Орденец
Странно. Не крысы же уволокли книгу. Кому понадобился бестиарий и чего ради этот кто‑то решил взять книгу тайком?
В дверь со всей силы бухнули кулаком, и тут же, не дожидаясь приглашения, в комнату ввалился Торир.
– Нечисть убила повара!
***
Нечисть подкралась к Браги, главному кухарю замка Вердгард, незаметно. Люди слышали, как тот грозным басом распекает поваренка Сёльви, а после, когда мальчишка, сияя красным ухом, с ревом выскочил из царства сковородок и кастрюль, сердито ворчит что‑то сам с собой. Замковый народ, зная суровый нрав повара, в кухню не совался. Наконец одной из старых служанок что‑то понадобилось, и она решила заглянуть.
Браги в кухне не было. Только растекалась возле плиты большая мутная лужа да валялась в ней брошенная поварешка.
***
Обычно на месте, где что‑то произошло, собирается пропасть народу. Хельга и Оле не раз сетовали, что одно из самых сложных дел для стражи – расшугать толпу любопытных, причитающих плакальщиц и добровольных помощников, жаждущих немедленного торжества закона и справедливости.
Люди же замка Вердгард, рассказав главе клана о случившемся, то ли затаились, то ли спокойно разошлись по своим делам. Даже обнаружившая покушение на повара старая служанка куда‑то скрылась. Во всяком случае, над тем, что осталось от Браги, кроме меня, стояли только Торир, Асмолд и Керна.
Младший Вердъальв обнял девушку за плечи. Она взглянула на него и не отстранилась.
Торир наливался гневным багрянцем. Еще бы: в замке адепт Истребителя Зла, а прямо у него под носом людей убивают. Если сейчас ничего не сделаю, глава клана Вердъальв меня самого на приманку для нечисти пустит.
Наклонившись, я поднял поварешку. Фу, жирная, скользкая. А от лужи явственно тянет крепким запахом мясного бульона. А чем еще должна пахнуть вода, образовавшаяся изо льда, в который был обращен человек?
– Эй, что случилось?
Рядом с Ториром, прижимая локтем мороженую свиную ногу, стоял Браги. Живой и целиком, но очень недовольный.
– Чего вам тут надо? – непочтительно спросил он, обводя семью хозяина замка сердитым взглядом. – Идиот Сёльви опрокинул кастрюлю с супом, так что одна фунсова теща знает, когда мы теперь будем ужинать. Придется жарить. – Он бросил глухо стукнувшую свиную ногу на разделочный стол, еще раз мрачно оглядел присутствующих и протянул руку ко мне: – Поварешку отдай.
***
– Асмолд, сколько на кухне входов‑выходов?
– Один.
– Как тогда повар мог уйти незаметно?
– Считаешь, что Браги нечисть? Ледяная тварь, которая целыми днями орудует у раскаленной плиты?
Я ничего не считаю. Ничего не знаю и не могу понять. Является ли нечисть извне, или угнездилась в замке, приняв вид одного из здешних обитателей? Убивала ли она в прежние годы, или впервые вышла на охоту только сейчас? Почему люди, заинтересованные в поимке твари, не хотят мне помогать, явно темнят и недоговаривают? Кто, в конце концов, свистнул бестиарий?
Замок Вердгард и его обитатели не желают выдавать свои секреты.
***
День прошел впустую. В Южной башне делать было вроде как и нечего, я слонялся между крепостной стеной и цитаделью, пытаясь отыскать несуществующие следы, после хотел отловить хоть кого‑нибудь из жителей замка, но тщетно. Даже «воскресший» Браги исчез из кухни в неизвестном направлении. Как может относительно небольшое количество людей попрятаться в пределах одного замка так, что никого не найдешь? А главное – чего ради?
С Асмолдом и Ториром я разговаривать не хотел – вряд ли узнаю что‑то новое и полезное. Единственным человеком, кто мог мне помочь и кому я доверял, была Керна. Но как к ней теперь подойти? Фунс бы взял Асмолда и его ревность! Я готов драться хоть на пяти дуэлях, не страшно, но очень не хочется портить жизнь славной девушке.
С горя я отправился на кхарню проведать Скима. Стоял, задумчиво поглаживая белую «звездочку» на лбу быка, как вдруг мне в плечо ткнулся мягкий пофыркивающий нос. Важенка! Они меньше, изящнее быков, и рога у них не торчат пиками, а изогнуты наподобие дужек ухвата. Их не ставят под седло и не запрягают в сани, потому в частных городских домах почти не держат, зато в общественные кхарни берут охотно – ради молока, шерсти и беленков, из которых вырастают новые сильные звери. А в замки вурдов – еще и просто для души, как домашних любимцев. Они много добрее и ласковее воинственных самцов, признающих только хозяина и немногих названных им людей.
Конец ознакомительного фрагмента
