Истинная вера. Королевство Вансланд

Начало войны Амелина помнила смутно. Ей было всего девять, и большую часть времени она проводила в стенах отдаленного монастыря, проходя обучение. В провинцию Вольфсланд, где проживало семейство барона Гисбаха, новости приходили с большим опозданием.

После убийства короля Эрхарда вялотекущая борьба между Ковеном магов и союзом военно‑религиозных орденов превратилась в пожар войны, быстро распространившийся на все Королевство. Орденцам не нравился наследный принц. Молодой, упрямый, обладающий огромной магической мощью, которую едва умел контролировать. Маг на троне дал бы Ковену слишком большое преимущество. Порочащие слухи о принце начали распускать, едва его дар стал очевиден. Из маленького мальчика последовательно слепили кровожадного Монстра, пугая им перед сном непослушных ребятишек. Но, несмотря на козни недоброжелателей, Эдвард выжил и в течение десяти лет отважно боролся за трон.

По легенде, лишь прямой потомок династии Эрдрайх мог наследовать престол Вансланда. В противном случае стране прочили многочисленные беды и потрясения. Так и вышло. За десять лет Вансланд пришел в упадок. Цвет дворянства заметно поредел и обеднел. Простой люд и вовсе стоял на грани выживания, терзаемый неподъемными налогами «на войну», неурожаем и разбойниками. Наследник разделил тяготы войны со своим народом. Во многом именно поддержка простых людей и созданный менестрелями образ благородного и справедливого правителя позволили принцу закончить Междоусобицу на своих условиях. Победителем. Его по‑прежнему считали Монстром, но Монстром «своим». И, как бы странно это ни звучало, даже гордились.

Эдвард не стал омрачать победу казнями. В этом случае пришлось бы залить кровью всю центральную площадь столицы. И на прилегающие кварталы хватило бы. Он нашел более элегантный выход.

Проигравшей стороне предлагалось смиренно явиться на бал и, как привозят на случку породистых кобыл, выставить перед победителями собственных дочерей. Чтобы тех разобрали согласно титулам, богатству и личным предпочтениям. Династические браки, заключенные не только без согласия невесты, но и без желания ее родных – что может быть более цинично?

Молодых людей, конечно, тоже звали, да вот только юношей брачного возраста среди адептов религиозных орденов осталось немного. Магия, как правило, одерживала верх над обычным, даже самым продвинутым оружием. Хотя рыцари «Праведного пути» являлись достойными противниками даже для Этеров.

Амелина понимала резоны наследника и даже могла бы их одобрить, если бы не одно «но». Ее саму привезли на эти, с позволения сказать, смотрины в качестве той самой кобылки! И ладно бы только ее. Младшей сестре Амелины Розмари едва минуло шестнадцать. Девушке было дурно от одной лишь мысли, что ее юную, восторженную, романтичную сестру будут рассматривать, словно товар.

Амелина не понимала, за что они удостоились столь «высокой чести». Баронство Гисбах не могло похвастаться доходом или удачным расположением. Крохотный по меркам Королевства замок на невысоком холме посреди леса. Несколько деревень. Гористая местность. Поля не отличались плодородием, поэтому их использовали для выпаса скота. Основными занятиями жителей баронства были охота и животноводство.

Много лет назад, еще до рождения Амелины, герцогство, на территории которого находились владения отца, принадлежало первому советнику короля Эрхарда лорду Цвиттеру. Рауль Цвиттер был магистром ордена «Истиной веры», почитающего верховного бога Вансланда – Всемилостивого. Орден прославлял милосердие, человеколюбие и силу знаний, способных творить чудеса не хуже магии. Адепты изучали историю, древние языки, медицину и считались самыми образованными людьми Королевства.

Сложно сказать, когда все изменилось, и внутри мирного ордена начали зреть революционные настроения. Однако, уверовав в то, что Эдвард действительно Монстр и погубит страну, лорд Цвиттер с группой радикально настроенных молодых людей совершил покушение на юного принца.

Мальчику чудом удалось спастись, но его наставница, леди Фламм, была убита. Цвиттера прилюдно казнили. Прочие участники покушения, признанные обманутыми, получили менее строгие наказания, а орден «Истиной веры» впал в немилость.

Место магистра заняла деятельная дама средних лет по имени Беата Демут. Ей удалось примирить орден с королем, успокоить радикально настроенную молодежь и ввести ряд рекомендаций и ограничений для адептов, чтобы избежать проблем в будущем.

В разразившейся после гибели короля Междоусобице последователи «Истинной веры» участия не принимали. Они оказывали медицинскую помощь всем нуждающимся и призывали стороны к переговорам. По мнению Амелины, подобная позиция не являлась преступлением, и ей с сестрой на этой ярмарке невест было совсем не место.

– Амелина, вот ты где! – от неожиданности девушка вздрогнула, но уже через мгновение, узнав в приближающемся мужчине отца, облегченно вздохнула.

– Отец, – ответила Амелина, хватаясь за протянутую руку. – Как хорошо, что ты меня отыскал!

Барон вздохнул, внимательно рассматривая лицо дочери.

– Где твои очки, позволь спросить? Не удивлен, что ты потеряла нас из виду. С твоим‑то зрением! Что за беспечность, дочь? Надеюсь, это не из‑за слов Розмари, что они не подходят к наряду? Если так, немедленно выкинь из головы подобные глупости! В конце концов, тебе внимание местных женихов ни к чему!

– Очки тут, – Амелина похлопала по карману, скрывающемуся в складках платья. – Боюсь, что с моей внешностью шансов в любом случае нет. Но мне и правда не хотелось огорчать Рози.

– Ей тоже не стоит думать о глупостях, – вздохнул отец. – Розмари достаточно миловидна и приветлива, чтобы отыскать подходящего жениха. Даже несмотря на скромное приданое. Только ей об этом думать рано. Что до тебя, Амелина, я верю, что ты сможешь добиться многого. Всемилостивый видит все. И замужество – не единственный путь. Ты – моя гордость, дочь, плевать я хотел на чье‑то мнение о твоей внешности.

Амелина кивнула. Замуж не то чтобы совсем не хотелось, просто не верилось, что для нее брак, подобный браку родителей, возможен. Амелина выросла в семье, где отец искренне любил и уважал мать, и та отвечала ему взаимностью. Соглашаться на меньшее было бы глупо. Да и карьера прельщала куда сильнее романтических мечтаний.

Адепты «Истиной веры», как и маги, поощряли женский труд и образование при наличии способностей, а способностями Всемилостивый девушку не обделил. Читать она научилась едва ли не раньше, чем ходить. К семи годам говорила на основных языках Королевства и континентальном, в двенадцать свободно переводила летописи с древнейшего. Кроме того, Амелина увлекалась медициной и каждое лето проводила в расположенном по соседству монастыре, постигая основы траволечения и заговоров, которые ей удавались особенно хорошо. Завистники поговаривали, что все дело в скрытом магическом таланте, доставшемся от дальней родни, однако отец был уверен – в лечении страждущих его дочери помогает лишь сила веры и крепость духа.

– Ты ведь понимаешь, что со временем, при должном усердии, сможешь занять место магистра «Истиной веры»? – продолжил барон. – Я уверен, госпожа Беата видит преемницей именно тебя. Но для этого надо действительно много трудиться.

– Да, отец, – согласилась Амелина. – Именно поэтому я и решила уже осенью принести обет безбрачия. Хочу, чтобы ничего не отвлекало от служения. И не очень понимаю, почему мы тут. Если Рози еще рано думать о замужестве, а мне – и вовсе бессмысленно.