Секретная бухта в Хорватии

Когда мужчина дошел до первого рисунка, выполненного в тот день, когда Мэдди приехала в Париж на учебу, девушка нерешительно улыбнулась. Она так переживала, боялась и предвкушала, но стоило ей увидеть Триумфальную арку, как она сразу уселась ее рисовать. В этом рисунке воплощены все ее мечты и надежды на тот год обучения. Волшебное время! Она познакомилось с Ниной и Маргаритой и познала мир за пределами крохотного домика в Бирмингеме.

Мэдди открылся целый мир, ей лишь оставалось понять, где ее место в нем. Она любила свою семью, но жаждала большего.

Саймон поднял голову. Целую минуту он смотрел на девушку своими голубыми глазами и ничего не говорил. У Мэдди пульсировала венка на шее, и она задалась вопросом, заметил ли это Саймон.

– Ты кому‑нибудь показывала эти рисунки? – спросил он, внимательно за ней наблюдая. Не успела девушка ответить, как он добавил: – Они невероятны. Ты. Очень. Талантливая. Художница.

– Правда? – выдохнула Мэдди. Ей показалось, словно в ее желудке что‑то перевернулось. – Ты это не просто так говоришь?

Он рассмеялся:

– Мэдди, Мэдди, Мэдди. К чему бы мне?

Девушка робко улыбнулась.

– Ну ладно. Я рисовала это для себя.

– Неправда, ты же сама в это не веришь.

Мэдди беспомощно пожала плечами:

– Люди вроде меня не становятся художниками.

– Бред. Это кто тебе так сказал? Я с ними поговорю. Хочешь, я им наваляю? – Он со свирепым видом выставил кулаки, и девушка рассмеялась.

Мэдди представила, как грациозный, одетый с иголочки Саймон с кем‑нибудь дерется – хотя бы с теми девицами из галереи в Лондоне. Глупость, но очень мило с его стороны.

– Мне раньше никто не предлагал «навалять» кому‑то в мою защиту. – Учитывая ее телосложение, она скорее сама бы с этим справилась.

– А стоило бы. – Саймон одарил ее таким теплым взглядом, что Мэдди почувствовала себя непривычно женственной. – Давай выпьем чего‑нибудь? Там, под соснами, есть идеальное местечко.

Он уже встал на ноги и протягивал ей руку, чтобы помочь подняться.

Подавив естественный порыв сказать «нет» – все‑таки он гость, Мэдди схватилась за его руку и поднялась.

 

– Будем, – сказал Саймон и поднял изящный бокал на длинной ножке, наполненный белым вином. Он немного покрутил бокал и только потом сделал осторожный глоток. Мэдди отсалютовала в ответ, раздумывая о том, что почти все мужчины, которых она знала, пили пинтами. Тут она вспомнила, что он назвался знатоком вин.

 

Конец ознакомительного фрагмента