Мастер Миража. Вторая книга цикла «Геония»
– Вы внимательно читали технические инструкции, Брукс?
– Конечно, читала.
– Вы помните первый пункт? Самый первый? Так вот, если вы его подзабыли, придется освежить вашу память, я‑то знаю эти инструкции наизусть. «Строго запрещается пользоваться сенс‑автоматикой лицам, страдающим психическими расстройствами. Категорически запрещается пользование промышленной сенс‑автоматикой в течение сорока часов после приема алкоголя. Лица, употребляющие наркотики, к пользованию сенс‑автоматикой не допускаются».
– Но я…
– Для меня не важно, кто вы на самом деле – невротичка, наркоманка или растяпа, которая не отложила выпивку до уик‑энда. В любом случае вы уволены. Окончательный расчет получите немедленно – в бухгалтерии. Благодарите Компанию. Мы не взыскали с вас стоимость испорченных изделий.
Авита прислушалась к звону в голове. Безнадежность придавила ее. Все дело в моем ментальном блоке, но Мидориан не знает об этом, а Цилиан приказал молчать, если я ослушаюсь, он найдет другую дуру и отступится от дела Лина».
– Вон отсюда, свободная гражданка Авителла Брукс, – приказал Мидориан.
Авита сделала три шага в сторону двери, потом остановилась и тщательно вытерла измазанные смолой подошвы о белый ковер администратора.
– Прощайте, свободный гражданин осел, – сказала она.
Оставшийся в одиночестве администратор Мидориан придавил кнопку вызова. Стрекоза‑секретарша впорхнула, трепеща пышной и короткой, по последней моде юбчонкой.
– Позаботься, чтобы вызвали уборщиков, Зина. Пусть наведут здесь порядок – посетители наследили на ковре.
Мидориан проводил взглядом узкую спинку и стройные ножки секретарши.
«Занести, что ли, эту Брукс в черный список? А впрочем, не стоит, меня заподозрят в неумении работать с персоналом».
Осторожный администратор покопался в данных пси‑слежения решил не пользоваться ментальным вводом и набрал полное имя Авиты на клавиатурке элегантного кибера.
«Авителла Брукс. Восемнадцать лет, место проживания – Порт‑Калинус. Родственники – брат Лин Андерс Брукс. Полные биографические данные закрыты по запросу Службы Гражданской Реабилитации. Не подлежит задержанию и аресту без санкции Департамента Обзора».
– Вот, холера!
Мидориан прижал костлявые пальцы к усталым векам. «Не знаю, в чем тут дело, но эта несчастная девочка не наркоманка, она просто под пси‑блоком и числится агентом Департамента. Такие люди могут позволить себе многое, зато кончают плохо».
В этот миг Мидориан ощутил безумное, на грани романтической авантюры желание – извлечь из кибера адрес Авителлы, подкараулить ее где‑нибудь в баре или вечером на раскаленной улице и как бы мимоходом предупредить об опасности. Через полминуты администратор пожал плечами:
– Ну нет, я все‑таки не настолько сумасшедший.
Он сел поудобнее, опустил лицо в холеные ладони и замер, читая про себя формулу расслабляющей медитации. В этот миг дверь кабинета с шумом отворилась. На пороге замер ражий детина с широким загорелым лицом. Напуганный администратор нащупал ноющее сердце под лацканом дорогого пиджака.
– В чем дело?! Чего ради вы ворвались? Почему вы молчите? Вы проглотили язык?! – от Души лютовал Мидориан.
Парень смущенно улыбнулся – неожиданной детской улыбкой.
– Так что вы здесь делаете, грубиян?! Вы сумасшедший?
– Нет. Меня прислали почистить ковер.
* * *
С Цилианом Авита встретилась на прежнем месте. Шумели кроны парка, вода по капле сочилась из фонтана, наблюдатель терпеливо ждал на каменной скамье. Выслушав ее рассказ, он равнодушно махнул рукой:
– Не думай больше о Компании. Если все пройдет как надо, твоего гонорара хватит надолго. Работу мы тебе найдем.
– Этот блок в моих мозгах – он опасен?
– Не для тебя. Для него Воробьиный Король не сможет прочитать твои эмоции. За мысли тоже можешь не беспокоиться. .
– А если он заподозрит меня именно потому, что ничего не увидит?
– Об этом позаботились. Кое‑что он у тебя считает, ровно столько, чтобы принять тебя за наркоманку.
– Тогда он и разговаривать со мною не захочет.
– Еще как захочет – сама увидишь. Мне не приходилось встречаться с Королем, но, по нашим данным, это очень странный парень. Странный и опасный. Кстати, не советую тебе пить с ним, это ослабит твой барьер. Постарайся не затягивать общения, чем дольше ты протянешь время, тем вернее он раскусит подвох. Держи инъектор наготове, как только он зазевается – коли.
– А что будет с ним?
– А какая тебе разница? Во всяком случае, это не смертельно. Не забывай, Авителла, этот человек – преступник.
– Ладно, я попробую. Давайте сюда инъектор. Он заряжен?
– Возьми капсулу, зарядишь сама. Умеешь?
– Конечно. А запасную не дадите?
– А зачем тебе запасная?
Брукс не нашлась с ответом.
– Лучше возьми эти деньги, – добавил Цилиан. – Трать, не жалей, это не твой гонорар, это материальная поддержка на мелкие расходы. Можешь заплатить кому надо, если информация того стоит.
Вскоре они расстались. Цилиан подвез Авиту и высадил ее за квартал от дома.
– Не надо, чтобы нас видели вместе. Я не хочу, чтобы соседи испытывали к тебе неприязнь. До свидания и удачи тебе.
Авита вернулась домой, шаркая по истертым ступеням сандалиями, с подошв которых так и не стерлась смола. Затем она сбросила обувь, включила лампу и аккуратно разложила на кухонном столе инъектор и непомеченную, без фармацевтических надписей капсулу.
«А что, если это не антидот, а яд? Вдруг Цилиан мне наврал? Такой ловкач и подставить может. Скажет, что он тут ни при чем, а меня отправят в тюрьму или интернат для пси‑дефективных».
Тишину нарушил судорожный вздох, как будто сетовал на жизнь обиженный кем‑то глубокий старичок. Брукс ойкнула и тут же рассмеялась, нащупав лодыжкой теплый меховой бок.
– А ты откуда, Торопыга?
