Лекарь. Второй пояс

Одна часть тренировок пока закончена. Теперь пора заняться взятием другой вершины. Жаль, но Указы, созданные здесь, в лесу жетона, исчезают бесследно, стоит мне выйти. Да и на старые я влиять никак не могу. Я уже несколько раз по мелочи проверил прочность своего контракта. Больно, но терпимо. Никакого сравнения с той болью, которая настигала меня за нарушение моих Указов. Вот куда я день за днём в Первом поясе вливал силы, не жалея. Дурак. К чему? Лучше бы потратил больше времени на раздумья. Достаточно было внести в Указ страховку, как я делал это с Рокием, которого Ирам отправил к отцу за деньгами. Ему я дал месяц. Кто мешал мне вплести в свои Указы такое же ограничение? Тогда я уже оказался бы свободен.

Сейчас проблема в том, что я невольно стонал, когда оказывался не в силах продолжать себя обманывать с оружием, с мечом. А ведь мне нужно будет ещё и вести энергию к узлам техники. Двенадцать узлов. Я могу половину народа в нашем крыле из сна вырвать.

К счастью, у меня нашлась ещё одна техника, которую я не учил, не вносил в запреты, и которая не являлась боевой, как записано в одном из условий моего Указа. Мало того что я мог её применять в любое время, не опасаясь Указов, так она ещё оказалась и невероятно к месту.

Вуаль Ветра. Та техника, которую мне отдал в дар Золак. Она должна заглушить мои невольные стоны. До познания оставалось не так много. Но в идеале нужно будет держать её всё время, пока я обманываю себя, примериваюсь Верным и веду энергию по созвездию Клинка. А дело это явно будет небыстрым. Мне бы научиться мастерски исполнять техники в шесть узлов. Эту самую Вуаль и тогда…

Посторонний звук нарушил тишину леса. Знакомый звук. Скрип входной двери. Я бы давно мог её смазать. Как и Арнуз отдать такой приказ любому из слуг. Но она до сих пор скрипела, своим звуком предупреждая всех нас о гостях. Сейчас она всего лишь сообщает, что мои соседи возвращаются с работ.

Я подхватился с лежака. Слабости в теле давно не осталось. Схватил мокрую тряпку из миски, что оставила Леги, ещё раз протёр лицо, обтёр тело от пыли. Поспешно отряхнул шкуру, на которую завалился, как пришёл.

Всё это, конечно, не поможет, стоит Леги или Марвиту сказать хоть слово. Поговорить со стариками я ведь не успел, а вернее не захотел. Дарсов неженка!

Шум за дверями подсказал, что вернулись не мои. Шанс. В два прыжка я выскочил из комнаты, поскрёбся к старикам. Затем проскользнул в комнату и прикрыл за собой дверь.

– Марвит, Леги. Не хочу, чтобы о том, в каком виде я вернулся, стало известно. К чему остальным волноваться?

Марвит пожевал губами, буркнул:

– Иди уже.

– Ты согласен или нет?

Леги за спиной Марвита замахала мне рукой. Я приложил ладонь к груди, чуть поклонился и выскользнул прочь. Успел даже вернуться к себе.

Первым делом мама кинулась меня осматривать, не дала встать. Я лишь усмехнулся:

– Ну чего ты? От Столба следов не остаётся.

– Скажи спасибо Умару, который видел, как тебя уводили.

Я серьёзно кивнул:

– Скажу. Прямо сейчас.

Но первым в полутёмном коридоре я увидел Жикара с его приятелем. Тем самым, которому я уже ломал руку, тем самым, что сегодня тоже был в мойне.

Первым моим желанием было пройти мимо, а утром снова немного опоздать к старику Фимраму. Много ли мне нужно времени, чтобы сломать пару рук?

Второе, о чем я подумал, что вряд ли старик Фимрам будет каждый день хватать одного из Саул за руки и грозить лишить зелий. Мало ли у меня в этом поместье счетов? Будет одним больше.

Дрогни они при виде меня, отступи к стене, я бы так и сделал. Но Жикар словно не заметил меня, а затем и вовсе зашёлся смехом с приятелем.

Тварь.

И я шагнул навстречу, ухватил Жикара за шею, вбил в стену. Его приятеля пнул так, что он улетел ко входу в крыло через весь коридор. Точно так же, как когда‑то летал закалка Вартус от пинка взбешённого Орикола.

– Ты чё?! – вылупился на меня Жикар, а едва я улыбнулся, захрипел. – Арнуз!

Я презрительно усмехнулся и поднял Жикара повыше:

– А сам ответить за себя не можешь? Обязательно старшего звать?

Жикар попытался разжать мою хватку:

– Бешеный придурок, пусти.

– Зачем ты подкинул мне нож?

– Какой нож? Ты рехнулся?

– Тот, из‑за которого мне едва не досталась третья печать у Столба.

Жикар побелел, освободил одну руку, принялся бешено махать ей:

– Это не я! Знать ничего не знаю.

– Думаешь, поверю? Трусливое отродье, не можешь справиться сам, решил воспользоваться стражниками?

– Чё? Точно! Стой, Леград! Откуда у меня нож? И с чего бы им помогать мне?

– Мне откуда знать?

– Это не я, не я!

Я застыл на миг. Как было просто раньше, когда можно было взять в руки Пронзатель и решить все с врагом раз и навсегда в битве. Можно было бы обойтись и без этого. Ради такого дела я бы заставил Жикара говорить правду. Но что мне делать теперь? Как проверить его слова?

– Леград, что за нож?

Я повернулся к Арнузу, который спокойно стоял в двух шагах от меня. Буркнул в ответ:

– Не приглядывался. Большой, в черных ножнах.

– Черные у лесовиков. Их сейчас нет в крыле стражников. У них выход за ядрами.

Я встряхнул Жикара:

– Значит, он оттуда и взял.

– Его не выпускают из крыла слуг. Если бы нож на самом деле украли, то из тебя бы выбили, из чьей комнаты ты его украл, да и двумя печатями ты бы не отделался.

Я не стал говорить Арнузу, что за меня заступился старик Фимрам. Он или знает об этом сам или ему ни к чему такие подробности. Но в его словах была правда. Похоже, Симар знал, что нож никто не брал и не собирался узнавать у меня правду. Она ему была не нужна. Выходит, он это устроил сам? С чего простой долговой слуга удостоился такой чести? Или дело в том, что я слуга его брата? Они не ладят? Старикашка Сирк меня не любит, Симар меня не любит. Вот и не верь в то, что все дело в именах.

Вздохнув, я отпустил горло Жикара, сообщил ему: