Камень. Книга седьмая

– Господа, я могу продолжить? – невозмутимо поинтересовался Пафнутьев, дождался тишины и продолжил: – Спасибо! – и нажал на пульте кнопку. – Это мы с вами наблюдаем, как Алексей Александрович, предварительно приказав дежурному офицеру не поднимать тревогу, «покидает» гауптвахту… Это он бежит к женской казарме… Тут вы можете наблюдать почуявших неладное двух офицеров дворцовой полиции, в обязанности которых входит скрытая охр… страховать великого князя от всяких там неожиданностей… Вот мы с вами наблюдаем фактическое нападение колдуна на Алексея Александровича… Вот он, контуженный, падает… А вот к нему на помощь приходят офицеры дворцовой полиции и убивают колдуна… Это дворцовые помогают пришедшему в себя Алексею Александровичу усесться, но он приказывает им бежать в казарму и проверять состояние девушек… На этом кадре по училищу наконец объявляют тревогу… Это Алексей Александрович звонит отцу, великому князю Александру Николаевичу, – Пафнутьев указал на цесаревича, – докладывает о произошедшем и просит прислать как можно больше бригад «скорой помощи». Потом Алексей Александрович звонит двум своим братьям, курсантам этого же училища, и просит помощи уже у них, после чего, контуженный, сам идет в женскую казарму, чтобы лично руководить оказанием первой помощи возможным пострадавшим девушкам.

В этот момент плазменная панель демонстрировала медленно поднимающуюся по ступенькам крыльца шатающуюся при каждом шаге фигуру в камуфляже. Дальше видеозапись пошла в ускоренном режиме, показав присутствующим выход курсантов из всех трех корпусов общежитий, появление военной полиции с машинами «скорой» и, собственно, автомобилей с сотрудниками Тайной канцелярии.

– Господа, – продолжил Пафнутьев, – прошу отметить, что именно Алексей Александрович приказал медикам везти всех пострадавших сразу в кремлевскую больницу, что и позволило оказать девушкам своевременную квалифицированную помощь.

– Еще бы! – громко хмыкнул Демидов. – Было бы странно, если он поступил по‑другому!

Поддержки от остальных «пострадавших» князь, однако, не получил, на их лицах читалось лишь раздражение от подобного поведения Демидова, которое начинало их напрягать. По виду Пафнутьева нельзя было сказать даже этого:

– Труп колдуна был лично мною доставлен в морг Бутырки, его личность мы сейчас устанавливаем. Вот его фотографии, господа, если кто‑то из вас его опознает, будем очень благодарны.

Пафнутьев начал раздавать фотокарточки с изображением лица мужчины с закрытыми глазами, который даже отдаленно не был похож на Тагильцева.

– Ну и рожа! – прокомментировал кто‑то.

– Согласен, тут и без Ломброзо все понятно!

– Вот же тварь поганая! Лично бы по второму разу кончил!

Но никто, понятно, «колдуна» так и не опознал, а собравший фотографии Пафнутьев осведомился:

– Господа, может, вы его в Бутырке узнаете? Чем черт не шутит?

Молчание было ему ответом, даже Демидов не решился съязвить на эту тему.

– Что ж, господа, не смею настаивать. Государь, доклад закончил.

– Спасибо, Виталий Борисович! – поблагодарил его император и вновь оглядел присутствующих. – А теперь, господа, хочу от рода Романовых и от себя лично попросить у вас прощения за то, что мой внук стал невольным виновником неприятностей, доставленных вашим родичам! Да, я понимаю, что делать это пока рано, и прямо сейчас прощения не жду, но, уверяю вас, девушками занимались и занимаются лучшие специалисты, убежденные, что с пациентками все будет в порядке.

Уже готового что‑то сказать Демидова остановил Хачатурян, придержав одиозного князя рукой:

– Государь, ты прав, для нас всех важно одно, чтоб с девочками ничего не случилось, остальное – ерунда. – Он повернулся, ища поддержки среди остальных, и получил ее в виде одобрительных кивков. – Обстоятельства произошедшего ясны, тем более такие, виновник мертв, а значит, и справедливость восстановлена. Какие могут быть извинения с твоей стороны? У меня остались только два вопроса: когда мы сможем убедиться, что наши девочки в норме, и как здоровье Алексея Александровича, не бросившего… своих будущих подданных в беде?

– Спасибо за заботу, Гамлет! – Хачатурян получил благодарный взгляд от императора. – Отвечу по порядку. Девочки должны проснуться после обеда, их посмотрят… соответствующие специалисты, после чего вас к ним допустят. Предупреждаю сразу, несколько дней девочкам придется провести здесь до полного восстановления, а уж потом их выпишут. – Пронесся одобрительный гул. – Если хотите, могу переговорить с начальником училища об увольнительных, сдача сессии тоже не будет проблемой.

– Спасибо, государь! – выразил общее мнение Хачатурян. – Там будет видно. Что с Алексеем Александровичем?

– Как говорил ранее Виталий Борисович, внук был контужен. Но, к счастью, легко, и сейчас тоже проходит реабилитацию под надзором тех же самых специалистов. – Император неуловимо изменился. – А теперь, господа, я вынужден вас покинуть, дела не ждут. Вы же сейчас, как вас и предупреждал уважаемый Сергей Владимирович, подпишите Виталию Борисовичу соответствующие бумажки о неразглашении. Очень надеюсь, что за пределы этой комнаты наш разговор не выйдет, а родичам, в том числе и пострадавшим девочкам, можете сказать, что в расположении училища клятая романовская Тайная канцелярия проводила не совсем удачные… учения. Надеюсь, был услышан. Честь имею!

Когда подписи на бумагах были собраны, цесаревич, великий князь Владимир Николаевич и Пафнутьев удалились, оставшиеся немного расслабились и даже позволили себе воспользоваться баром и услугами появившихся официантов.

– Сережа, ты в эту фильму поверил? – Хачатурян прикрыл рот одной рукой, второй же отсалютовал Демидову бокалом с коньяком.

– Нет. – Тот повторил жест собеседника. – У меня специалисты есть, еще не такой блокбастер смонтировать могут. А ты поверил?

– Тоже нет. Уж больно ситуация мутная. А в то, что великий князь действительно бросился наших внучек спасать, веришь?

– В это верю, Гамлет. Была у меня возможность убедиться в его полной… полном безрассудстве. Этот Романов и не на такое способен.

Хачатурян покивал головой:

– Да, мне Тамарка тоже что‑то об этих чертах характера своего нового приятеля с восторгом рассказывала. Сережа, я тебя вот о чем хотел попросить… Просто у тебя возможностей на порядок больше…

– Говори уже, не тяни кота за яйца.

– Ты бы людишкам своим из безопасности приказал, да и сам жалом поводил… Сам же понимаешь, где одно покушение на великого князя, там и другое… А Женька с Тамаркой сейчас с ним постоянно рядом… Тем более ты внучку замуж хочешь за Алексея выдать. – Хачатурян поднял руки в защитном жесте под острым взглядом Демидова. – Сережа, я тоже не буду на попе ровно сидеть.

– Принято, Гамлет, – кивнул тот. – Жалом, как ты выразился, повожу. Будем на связи.

 

***