Удивившись неожиданной просьбе, я огляделась и увидела за окном знакомый проспект.

– О, – пробормотала я. – Мы уже в Бруклине?

Я так увлеклась, что совсем забыла сказать Аарону, где живу. Впрочем, он выбрал верное направление.

– Ты ведь здесь живешь, да? В Северном Бруклине?