Кровь рода

– Ничего страшного, – улыбнулся я. – У меня хорошая память.

– Я не успел сказать, что восемь тысяч золотых уже на вашем счёте, расписка у вашего казначея Филиппа Крудау. Но если вы считаете эту сумму недостаточно существенной, то мы готовы к обсуждению…

– Я бы предпочёл взять УГами, – признался я.

Восемь тысяч золотых – сумасшедшие деньги для обычного вольника, но если говорить про УГи – это не так чтобы много.

– Филипп ответил точно так же! – Дионисий снова заулыбался, предчувствуя новый материал для своего шоу.

– И не забудьте смонтировать макрисы на грудной броне, шлемах и плечах, – подсказал я.

– Оооо, – с благоговением протянул распорядитель Золотого меча. – Гениальная идея! Обсудим ваш райдер?

Надо же, слова‑то какие! Райдер…

– Только после того как мы закончим, – остудил наш пыл Яков Иванович.

– Да‑да, конечно, – тут же отозвался Дионисий, – к слову…

– Мы направляем в надел Михаила три класса, – директор, видимо, знал Дионисия, поэтому тут же его перебил, не дав начать молоть языком. – И трёх учителей.

– Яков Иванович… – от услышанного меня чуть Кондратий не хватил. – Побойтесь Бога! В смысле Древних! Какие три класса?!

– Твой и два выпускных, – невозмутимо ответил директор. – А теперь помолчите оба, все вопросы после того, как я закончу.

Яков Иванович начал говорить, а я выпадать в осадок.

И чем больше говорил директор, тем сильнее мне хотелось забиться куда‑нибудь подальше и переждать эту… смуту.

Да‑да, именно смуту.

Экономические стычки с гильдейскими, революционные движения и наступление северян не шли ни в какое сравнение с бурлящими в княжестве процессами.

Если князь делал ставку на аристократию – дворяне, родовичи, местная администрация и частично гильдии, то наши соседи сделали ставку на простой народ.

И если у княжеской гимназии был Яков Иванович, то обычные школы в большинстве своём были вынуждены последние десять‑двадцать лет давать искажённую картину мира.

И сейчас, когда начались непростые времена, всё больше и больше народа начинали открыто призывать пригласить управленцев с Востока или Юга.

Парадокс, но единственной эффективной контрмерой в руках княжества остался… «Золотой меч».

Что детишки, что вполне взрослые вольники неотрывно следили за трансляциями Одарённых, и Яков Иванович заключил с «Золотым мечом» сделку.

Гимназия предоставляет… действующих лиц, Золотой меч берёт на себя финансирование и поддержку надела.

Поначалу я испытывал дикое желание вскочить с кресла и врезать директору по морде.

Подумать только! Менять детей на… деньги и красочное шоу!

Но чем дальше говорил Яков Иванович, тем разумней были его слова.

– У княжества нет свободных дружин, всё брошено на сдерживание северян. А наши союзники с соседних княжеств не спешат нам помогать. Да что там помогать! Наша единственная надежда – худосочный ручеёк добровольцев из других княжеств!

Слова директора пробирали до печёнок как меня, так и Дионисия Викторовича.

Но распорядителю Золотого меча было попроще – он не чувствовал эмоций Якова Ивановича.

Судя по эмоциям директора всё было не просто плохо, а катастрофически плохо.

– Вместе с вами в надел отправится малая дружина ротмистра Максима Орлова.

– Макс – дворянин? – удивился я, сразу же поняв, кто такой ротмистр Максим Орлов.

– Угасшая ветвь. Он последний из рода, – кивнул директор и продолжил. – Сейчас северяне установили контроль над всеми сёлами и городами, где находятся портальные точки. За исключением нескольких мест. И надел Михаила, как вы понимаете – одна из них.

– Это будет сенсация, – прошептал Дионисий, который, кажется, впал в полный экстаз. – Этот эфир меня обессмертит!

– Если вы поможете победить северян – это тоже вас обессмертит, – не сдержался я.

– Ерунда, – отмахнулся представитель Золотого меча. – Люди постоянно воюют. Княжества грызутся за власть и сферы влияния. Северянам нужны ресурсы. Южанам нужны рабы. Восточникам не хватает Одарённых. Западники мнят себя хозяевами мира и успешно манипулируют всеми остальными.

Дионисий покачал головой и уставился куда‑то вдаль.

– Мне всё это неинтересно. Мне интересно искусство! Эмоции! Катарсис, понимаете? Да я мог бы чем‑то помочь княжеству, но это естественный процесс. Слабые падут, сильные возвысятся.

– Отличный слоган, – заметил я, поняв, о чём говорит Дионисий, и даже в чём‑то разделяя его позицию.

К слову, распорядитель Золотого меча в очередной раз открылся для меня с другой стороны.

Эдакий фанатик своего дела.

Вангую, живи он в моём мире, вышел бы отличный режиссёр. Второй Гай Ричи, Стивен Спилберг или Станиславский.

– Хм, а ведь действительно, – пробормотал Дионисий. – Отличная мысль, Михаил! Позволю себе в очередной раз позвать вас к нам.

– Яков Иванович, что‑нибудь ещё? – я, проигнорировав последнюю фразу представителя Золотого меча, посмотрел на директора.

– О! – усмехнулся он. – Михаил, наливай себе чаёк, бери печеньку. Я только начал.

– Прошу прощения…

– Да‑да‑да, отпустим нашего гостя, – директор посмотрел на заволновавшегося Дионисия Викторовича. – Ведь вам, уважаемый, наверняка, предстоит уйма подготовки.

– Именно, – горячо подтвердил Дионисий. – Завтра в полночь у Сыскного Указа?

– Всё верно.

– Что ж, поспешу откланяться, предстоит много работы, ведь нужно подобрать УГи и макрисы высшего качества, а также…

Яков Иванович, поморщившись, хлопнул по статуэтке, и проекция Дионисия погасла.

– А теперь, Миш, открывай свой блокнот, и записывай, что нужно будет сделать.

Я покачал головой, но блокнот приготовил.

– И да, Михаил, – директор разом постарел лет на десять. – Ты, наверное, считаешь, что это чудовищный поступок, но не спеши судить меня и князя.

Яков Иванович немного помолчал и негромко добавил.

– Вместе с вами поедут Крис и Настасья. Наши с князем дочери.