Родное сердце

– Можешь ехать в полицию прямо сейчас. Тебе денег на такси дать или свои есть? – усмехнулся Володя.

Девушка не знала его хорошо, а лезла с шантажом. Ещё раньше, когда он собрался жениться на Кате, родители поставили ультиматум. Семья или девушка. Отец обещал вычеркнуть его из завещания и из своих заместителей. Мать заявила, что тоже откажется от сына, если он приведёт в дом безродную. Володя сам кинул отцу на стол заявление об уходе с работы. Он выбрал Катю.

– Володь, нам же было хорошо вместе. Не бросай меня. Я раскаиваюсь. Больше такого никогда не будет, – умоляюще заскулила Люба, кидаясь на шею Полонскому.

– Отвяжись от меня. Пристала как банный лист к жопе, – Володя толкнул её, и она упала на кровать. – Я в душ, а потом у меня массаж по плану. Ты можешь делать что хочешь. Поедешь в полицию, останавливать не стану.

Включив еле тёплую воду, Владимир встал под бодрящие струи. Сегодня он был не сдержан, говорил такие слова, которыми обычно не пользовался. «Вот бы мама удивилась», – подумал он, скривившись. До него только теперь дошло, что без участия Элины тут не обошлось. Зачем бы она ещё согласилась нянчиться с внуком, которого почти ненавидела.

Люба ходила нервная. Расслабляющий массаж не помог. Володя сторонился её. Молчал за обедом, глядя в окно столовой. Потом прогулялся минут двадцать у озера, а её с собой не взял. После этого заявил, что пришёл в норму и может ехать в город.

В машине тоже молчали. Люба села на заднее сидение и написала детективу смс с просьбой о срочной встрече. Сыщик ответил, что немного приболел, но может встретиться в кафе возле дома. Люба прикинула, когда они будут в городе, и назначила время.

Володя в это время размышлял о своём. Если девушка захочет пойти в полицию, будет неприятно, но поддаваться на шантаж он не намерен. Да и не станет она заявлять, Элина не даст.

Они подъезжали к городу. Ехать к родителям – значит повернуть направо в коттеджный посёлок.

– Останови на остановке и поезжай за сыном. Не волнуйся, я вызову такси, – неожиданно произнесла Люба.

– Как хочешь, – пожал плечами Полонский, сворачивая к обочине.

Высадив девушку, Володя прибавил скорость и уже через десять минут припарковался у дома родителей. Открыв калитку своими ключами, мужчина выпучил глаза от шока. Максимка с сосредоточенным видом тащил по земле грабли зубьями кверху, а на горизонте ни одного взрослого. Подбежав к сыну, Володя взял его на руки.

– Малыш, где ты грабли раздобыл? Ты же мог упасть на острые зубья.

– Па, – ответил ребёнок, улыбаясь.

В эту же секунду из дома выбежала Элина.

– Здравствуй, сыночек, приехал уже? – показала все свои вставные зубы женщина.

– Какого… Мам?! Почему ребёнок без присмотра?! Откуда он мог грабли выудить?! – Володя чуть не покрыл родительницу матом от гнева.

– Я всего на минуту отошла. Ребёнком занимался Юра, но он срочно уехал. А грабли оставил садовник, наверное, на видном месте. Хочешь, я его уволю? – как ни в чём не бывало проворковала женщина.

– Жалко, что ты себя уволить не можешь с должности бабушки. Оставь садовника в покое. Ты должна была смотреть за ребёнком, особенно если у слуг выходной. Подозреваю, что к моей поездке в пансионат ты приложила руку. Так вот знай, если Балабина заявит в полицию, что я её изнасиловал, я отпираться не буду. Не могу сказать, она сама решила мне чего‑то подлить в вино или это с твоей подачи. Думаю, ты и сама знаешь ответ. Может, вы хотели другого эффекта, а получилось как в старом мультфильме, когда кот Леопольд переел «озверина». Я поехал домой.

– Сыночек, но ты же у меня не такой. Ты благородный и галантный мужчина, – Элина испуганно прикрыла рот ладонью.

Володя нахмурился, окидывая взглядом короткое синее платье с глубоким вырезом, которое обтягивало тело матери.

– Ты не знаешь, мама, как всё это на мне сказывается. Я же ни разу наркотики не употреблял. И прекрати одеваться как юная девушка, тебе это уже не идёт, – буркнул Володя, направляясь к калитке.

 

16

 

Кафе, куда детектив пригласил Балабину, оказалось обычной дешёвой забегаловкой. Стены выкрашены в голубой цвет, столы и стулья сделаны из дешёвого пластика. Большая часть посетителей гастарбайтеры и всякий не слишком трезвый сброд. Любовь не рискнула бы даже кофе тут покупать, не говоря уж об остальном. Официантов в таком заведении не наблюдалось, а за стойкой нашёлся парень в джинсах и чёрной рубашке. Проходя к стойке, Люба заметила, что на неё здесь пялятся как на что‑то инородное.

Приличия требовали сделать заказ, даже если есть она не будет. Люба попросила сварить чашку кофе. Бармен весело улыбнулся, будто она сказала что‑то смешное. Потом он налил горячей воды в одноразовый пластиковый стакан и высыпал кофе из пакетика.

– Двадцать рублей, – сверкнул глазами, кидая в стакан пластиковую палочку.

У Балабиной не водилась в кармане мелочи. Она кинула пятьдесят рублей на стойку.

– Сдачи не надо, – скривилась девушка, забирая напиток.

Заняв один из свободных столиков, Балабина стала ждать, даже не притронувшись к кофе. Не прошло и пяти минут, как в дверях появился черноволосый мужчина средних лет в коричневой кожаной куртке. Он был замотан шарфом до самого носа и временами кашлял.

Мужчина решительным шагом направился к ней. Люба предупредила, в какой одежде будет. Да и только слепой мог не понять, что это она. В одежде от известного мирового модельера Люба смотрелась тут как бриллиант посреди грязной лужи.

– Здравствуйте. Вы Любовь? – Игорь подошёл к девушке.

– Здравствуйте. Вы, вероятно, Игорь. Ну и место вы выбрали, скажу я вам, – нахмурилась Балабина.

Игорь присел напротив и заговорил приглушённо, не разматывая шарфа.

– Простите великодушно. У меня температура высокая. Это заведение в двух минутах ходьбы от моего дома. По некоторым причинам, я клиентов домой не приглашаю, а в офис в таком состоянии ехать не намерен. Вы так настойчиво просили встретиться. Учтите, смогу заняться вашим делом не раньше, чем мне станет лучше, – на последнем слове сыщик закашлялся.

– Моя просьба не требует от вас никаких движений, но заплачу я хорошо. Хочу знать, какую девушку вы разыскиваете для Владимира Сергеевича Полонского. Зачем она ему?

– Э нет, девушка. Я не могу вам раскрыть такую конфиденциальную информацию. Получу я от вас несчастные пять тысяч, а репутацию себе испорчу, – буркнул Игорь.

Люба взяла из заляпанного кетчупом стакана салфетку. Потом написала на ней цифру сто и добавила три нуля.

– Такая сумма вас устроит? – подвинула салфетку по столу. – Поймите, я невеста Володи. О нас даже газеты писали. Скоро состоится свадьба, и тут я совершенно случайно узнаю, что мой жених ищет какую‑то девицу. Обещаю перевести вам деньги на карту прямо сейчас. Причём вы не обязаны отвечать, пока сумма не поступит на ваш счёт.