Орбита смерти

– И еще кое‑что нас интересует. Лора… – Болдуин кивнул в ее сторону. – Недавно она заметила одну необычную вещь. Лора, почему бы тебе не поведать Казу о ней?

Она посмотрела на Каза:

– Во время изучения высококачественных фотографий поверхности мне подвернулась аномалия. Вроде темного пятна на пленке. Пришлось с лупой перепроверить, прежде чем я убедилась, что именно вижу. Я нашла дырку в Луне.

– Что‑о?

– Размер солидный, диаметром около ста ярдов. – Лора начала листать папку на столе. – У меня фото с собой.

Она передала Казу через столешницу черно‑белый фотоснимок размером восемь на десять дюймов. Здоровым глазом он пригляделся к глянцевой картонке.

На снимке было нечто вроде… дыры. Почти идеально круглой, и дно ее частично, под углом, озарял солнечный свет. Будто бы поверхность Луны – это крыша, а в ней кто‑то проделал световое окно.

Каз озадаченно поднял голову:

– Как это возникло?

Лора уступила право ответа начальнику.

– Мы не можем знать наверняка, – ответил Болдуин, – но если бы дело происходило на Земле, наилучшим предположением стало бы обрушение лавовой трубки: потоки магмы пробурили туннель, а потом он сам запечатался. Но что могло происходить на Луне? Неизвестно. Мы только теоретизируем.

Каз присмотрелся внимательней.

– Какой глубины яма, по вашим предположениям?

На этот вопрос ответила Лора:

– Нужны дополнительные снимки, чтобы оценить уверенней, но, исходя из угла, под которым освещало ее Солнце в тот час лунного дня, мы можем сказать, что яма достаточно глубокая. Ярдов сто.

Каз с новым уважением посмотрел на фото.

– Если бы вы туда прыгнули, то в пониженной лунной гравитации падали бы медленно, на протяжении одиннадцати секунд. Но ударились бы о дно на скорости сорока миль в час. – Лора усмехнулась: – Я подготовила расчеты.

Снова заговорил Чад:

– Я помню, помню, я просто дублер, но лучше даже не пробовать. Скафандр не выдержит.

Каз вернул Лоре снимок.

– Так, значит, вам всем было бы любопытно взглянуть на слои скальной породы, обнаженные в кратере недавним столкновением, и узнать побольше об этой дыре. А еще там похожие есть?

– Вероятно, – отвечал Болдуин. – Мы проведем ретроспективный поиск по фото. Лора зоркая, она эту заметила случайно, но теперь мы понимаем, что именно искать.

– Еще что‑нибудь? – проговорил Каз.

Голос подал молодой человек в очках, с волосами до плеч и жиденькой бородкой:

– Как насчет крипа?

Каз посмотрел на него:

– Что такое крип?

– K‑R‑E‑E‑P. Акроним такой. Калий, редкоземельные элементы, фосфор. – Говоривший метнул на Каза испытующий взгляд; Каз склонил голову, дав понять, что ему интересно узнать про редкоземельные элементы. – На самом‑то деле не такие уж они и редкие, эти элементы, просто труднодоступные в сколько‑то больших концентрациях. Они более или менее рассредоточены по земной коре, химическая природа у них такая. Однако на Луне, как мы полагаем, залегает богатый редкоземельный слой, возникший в процессе фильтрования через кору. Многие лунные камни, хранящиеся в этом здании, содержат KREEP.

Каз призадумался.

– Почему же находка KREEP на Луне так важна?

– Теоретически процесс, способствовавший концентрированию KREEP, должен обогащать породы еще и ураном, и торием. Возможно, на Луне мы сумеем добывать радиоактивные элементы. И, следовательно, обеспечим энергоснабжение будущей колонии.

Каз старательно утаивал свое радостное возбуждение. Уран на Луне? Неужели советские автоматы‑разведчики обнаружили именно его? Не по этой ли причине Луноход совершил посадку именно там? Если в точности выяснить, что Советы разыскивают, получится составить конкретный план работы экипажа «Аполлона‑18» на Луне.

Каз произнес:

– Еще что‑нибудь мне полезно было бы узнать, как по‑вашему?

Дон Болдуин окинул взглядом сотрудников лаборатории.

– Думаю, на этом все, лейтенант‑коммандер. – Тонкий, но прозрачный намек: Болдуин дал понять Казу, что домашнее задание выполнил и осознает меру вовлеченности военных во всю затею.

Каз не повелся:

– Ну ладно. Тогда всем спасибо. Исключительно информативная встреча вышла. Мы с Чадом еще пообщаемся с командой, и я дам вам знать, когда будет составлен окончательный вариант графика миссии.

 

* * *

 

На выходе из конференц‑зала Каз пересекся с Лорой.

– Как думаете, – проговорил он, – получится ли еще такие дырки отыскать?

Лора повернулась к нему, перевела взгляд с его правого глаза на левый и обратно.

– Я полагаю, да. Если такое случилось однажды, могло произойти снова. Это поистине поразительное чувство: причастность к открытию чего‑то совершенно нового.

– Я с интересом жду результатов вашего анализа. Номера моего телефона в справочнике Центра еще нет. Вы не против, если я его вам дам?

– Отнюдь.

Каз вытащил блокнот, записал номер на чистом листке и аккуратно оторвал, чтобы вручить Лоре.

– Исходя из темпов нашего поиска, – заявила она, – я рассчитываю уведомить вас через пару дней.

Своим номером в ответ она делиться не стала, и Каз попытал удачи:

– Если у вас будет желание полетать, то в моем распоряжении недалеко отсюда, к западу, небольшой самолет. Приятное это занятие в солнечный денек.

Лора задумчиво взглянула на него.

– Звучит забавно, – сказала она наконец. – Я вам позвоню насчет того и другого.

Он кивнул:

– До связи.