Истинная вера. Королевство Вансланд

Также в гостиной находился еще один молодой мужчина, которого Амелина прежде не видела. Выглядел незнакомец очень примечательно: длинные русые волосы, практически доходящие до пояса, обруч вокруг головы – такие часто носили менестрели, – глаза приятного янтарного цвета и невероятно располагающее умиротворение на лице. Одет он был в светлое платье с зелено‑золотым растительным орнаментом по канту.

– Приветствую, сестра, – незнакомец заметил их появление первым и спешно поднялся. Другие последовали его примеру. – Я – Тедерик, а ты, должно быть, Амелина?

«Сестра», «брат» – так часто обращались к друг другу представители орденов. Судя по невероятной простоте общения и примечательной внешности, новый знакомый принадлежал к адептам «Пламенного сердца», ордена, воспевающего любовь во всех ее проявлениях и пропагандирующего единство с природой. Своих храмов они не имели, проводя ритуалы исключительно в лесах, рощах и на побережье, восхваляя бога любви и гармонии Пламенного. Амелина слышала, что в Совете есть кто‑то из них, наверное, это Тедерик.

– Приветствую, брат, – она вежливо поклонилась. – Милорды, рада видеть вас снова. Прошу…

– Амелина, – прервал ее принц, – не надо. Тут мы не любим церемоний. Присаживайтесь, и продолжим наш интереснейший разговор.

Зак поспешил отодвинуть свободный стул, и Амелина заняла место между лордом Фламмом и Его Высочеством.

– Ну что, барышне удалось выпросить себе в мужья Нейта? – Блендверк оторвался от чтения и бросил ехидный взгляд на Амелину, оказавшуюся напротив него. – Когда свадьба?

Услышав это, Розмари вспыхнула и с надеждой посмотрела на Натаниэля, взглядом призывая вступиться за сестру, незаслуженно ставшую объектом насмешек. Однако в заступниках Амелина не нуждалась.

– А вы, я смотрю, выпросили у ректора столичной Академии магии манускрипт позапрошлого века. Разве его не запрещено выносить за пределы читального зала? – поинтересовалась Амелина, рассматривая свиток в руках лорда. – Это из‑за нашего спора? Помнится, чтобы получить экземпляр этой работы, братьям пришлось жить в Академии около двух месяцев, пока они ее переписывали.

– Нет, – буркнул Джерард, воровато поглядывая на недовольного принца. – Я просто одолжил на время, Эд. Дочитаю – верну.

– Одолжил? – Эдвард нахмурился. – Когда мне ждать очередной жалобы ректора? Джед, твоя…

– Амелина, – громко произнес Натаниэль, намекая друзьям, что для подобных разговоров не место и не время. – А зачем вашему ордену магические книги?

– Беречь знания – одна из наших миссий. Не важно к какой области науки они относятся: истории, целительству или магии. Братья и сестры специально разыскивают древние труды, которые существуют в единственном экземпляре, и делают копии. Кроме того, многие из книг и рукописи, написанные на мертвых языках, мы переводим.

– Вот это я и хотел обсудить, – спохватился Эдвард. – Амелина упомянула, что орден «Истинной веры» помогал прежнему Ковену искать способ избавиться от проклятия…

Молодые люди переглянулись. В глазах Зака вспыхнул азарт, по лицу Натаниэля скользнула тень какой‑то обреченности, Кевин с любопытством взглянул на девушку, а Джерард, вскочив со своего места, буквально закричал:

– Что ты знаешь?!

– Джед, – Эдвард бросил на друга еще один осуждающий взгляд. – Амелина спросила меня, что знаем мы, и я, подумав, понял, что практически ничего. Или я ошибаюсь? Кевин?

Капитан Этеров нахмурился и вопросительно посмотрел на Натаниэля, который полностью погрузился в свои мысли.

– Как точно звучит это Проклятие? Есть какие‑то записи? – Амелина обратилась к лорду Кемпферу, но тот неопределенно пожал плечами.

– Записи? – удивился Зак. – Но оно ведь известно всему Королевству: «У славного короля Эрхарда родится сын, который будет обладать великой магической силой. В день своего восшествия на престол обернется наследник страшным демоном, который уничтожит Вансланд и ввергнет его в войну». Так ведь?

– Не так, – процедил сквозь зубы Блендверк. – В твоем варианте Королевство и погибнет, и будет ввергнуто в войну. Как это возможно одновременно?

– А какой у тебя вариант? – поинтересовался младший принц.

– Ну, – Блендверк задумался, – я слышал про монстра, который сразу все уничтожит.

– А у нас говорят, что принц обернется упырем и будет пить кровушку у люда беззащитного, – поделилась знаниями Розмари. – Только госпожа Беата считает, что это глупости. И сильно бранится…

– Рози, помолчи, – Амелина строго посмотрела на сестру. – У нас действительно говорят разное. Но все это страшилки…

– А зачем нам именно то, что сказал какой‑то чокнутый фанатик? И так же все ясно, – снова поинтересовался Зак, обращаясь на этот раз к друзьям. – Нейт, Кевин, вы учились в Академии. Что там по части проклятий?

Натаниэль и Кевин переглянулись.

– Так получилось, что только Натаниэль и Кевин могут похвастаться полноценным магическим образованием, – пояснил Эдвард, обращаясь к Амелине. – Мы с Заком обучались на дому. После многочисленных покушений отец боялся отпускать меня из дворца. А Зак наотрез отказался ходить в Академию один. Джед у нас, – принц замялся, – тоже получил домашнее образование, у него был учитель. А экзамены Академии сдал недавно экстерном.

– Мы‑то учились, – лорд Кемпфер почесал затылок. – Только на факультете боевой магии. А проклятия – это больше по части некромантов. Да, Джед?

– Да, – согласился Блендверк. – Только мой старик на эту тему не слишком‑то распространялся. Все же запрещенная магия, а он и так в свое время набедокурил. Но если коротко, то… – Джерард задумался. – То, что в народе зовут проклятиями, делится на три вида: сглаз, порча и непосредственно проклятье. Сглазить может обычная деревенская баба с крупицами силы, которая толком не проявилась. Позавидовала соседке, да сказала в сердцах чего, а у той начались несчастия: то на кур мор нападет, то корова доиться перестанет. За такое по закону не наказывают. Сложно доказать, да и непреднамеренно. Некромант запросто такой сглаз уберет. Опять же, амулеты есть защитные. Порча – уже другое дело. Тут может и не обученная толком ворожея «постараться», и некромант. Порча наводится специально на конкретного человека и конкретно оговаривает «неприятности». «Венец безбрачия» – девка замуж никогда не выйдет, «вдовий крест» – мужья и жены будут умирать, «венец бездетности» – детей не будет, «венец бедности», и так далее. У деревенских ведьм свой стандартный набор. Некромант может что‑то позаковыристей придумать, оригинальное. Это уже посложнее – амулет не поможет. Тут надо к магу идти, ну или вон, к ним. – он кивнул в сторону Амелины и Розмари. – В «Истинной вере» порчу тоже снимают, насколько я знаю.

– И наши амулеты работают! – с чувством превосходства выпалила Розмари. – Если истинно веришь во Всемилостивого, то никакие напасти не страшны!

– Серьезно? – Джерард ухмыльнулся. – Поэкспериментируем? Например, с «венцом безбрачия»?

Розмари ойкнула и, сжавшись в комок, с надеждой посмотрела на принца.

– Джед, не пугай гостью, – нахмурился Эдвард. – Продолжай, мы тебя внимательно слушаем.