Исповедь демонолога
К тому же все вокруг было отделано деревом – и это на нашем Острове, где лес вырубили еще до Потопа, а новый так и не вырос. Паркет из молочного дуба, и из него же – резные стенные панели, столбики кровати и шкаф. Благодаря этому теплому, мягкому цвету комната как будто сияла.
– Тебе нравится? – Принцесса отвлеклась от подоконника и посмотрела на меня.
Я поймал ее взгляд и улыбнулся – скромно и обещающе, как спутнику и пристало. В первые дни я долго тренировал эту улыбку. И этот взгляд. Лучше всего получалось, если повторять про себя: «Ты моя. Я нужен тебе. Ты меня любишь».
Этот фокус удавался мне всегда. Я смотрел и ждал, что принцесса тоже улыбнется, подойдет ближе, потом остановится и… Нет, эта не остановится. Эта поцелует сама, а после… Все будет как обычно. Я даже хотел этого – чего‑то привычного во всем этом… хаосе.
Шериада действительно улыбнулась – но изумленно, словно не восхищалась мной, а глазам не верила. А потом, отвернувшись, рассмеялась, как будто я рассказал ей очень смешную шутку.
Вздрогнув, я отвел взгляд.
– Э‑э‑элвин, – протянула принцесса. – Боги и бездна! Не старайся, на мне твои чары не сработают. Я все‑таки… Ну… – Она снова залилась искристым волшебным смехом. Потом обернулась, сама поймала мой взгляд и успокоилась. – Ну же, я не хотела тебя обидеть. Но это и правда смешно. Если тебе что‑то нужно, просто скажи, ладно? Вдобавок ты уже мне очень важен. Зачем меня чаровать? – Она покачала головой. – Однако должна заметить: прекрасное исполнение. Для человека, который в магию даже не верит… Браво.
– Благодарю, госпожа, – выдавил я. Нужно было что‑то сделать, а я стоял как идиот.
Она прошла мимо меня к двери.
– Идем, я покажу тебе библиотеку.
Дверь слева в середине коридора украшал вырезанный на деревянной панели кот с внимательными зелеными глазами. Уверен, он смотрел на меня, когда мы подошли, а коридор перед нами вытянулся. Впереди зажглись светильники в раззявленных стеклянных клювах птиц. Наверняка поместье принцессы было наполнено такими иллюзиями. Что ж, кто чем увлекается. Некоторые придворные – золотом. Шериада же, очевидно, жить не могла без своей таинственности.
Ее библиотека поразила меня даже больше роскошной спальни. Помните, я хвалил королевскую библиотеку во дворце? Забудьте. Принцесса или была из тех, кто кичится книгами, как золотыми ночными горшками, или тоже обожала чтение – и я надеялся на второе. Хоть одна общая тема у нас будет. Если она когда‑нибудь перестанет говорить про эту свою магию.
Стеллажи тянулись от порога, и их ряды казались бесконечными. Здесь тоже имелись лестницы и десятки уютных ниш с диванами, креслами, пуфами… Всем, что в голову взбредет. Были даже качели – помню, уставился на них как дурак. Качели в библиотеке – это ж додуматься надо! Рядом стояла стеклянная витрина с напитками и десертом. Неподалеку я заметил роскошный письменный стол‑секретер. Рядом – шахматный столик.
– Заниматься можешь здесь. – Принцесса подошла к столу, достала из ящика лист бумаги – очень белой, даже блестящей. Я ожидал увидеть на нем королевский герб, но ничего такого не было. – Держи. Посмотри, поймешь ли ты мой почерк. Признаться, я вчера ночью это писала. Странно, что шоколадом не заляпала… В общем, держи, а я пока соберу тебе книги.
На листе и правда был маленький коричневый отпечаток в правом углу. Почерк у принцессы действительно оказался непростым. Я с трудом разобрал лишь первую строчку: «Почему вода в Алом водопаде красного цвета?», когда слева от меня раздался сначала тихий шелест, потом шуршанье, а после – характерный звук упавшей книги.
– Бездна, – выдохнула принцесса, балансируя на верхней ступеньке лестницы у ближайшего стеллажа. – Элвин, лови ее, а то убежит!
Я осмотрелся.
– Кого, госпожа?
– Да книгу же!
У лестницы действительно лежала книга в черном кожаном переплете. Конечно, никуда она не бежала. Я послушно поднял, а Шериада буквально выдернула ее у меня. И принялась выговаривать – не мне, а книге:
– Ты ж смотри, какая шустрая! Дождешься, прикую к полке. Что, почуяла демонолога и притихла, да? Смотри у меня!
«Ты ведь и так знал, что она чокнутая, – думал я. – Чему ты удивляешься?»
– Ну как, ты разобрал мои вопросы? – позвала принцесса. С лестницей она управлялась лихо – раскачивала ее, как акробат трапецию.
– Все в порядке, госпожа.
– Да? Замечательно. А вот и твои… уф!.. книги.
Она спустилась, и я только сейчас сообразил, что слова о книгах все‑таки не были метафорой. В руках у принцессы покачивалась целая башня из десяти увесистых томов – Шериаду за ними даже не было видно.
– Вот, все твое, – довольно сообщила она и положила это богатство на стол рядом со списком. – Итого у тебя неделя. Ты должен все это прочесть и быть готовым ответить на вопросы, которые я написала, – она кивнула на список, а потом улыбнулась: – Я же говорила, ничего страшного.
– Да, госпожа, – пробормотал я, переводя взгляд с нее на книги.
Принцесса улыбнулась и осторожно похлопала меня по плечу:
– Ты справишься. Я в тебя верю. – Потом добавила: – Меня всю неделю не будет. Так что непонятные места отмечай, и потом мы с ними разберемся. Я вернусь ровно через семь дней, час в час, минута в минуту: у меня так портал настроен. – Она помедлила, потом потянулась к моему воротнику. – Как у тебя привязка прошла?
Я замер, и она выудила из‑под сорочки подвеску на шнурке – ту самую, из оникса в серебряной оправе. Я не видел ее с позавчерашней ночи и посчитал сном, но вот она – теплая, мягко мерцает в руке принцессы.
– Отлично, – кивнула Шериада. – Она тебе не мешает?
– Нет, госпожа.
Принцесса осторожно спрятала ее обратно под одежду. Камень должен был холодить кожу, а шнурок тянуть, но ничего подобного я не чувствовал – подвески как будто не было.
Принцесса посмотрела на массивные часы, украшенные крылатым змеем, вырезанным из дерева.
– Если честно, мне пора бежать. У тебя есть вопросы?
Конечно! Миллион.
– Нет, госпожа, – улыбнулся я.
– Ну и прекрасно. Чувствуй себя как дома, располагайся. И учти – я добрая, но если через неделю ты мне на это, – она кивнула на список вопросов, – не ответишь, я буду очень, очень злая. – Принцесса усмехнулась, и так жутко это у нее получилось, что я снова вздрогнул. – Поверь, ты не хочешь меня злить. Что ж, удачи.
Сказав это, она развернулась и стремительно направилась к двери. Ее легкие шаги очень скоро стихли в коридоре, а я остался стоять как дурак, не понимая, что это было, и главное – что теперь делать?
Часы пробили пять вечера. За окном загорелся алый закат, тот самый предвестник бед.
