Коллекционер душ. Книга 2

Уже через несколько секунд огненный шар, выпущенный мной, разбивает душу, преградившую путь моему другу. Я бросаю короткий взгляд на девочку. Теперь она не плачет. Изумленно наблюдает за начавшейся битвой.

Я спрыгиваю с дерева и бегу в сторону площадки. Не контролирую себя. Не хочу, чтобы Серый оказался на месте моей сестры или матери. Он точно не должен пострадать по моей вине. Сейчас наплевать даже на то, что может произойти со мной. Главное помочь другу убраться отсюда.

Это огромный двор. Он расположен между тремя хрущевками и трехэтажной гостиницей. Дети со всей округи собираются здесь, чтобы найти компанию. Каменная площадка справа. Турники, на которых местные жители выхлопывают ковры, прямо за ней. Широкий утоптанный пустырь забирает почти весь центр этого двора. Там было круто играть в квадрат, бросать ножики в землю, а сейчас это лучшее место, чтобы отправить оставшиеся души прочь из этого мира.

– Серый! – кричу изо всех сил. – Сюда!

Гончие. Адские псы, которые тоже вырвались из вновь открытых порталов теперь гонятся за ним и едва не кусают за пятки.

Опускаю руку в сугроб. Снег – это вода. Значит должно получится открыть разрыв. Я скрещиваю пальцы в определенном знаке и два раза ударяю по пространству рядом с собой. Электрический разряд тут же открывает портал, и я касаюсь его рукой, чтобы набрать больше силы. Получилось. Тень, которая начала выходить из открытого разрыва, растворяется в воздухе, как только закрывшийся портал разрубает ее пополам.

Затем я судорожно перебираю листки со Знаками в своих руках, выбрасывая те, что точно не помогут мне сейчас. Ветер подхватывает их и уносит далеко от меня.

– Ауранда. Вот Она, – шепчу себе под нос и поднимаю глаза. – Серый! Сюда! Скорее!

Я тороплю своего друга. Ведь уже через двадцать секунд после того, как я открою разрыв мой друг должен быть вне досягаемости.

Открытой ладонью прикасаюсь к Знаку. Ладонь начинает святиться ядовитым зеленым цветом. Провожу ей по пространству перед собой и открываю смертоносный для душ разрыв. Отчет пошел.

– Бежим! – Серый пробегает мимо меня и толкает в плечо.

Знаю, если останусь, то не просто подвергнусь радиации. Прежде всего, заставлю своего друга затормозить. Этого допустить нельзя.

– Бежим! – теперь подгоняю его я и устремляюсь вслед за ним.

Один шаг взрослого ровно один метр. Значит моих не больше пятнадцати, чтобы остаться в зоне действия Ауранды.

– Раз, два, три…

Мы бежим по подтаявшим сугробам, периодически проваливаясь в них. Ставни вокруг заперты. Ни один смертный не желает даже посмотреть на то, кто рвет глотку в этом дворе. Лишь Жендос все еще пытается беспорядочно светить моей лазерной указкой, указывая нам дорогу, как будто мы сами не знаем куда бежать.

– Двенадцать. Четырнадцать. Пятнадцать! – кричу я вслух и одновременно толкаю Серого вперед.

Импульса моего толчка должно хватить, чтобы он по инерции пробежал еще несколько метров.

Оборачиваюсь. Души, словно оголодавшие звери мчатся на меня вслед за гончими, которые бегут впереди остальных.

Если я уйду, то у Серого почти нет шансов спастись. Если я сделаю еще шаг, то не факт, что девочка останется жива.

В голове успевает промелькнуть мысль о том, что я уже был по ту сторону. Если Серый говорил о радиации, которая вырывается из разрыва, то побывав по на изнанке я должен быть уже облучен – мама не горюй! А значит, есть маленькая надежда на то, что я ничего не теряю. Задержать бы тут все эти души, чтобы они отправились прямиком в ад.

Делаю несколько шагов навстречу теням. Чтобы наверняка. Задерживаю дыхание. В последний момент, когда псы уже должны накинуться на меня, из моего крестика вдруг вырывается душа отца и врезаясь в адских гончих прямо в воздухе, превращается вместе с ними в один большой ком густого черного дыма, который едва видно в темноте. Следом вспыхивает разрыв, который я открыл и яркое свечение затягивает в себя души, мчавшиеся на меня.

Я успеваю закрыть глаза рукой, чтобы не ослепнуть в очередной раз, а когда открываю – двор пуст. Все вокруг этого разрыва – мертво. Теперь и здесь деревья почти мгновенно чернеют, а ветви начинают падать на обнажившуюся землю. Радиации подверглось все вокруг.

Я поднимаю свои руки. Дрожат. То ли от холода, то ли от нервов. Но кожа вся на месте. Это радует.

Дотрагиваюсь ладонями до лица. Щупаю. Детская кожа, усики, уши – все на месте. Поворачиваю голову на асфальтированную площадку. Сфера, которая защищает девочку, начинает мерцать. Вокруг, тут и там, еще стоят души аристократов. Но эти настроены… по крайней мере, нейтрально. Не бегут на меня и не жаждут за что‑то непременно отомстить.

– Как ты? – я подошел к девочке, сидящей на камнях и поджавшей колени к своей груди.

Она медленно подняла на меня испуганные глаза, все еще хлюпая носом.

– Нам надо уходить, – сказал я и протянул руку.

В этот самый момент сфера перестала мерцать и окончательно исчезла. Где‑то недалеко открылся еще один разрыв.

– Прямо сейчас. Иначе они вернуться, – настаивал я спокойным голосом.

Наконец девочка протянула руку, я схватил ее, и мы побежали.

Специальный ритм, который мы с пацанами давным‑давно придумали, заставил либо Серого, либо Жендоса почти бесшумно подойти к двери с другой стороны и заглянуть в глазок.

– Это я, открывайте, – выдохнул я.

Замок несколько раз щелкнул и дверь отворилась.

– Быть не может?! – удивился Жендос, когда мы вошли внутрь.

– Поставьте чайник, она вся дрожит, – погнал я своих друзей на кухню, а сам тут же принес из своей комнаты шерстяное одеяло и закутал в него девочку.

– Как ты выжил? – Серый стоял в прохожей и мотал головой. Он все еще тяжело дышал.

– Я думал, ты мне скажешь, – ответил я и скинул с себя шмотки.

– Ей нужно в ванную, – в коридор вернулся Жендос с чашкой черного чифиря. Видно, даром время не терял. И чаек успел попить.

– Ты прав.

Я тут же открыл дверь в ванную комнату, вышвырнул из ванны все тазики и включил горячую воду. Пар начал подниматься к покрашенному в зеленый потолку. Еще кусок засохшей краски откололся и упал на пол.

Я добавил шампуня «Wash & Go» под струю воды и пена стала появляться на глазах.

– Залезай в ванну. Как согреешься обернись вот в это полотенце и выходи. Я тебе расстелю.

Девочка ничего не ответила. Но я сдержал обещание и уже через несколько минут сидел на кухне и отвечал на вопросы пацанов.

– Это точно была Ауранда? – спросил Серый.

Я достал из заднего кармана брюк смятый листок и развернул его.

– Точно она, – задумчиво произнес мой друг и уничтожил улики применения магии над газовой плитой.