Путь чести

– Не особо – это мягко сказано! – расхохотался Егор. – Его теперь никто особо и не слушает. Да и вообще стараются от него подальше держаться.

– Понятно, – чувствуя, как отпускает предчувствие беды, кивнул я. – Ну и хрен с ним тогда.

– Это верно, – согласился со мной воин. – Но ты так и не сказал, боярич, что тебя гнетёт.

– Да нормально всё, Егор! – улыбнулся я. – Просто настроения не было. Но ты его своим рассказом улучшил.

– Ну, тогда ладно, – принял мою отмазку парень. И кивнул на здание, к которому мы как раз подъезжали – А вот и казначейство.

– Угу, казначейство, – пробормотал себе под нос я. – Надеюсь, что меня не сильно пошлют.

 

Глава 3

 

Твой дом там, где о тебе думают.

Наруто «Ураганные хроники»

 

 

В приёмной перед кабинетом казначея рода оказалась небольшая очередь. Или большая. Тут с какой стороны посмотреть. Семь человек. Один пожилой мужик в добротной одежде, но явно крестьянского вида. И шестеро воинов разного возраста. От совсем молодого паренька до мужчины лет пятидесяти, который точно обладал высоким рангом. Сила, бурлящая в нём, ощущалась чуть ли не на физическом уровне. Почти так же «фонил» мощью Иван Васильевич, боярин Дёмин. Разве что в главе средней ветви рода, помимо силы, присутствовала ещё и властность. А у этого воина её заменяла железобетонная уверенность в себе.

Что примечательно, меня сразу узнали. Точнее, примечательно не то, что узнали. Тут как раз ничего удивительного – все эти люди из рода Дёминых. Интересной оказалась реакция собравшихся.

Молодой парень склонил голову и поприветствовал коротким: «Боярич».

Воин в возрасте кивнул. Без подобострастия и даже без почтения. Но и издевкой это не выглядело. Просто человек обозначил, что заметил меня, поприветствовал и принялся с интересом разглядывать. Словно надеялся рассмотреть что‑то особенное.

Крестьянин неглубоко поклонился, а затем почему‑то сместился в дальний от меня угол.

А вот оставшиеся четверо воинов лишь окинули меня взглядами и отвернулись, демонстративно не замечая.

Надо бы расспросить у Егора, кто это такие. Понимаю, что репутация Маркуса в роду была ниже плинтуса. Но за последнее время, как я надеялся, удалось её хоть немного выправить. Хотя, возможно, я зря напрягаюсь и вот эти два кивка от молодого и старого воинов и есть показатель немного подправленной репутации. И надо просто стараться дальше и не совершать глупых ошибок, вроде планов революции в одном отдельно взятом боярском роду.

Двигалась очередь довольно быстро. Три – четыре минуты на каждого человека. Сам казначей, огромный медведеподобный мужик, в руке которого легче было представить булаву, нежели счёты, работал быстро и профессионально. Уточнил имя‑фамилию, быстро пролистнул какой‑то бухгалтерский журнал, что‑то дописал и подтолкнул мне на подпись. А затем выдал семнадцать золотых рублей. После суммы, которую совсем недавно выплатила мне Добромила, эти деньги не казались очень уж большими. Но на самом деле это не так. Насколько я успел узнать, это полугодовой доход крепкой крестьянской семьи, живущей за городом. А то и годовой.

В общем, деньги неплохие. И уж точно не лишние. А если я хочу получить финансовую независимость от рода, то вообще надо радоваться каждой копейке.

– Домой, боярич? – поинтересовался Кондратий, когда мы с Егором забрались в пролётку.

– Да, домой, – подтвердил я. – Для начала. Пообедаем, я кое‑что прихвачу, и поедем в торговый квартал.

Бессменный возница лишь кивнул, а вот Зареченский определённо хотел что‑то спросить, но передумал. И правильно. Кондратий вроде как свой. Но я его, если честно, знаю плохо. И на кого он на самом деле работает – понятия не имею. А Егор потом и так всё увидит.

Так как пролётка катилась довольно неспешно, а делать, кроме осмотра окрестностей, было нечего, я решил сам завести разговор.

– Егор, а ты знаешь тех людей, что были в очереди к казначею передо мной?

– В лицо знаю всех, – кивнул парень. – А по имени только боярского сына Сильнова.

– Это кто из них?

– А ты не помнишь? – удивился Зареченский.

– Если ты не в курсе, то до недавнего времени я не особо интересовался делами рода. Да и не касались они меня, в общем‑то.

– Хм, – задумчиво почесал затылок воин. – Ну, так‑то оно так. Я не очень об этом всём задумывался.

– Так расскажешь?

– Боярский сын Александр Сильнов – один из сильнейших воинов младшей ветви. В ранге «Витязь». Но за счет опыта может какое‑то время потягаться и с «Богатырём». Хотя дело даже не в силе, а в авторитете, которым он пользуется в роду, – Егор ненадолго замолчал, словно решая, продолжать разговор или нет. Но всё же заговорил вновь: – Хоть это и попахивает крамолой, но я скажу тебе так, боярич: если бы Сильнов захотел, то он смог бы увести большинство воинов младшей ветви из рода. Но он верен. И своему слову и, в первую очередь, роду Дёминых. Как‑то так…

– Интере‑есно… – протянул я, делая в памяти пометку об этом человеке. На всякий случай. – А остальные?

– Ну, землепашца я не знаю, – пожал плечами Зареченский. – Должно быть, староста одной из деревень.

– Да он мне и не интересен, – отмахнулся я.

– Ага, понял. Молодой воин, что тебя поприветствовал, тоже из младшей ветви. Имени не помню – из новеньких. А вот четверо остальных – из старшаков.

– Из кого? – не понял я.

– Из старшей ветви, – пояснил Егор. – Они себя сами старшаками называют. Преданы Михаилу Васильевичу. А остальных считают ниже себя. Заносчивы. Часто провоцируют конфликты с представителями других ветвей рода. Но боярин Михаил их покрывает и конфликты гасит. Как правило, тоже в их пользу.

– Вот оно как… – снова задумался я. Получается, что среди этих четырёх ушлепков могли быть и те, кто резали Маркуса. И теперь понятно, почему Михаил Васильевич никак это дело не расследует. Не хочет обижать преданных ему лично людей. – Егор, а как вот такое разделение сказывается на настроениях в роду?

– Плохо сказывается, Маркус, – вздохнул Зареченский и в кои‑то веки назвал меня по имени. – Людям это всё не нравится. Иногда и до перепалок доходит. А то и до драк. Не должно так в одном роду быть. Единства нету. А воины к тому же не слепые. Видят разлад в верхах. Эх, да что тут говорить! До серьёзных столкновений, конечно, далеко. Хотя теперь, после того как Иван Васильевич без предупреждения уехал, а у младшей ветви нет боярина… Всё может быть.

– Так может, оно и к лучшему, что во главе всего рода боярин Михаил единолично будет?

– Может, и лучше, – буркнул Егор и замолчал. Похоже, я ему на больную мозоль наступил.