Испанский любовный обман
– Да, – выпалила я и закивала. – В Бед‑Стае[1]. Но… откуда ты знаешь?
– Ты вечно жалуешься.
– Что?
Я недоуменно моргнула.
– Здесь проедем или лучше повернуть?
Откашлявшись, я с запинкой выдавила:
– Да, езжай по Гумбольдт‑стрит, потом скажу, куда дальше.
– Хорошо.
Я вцепилась в ремень безопасности. Отчего‑то стало жарко.
– В каком смысле я жалуюсь?
– На дорогу, – пояснил Аарон. Я открыла было рот, но он продолжил: – Ты постоянно упоминаешь, что тебе ехать из Бруклина целых сорок пять минут. – Он задумчиво помолчал. – Причем возмущаешься почти каждый день.
Я поджала губы. Ладно, допустим, я иногда жалуюсь – только не ему же. Я не виновата, что он все время ошивается рядом. И вообще, никогда бы не подумала, будто Аарон проявляет интерес к чему‑то, помимо рабочих дел. Например, к моей персоне.
Аарон неожиданно спросил:
– Кто меня все‑таки обошел? В списке твоих будущих жертв?
– Хм… – Я помолчала, удивленная, что он заинтересовался этой темой.
– Хочу знать, с кем соперничаю, – сказал он, заставив на него посмотреть.
Ого, он что, шутит? Господи боже мой, и правда!
Разглядывая его профиль, я настороженно улыбнулась.
– Давай посмотрим. – Хорошо, подыграю. – Значит, так, сперва Джефф. – Я загнула палец. – Потом моя кузина Каро. – Второй палец. – И Джеральд. Куда же без него? – Я уронила руки на колени. – Вот видишь, Блекфорд, ты даже не попал в тройку лидеров. Поздравляю.
Если честно, я и сама этому удивлялась.
Аарон отчего‑то нахмурился.
– У тебя проблемы с сестрой?
– Так, пустяки. – Я махнула рукой, вспоминая мамины слова – что этот доморощенный Шерлок Холмс искал доказательств существования моего жениха. – Семейные неурядицы.
Аарон будто задумался. Мы долго ехали молча. Я воспользовалась случаем и выглянула, глядя на размытые улицы Бруклина сквозь текущие по стеклу капли.
– Джеральд – урод, – сказал вдруг мой водитель.
Распахнув глаза, я повернулась к нему. Аарон опять стиснул зубы.
Никогда не слышала, чтобы он ругался.
– Однажды он получит по заслугам. Даже странно, что его до сих пор терпят. Если бы я мог…
Аарон покачал головой.
– Если бы ты мог, то что? Что бы ты сделал?
Аарон заиграл желваками. Он не ответил, поэтому я отвела взгляд, рассматривая проезжавшие машины. Разговор опять зашел в тупик. Я слишком устала, чтобы искать в его словах подтекст.
– Все нормально, я не в первый раз с ним цапаюсь.
– То есть? – странным голосом спросил Аарон.
Решив не обращать внимания, я постаралась ответить как можно честнее, но не вдаваясь в лишние подробности. Не хотелось ни жалости, ни сочувствия.
– С тех пор, как меня поставили начальником отдела, он позволяет себе неприятные выпады в мой адрес. – Я пожала плечами, сложив на коленях руки. – Такое ощущение: он бесится, что человек вроде меня стоит на равной с ним позиции.
– Что значит – «вроде тебя»?
– Ну… – Я выдохнула через рот, отчего стекла в машине на секунду запотели. – Женщина. Сперва я думала, это из‑за возраста – мол, я слишком молодая, чтобы возглавлять отдел, и он боится, я не потяну. Это было бы логично. Потом я решила – из‑за того, что я иностранка. Ребята иногда высмеивают мой акцент. Однажды я слышала, как Тим насмешливо назвал меня Софией Вергарой. И, если честно, восприняла как комплимент. Мне бы ее фигуру или чувство юмора. Хотя я на свои формы не жалуюсь. Вполне собой довольна.
Во мне нет ничего примечательного. Правда. Особенно там, откуда я родом. Карие глаза, каштановые волосы. Средний рост. Не худая, не толстая. Бедра пышные, грудь – не очень. Таких, как я, – сотни женщин. В общем, я обычная. Отнюдь не модель.
– Было бы неплохо сбросить пару килограммов – пока не получается, – добавила я.
Слева прозвучало странное хмыканье, заставляя опомниться: я не только отвлеклась от темы, но еще и делюсь с Аароном самым сокровенным, хотя он поддерживает разговор из чистой вежливости.
– Как бы там ни было… – Я откашлялась. – Джеральду не нравится, что я занимаю свою должность, и мой возраст и происхождение ни при чем. Так устроен мир. Так было и так будет всегда.
Снова повисла тишина.
Я посмотрела на Аарона, желая понять, о чем он думает: почему до сих пор не читает мне мораль и не попрекает за жалобы. Наверное, ему все равно.
Он буквально окаменел. Стиснул зубы, нахмурил брови.
Впереди мелькнул нужный перекресток.
– О, здесь поверни, пожалуйста, направо, – велела я, отводя взгляд. – В конце улицы.
Аарон молча выполнил указания. Держался он по‑прежнему скованно – будто его всерьез задели мои слова. К счастью, впереди показался мой дом, и я не успела спросить, в чем дело.
– Вот туда. – Я указала пальцем. – Дом справа. С темно‑красной дверью.
Аарон подъехал и остановился на пустующем месте, каким‑то чудом поджидавшем нас прямо возле крыльца. Он заглушил двигатель, и я невольно залюбовалась его размеренными движениями.
Тесный салон автомобиля укрыло тишиной.
Еле сглотнув, я огляделась. Чтобы сосредоточиться, принялась разглядывать бурые камни бруклинской улицы, чахлые деревца по обе стороны дороги и пиццерию на углу, где я иногда обедала, если готовить было лень.
С каждой секундой, что я проводила в машине, тишина давила все сильнее.
Неуклюже отстегивая ремень безопасности и безо всякой на то причины заливаясь краской, я открыла рот:
– Спасибо, я, наверное…
– Ты подумала над моим предложением? – перебил Аарон.
[1] Бедфорд‑Стайвесант – район на севере Бруклина.
