Пятый мир
Стояла сильная жара, необычная для здешних мест, солнце пекло нещадно, а питьевая вода закончилась еще утром. Особенно страдал Рогдар, которому приходилось тащить раненого. Пот, образуясь у него на лбу, медленной струйкой стекал под одежду, причиняя дискомфорт. Ему ужасно хотелось снять волчью шкуру, но во время походов это было запрещено и даже просто опасно для жизни. Рогдар это понимал, но про себя проклинал этот закон всеми известными ему ругательствами.
Количество деревьев резко возросло, явный признак того, что охотники приближались к реке, вдоль которой рос густой лес. Здешние четырех‑пятиэтажные дома почти полностью были скрыты от глаз растительностью. Каменная дорога с большим трудом угадывалась под травой. Наконец они подошли к намеченной цели. Гигантский мост и правда во многих местах покрылся ржавчиной и был в довольно плохом состоянии. Прошлогодний паводок вообще чуть не снес его, и людям пришлось укреплять конструкции, чтобы тот не рухнул. В любом случае волкодлаки, все это время бывшие начеку, смогли немного перевести дух. До сих пор они шли по землям людей, чье поселение располагалось недалеко от этого места, но мост и все, что за ним, было нейтральной территорией.
Что‑то явно насторожило Граку, и он жестом приказал затаиться.
– Какие‑то проблемы? – подойдя к командиру, спросил Хартиг.
Тот молча указал рукой вниз. Там, по металлической лестнице, ведущей от моста к реке, поднималось трое вооруженных людей.
– Охрана! – поморщился Хартиг.
– Их не должно быть здесь, это ничейная земля, – перешел на шепот Рогдар, так как воины уже поднялись наверх.
Волкодлаки затаились в кустах и стали наблюдать. Три человека, вооруженные копьями и мечами, неспешно прогуливались по мосту, неся караульную службу.
– Может, подождем, пока пройдут? – предложил Рогдар.
– Или нападем на них, ведь их всего трое.
– Халди, тебе лишь бы повоевать, – проворчал Хартиг. – А если рядом их лагерь, и там гораздо больше людей, чем тебе хотелось бы?
– Скорей всего, так и есть, – произнес Грака, указывая на дымок, который поднимался из‑под моста.
– У них время обеда, в отличие от нас, – пробурчал Ньял.
– А тебе только жрать, – огрызнулся Грака. – Для начала предлагаю спрятать тушу безликого и уже после обсудить наши действия.
– Для чего нам ее прятать? – удивился Ньял.
– Помнишь, ты сам говорил, что чуешь, что за нами следят?
Ньял кивнул Граке, и тот продолжил:
– Ну, так лучше тогда спрятать безликого, пока не разберемся, что к чему на этом мосту. Мы все еще на территории людей.
– Я согласен с тобой, – одобрительно кивнул Хартиг.
– Хорошо, тогда Ньял и Халди зароют тушу вон у того здорового валуна, а мы пока понаблюдаем за людьми, – объявил Грака.
Волкодлаки разошлись по своим делам. Ньял и Халди, обратившись в волков, быстро рыли яму, в которую можно было спрятать добычу. Рогдар ухаживал за Магнусом, перевязывая его раны свежими повязками. Хартиг и Грака тихо переговаривались между собой, пока Халди присматривал за охраной моста. Примерно через час тело безликого было спрятано, и охотники вернулись на стоянку. По словам Халди, те трое все еще стояли на мосту, а значит, надо было что‑то решать, и чем быстрей, тем лучше. Ведь впереди был еще долгий путь, а ночевать в Городе ни у кого не было особой охоты, особенно после ночной атаки в аэропорту.
– Если поспешим, то можно еще успеть до захода солнца выйти за пределы Заброшенного Города, а там уж я и в темноте до родного поселка доберусь, – предлагал не мешкать Ньял.
– Если мы нападем, то будем раскрыты, и может случиться что угодно, – озабоченно произнес Магнус.
– Прежде всего случится то, что ты не успеешь убежать. Я прав? – ухмыльнулся Ньял.
– Заткнись, Ньял. Если бы не мои ребра, я бы не спустил тебе этого.
– Ну, это не факт. Я‑то жив и здоров, а твою реакцию проверил тот медведь, и она, я тебе скажу, так себе.
– Мерзкий самодовольный ублюдок! – плюнул Магнус.
«Да, без Хара эти охотники превратились в стаю озлобленных выродков, которые постоянно собачатся между собой, – подумал Рогдар. – Что я здесь делаю, и когда все это закончится?»
