Шарлатанка в Академии драконов

По углам стояли низкие деревянные скамьи, между ними виднелись двери в другие помещения, все до одной – закрытые.

Да уж, что ни говори, а замок удивил меня своей аскетичностью. На мгновение даже показалось, что он заброшен, и в нём никто не живет.

– Как тебе? – поинтересовалась Маша, – Нравится?

Я пожала плечами и уж было хотела ответить, что для музея и посещения туристов замок вполне сойдёт, а вот как в нём жить – не представляю, как произошла странная вещь – прямо из воздуха перед нами материализовалась группа молодых парней.

Негромко вскрикнув, я отступила назад. Маша тоже отошла вместе со мной в сторону, вот только ни капли не испугалась.

Одеты юноши были в одинаковые чёрные тренировочные костюмы, а их длинные волосы, я очень удивилась, заметив такую странность, собраны в хвосты.

Я удивлённо таращилась на эту группу, не веря своим глазам. Только что я гадала, почему в зале никого нет, и вот, прямо из воздуха появилась группа студентов.

Меж тем парни, лет восемнадцать – не больше, встали в квадрат по четыре человека и замерли, не обращая на нас ни малейшего внимания. Будто знали, что в зале могут оказаться люди, и они не опасны. Стоя с прямыми спинами и настоящей военной выправкой, они напряжённо кого‑то ждали.

Незнакомый мужчина появился спустя минуту. Высокий брюнет с ярко‑зелёными глазами, он тоже был одет в чёрный тренировочный костюм, правда, другого покроя. Великолепные блестящие волосы его были собраны в хвост и доходили до лопаток.

Я удивилась и подумала, что нужно разузнать: это местная мода такая или принадлежность к какой‑то касте? У Рауля волосы подстрижены аккуратно, и я не ожидала, что увижу здесь такую непривычную мужскую причёску. Как в японских мультфильмах, честное слово.

Тем временем мужчина внимательно оглядел построившийся перед ним квадрат и кивнул. Передний ряд выставил перед собой руки, и все четверо парней принялись творить какие‑то заклинания. Я не слышала ни слова, но поняла это потому, как вылетали из ладоней разноцветные искры, и как они складывались в необычные голографические фигуры. У кого‑то получался квадрат, у кого‑то круг с непонятными иероглифами.

Когда первый ряд закончил выполнять упражнение, парни отошли в сторону, и очередь перешла ко второму ряду. После второго – к третьему. Каждая четвёрка перемещалась за последующей, становясь в новый квадрат. Подобная слаженность действий удивляла и одновременно восхищала. Как будто парни стояли на поле боя и собирались атаковать противника – почему‑то у меня в голове возник именно такой образ.

И пока преподаватель внимательно оценивал работу юношей, лично я не сводила глаз с самого мужчины. Уж больно ярко он выглядел. Не красавец, и не обладатель аристократичной внешности, как мой Рауль, но его мужественное лицо определённо притягивало взгляд.

Он отличался от студентов возрастом и жизненным опытом, который сквозил во всём: в его глазах, в движениях, даже в позе со скрещенными на груди руками. С достоинством и в тоже время просто, как на равных, смотрел он на студентов. Превосходства или самолюбования на его лице не было.

С виду я не дала бы ему больше сорока. И в то же время он выглядел мощнее и сильнее любого юноши из квадрата. Казалось, что его опыт и ум, а также подтянутая фигура, запросто могли утереть нос любому студенту. Если бы он участвовал в соревнованиях и меня бы спросили, на кого поставить миллион, я бы без сомнений поставила на преподавателя. Почему‑то думалось, что его натренированное тело обгонит любого юношу.

– Кхм… – раздалось рядом со мной, и я получила возмущенный взгляд Маши.

Ах, да! Смотреть пристально на чужого мужчину считается неприличным в любом из миров. Как же я сразу не догадалась!..

– Мария, а почему студенты тренируются? – с самым невинным видом я кивнула на группку, которая снова представляла собой квадрат. – Рауль говорил, что начало учебного года через два дня.

Секретарь моего мужа пожала плечами:

– Либо должники досдают практику, либо спецгруппа на факультативе. Ребята не наши.

Это я и сама поняла! Глядя на чёткие и слаженные движения, можно было принять их за студентов военной академии. А вот на нашем факультете дополнительных наук, как мне думается, собрались самые отвлечённые и творческие личности, которые тяжелее ручки ничего в руках не держали…

Я горестно вздохнула, представляя рохлей и опаздунов, но потом с удивлением одёрнула себя: с чего это во мне бродят подобные мысли? С чего вдруг столь резкая перемена?

Не собираюсь я преподавать в этой странной Академии! Я ведь не педагог и даже не специалист в ясновидении! Рауль вбил себе в голову очевидную чушь, и я от всей души надеюсь, что ректор сразу расставит всё по своим местам. Объяснит ему доступно и на пальцах, что брать в штат шарлатанку – глупо!

Тем временем студенты резко развернулись и стройным шагом дошли до одной из деревянных дверей. Потом юноши расформировали квадрат, встав в шеренгу по одному. Когда они все скрылись в тёмном коридоре, преподаватель вышел следом и бесшумно прикрыл за собою дверь.

– Магистр Дроун излишне строг к своим студентам, – обронила Маша. – А вот и Рауль!

Действительно, одна из боковых дверей открылась, и мой муж с самым счастливым лицом помахал нам рукой.

– Всё в порядке? Мария, тебе выделили те же покои, что и в прошлом году. Располагайся, отдыхай, завтра встречаемся в девять утра в моём новом кабинете, составим план занятий.

– Хорошо, – Маша заторможено развернулась и, обогнув деревянные скамейки, вошла в другую дверь.

– А у нас, дорогая, покои на втором этаже среди профессуры, – муж пошире распахнул передо мной дверь: – Проходи. Наши вещи уже должны были довезти. Отдохнём часок и к ректору. Представлять и знакомить тебя…

Коридор, в который мы вошли, смотрелся уютнее и живее, нежели Центральный зал, и был довольно широким. Здесь на полу лежала тёмно‑красная ковровая дорожка, а стены были украшены до середины деревянными панелями. Тут и там стояли резные деревянные стулья, предназначенные, вероятно, для студентов. Вот только коридор был абсолютно пустым.

– Основная масса студентов заедет завтра, – словно прочитав мои мысли, ответил муж.

Мы прошли мимо покрашенных в бордовый цвет дверей и очутились перед великолепной деревянной лестницей, ведущей на второй этаж.

– Запомни, Лиз, мы находимся в левом крыле замка. Здесь покои преподавателей и кабинеты административного персонала. Правое крыло замка предназначено для студентов – там располагается общежитие и лектории. Столовая в каждом крыле своя.

– Общежитие одно? Девушки живут в одном крыле с парнями? – поразилась я.

Обычно общежития разносят по разным корпусам, чтобы не возникало прецедентов.

– Какие девушки? – Рауль изумленно поднял брови, – Мы принимаем на обучение только парней.

«Вот же блин! Нужно отвертеться от этого вуза, во что бы то ни стало!» – подумала я.