Шарлатанка в Академии драконов

Разумеется, арабская вязь на борту мне ни о чём не говорила, иностранные надписи – тоже. От удивления я просто потеряла дар речи.

– А чей это самолет? – негромко спросила я мужа.

Тот засмеялся и приобнял меня за плечи:

– Нравится? Он принадлежит моей семье. И сэндвичи, я тебе скажу, здесь подают получше, чем в аэропорту…

Мы поднялись по отдельному трапу, приготовленному только для нас, и вошли в белоснежный салон. Стюардесса в элегантной тёмно‑синей форме поприветствовала нас и спросила про наши пожелания насчёт завтрака. Рауль что‑то ответил за нас обоих, я даже не вслушивалась.

Я была оглушена и поражена этим самолетом!

Широкие кожаные диваны молочного цвета, в которых можно утонуть… Отдельные полированные деревянные столики, как будто сделанные из ореха… Огромный плазменный телевизор на тумбочке. Цветы в вазах… Золочёные плафоны над потолком в стиле хай‑тек, деревянная панель, отделяющая помещение от служебного помещения или входа в туалет… В общем, обстановка в самолете была настолько шикарной, что даже не верилось. В довершение всего пол был застелен светлым ковром с необычным рисунком.

Я неуверенно ступила в салон и положила сумочку на первое попавшееся кресло. Села рядом, всё ещё находясь под впечатлением от обстановки.

– И два бокала шампанского, – донёсся до меня голос Рауля.

А потом впереди, там, куда ушла стюардесса, чтобы выполнить наш заказ, открылась деревянная дверь. Все‑таки я правильно догадалась, там оказался туалет. Так вот из него вышла персона, которую я ни за какие коврижки не хотела бы видеть в нашем свадебном путешествии.

– Доброе утро! – мило улыбнувшись, поздоровалась она и как ни в чём не бывало уселась в одно из кожаных кресел.

– Маша?!! Что ты здесь делаешь?

Девушка слегка удивилась и даже вопросительно посмотрела на Рауля.

– Лечу с вами, конечно. Разве Рауль не сказал?

Я почувствовала, как перед глазами замельтешили чёрные бабочки.

Дурнота подкатила к горлу, и стало трудно дышать. Меня охватило ощущение, что я падаю в наполненную лавой пропасть и сейчас вот‑вот умру.

Потребовались все мои силы, чтобы собрать себя воедино и сквозь зубы процедить:

– Объяснись!

Встревоженный Рауль опустился в кресло напротив меня. И так получилось, что они с Машей оказались как бы по одну сторону баррикад. Я – одна, а их – двое. Отметила этот факт краем сознания, всё ещё мучительно ожидая объяснений.

Мне было плохо, а эти двое сидели как ни в чём ни бывало и не торопились начинать разговор.

Рауль махнул рукой стюардессе, видимо, чтобы та побыстрее принесла наш заказ, а потом достал из скрытого бара бутылку ледяной воды. Протянул мне.

Хотелось покочевряжиться из принципа и устроить маленький демарш – мол, пока не расскажите, зачем с нами летит Мария, не сделаю ни глоточка, но в горле образовалась самая настоящая Сахара.

За бортом зашумели моторы, разогреваясь для вылета, и я медленно сделала три глоточка.

Вода подействовала не сразу, но самочувствие улучшилось. И мне сразу стало стыдно за своё поведение – расстроилась, как малолетняя дурочка. Показала, насколько сильно меня задело присутствие Маши. Нужно было вести себя осторожнее, тоньше. Сначала всё выяснить, а потом уже по обстоятельствам переживать.

Вот только чувства всегда бежали впереди меня.

– Помнишь, мы с тобой как‑то обсуждали, существует магия или нет? – Рауль сцепил пальцы и наклонился вперёд, не сводя с меня внимательных глаз: – Ты тогда убеждала меня, что существует, но не всякому дано это видеть.

Такого поворота в разговоре я не ожидала и даже улыбнулась.

– Ещё бы я тебе такого не сказала, Рауль! Ты пришёл ко мне на сеанс, и я должна была убедить тебя в этом.

– Ты говорила искренне, – кивнул муж.

– Ещё бы! Это мой заработок, – пожала плечами я и сделала ещё пару глотков.

Появилась официантка с элегантной золочёной тележкой. Два бокала шампанского пузырились на свету, небольшие разноцветные сэндвичи, обычно называемые клубными, были проткнуты вытянутыми зубочистками разных цветов. Свежий виноград и клубника в вазочке довершали этот восхитительный завтрак, если бы не стоящий на тележке стакан с водой, в которой плавала долька лимона.

– Я не пью на работе, – пояснила Маша и с удовольствием потянулась за стаканом.

Камень в мой огород или констатация факта? В любом случае, мне стало неприятно. Я вообще‑то тоже не пью на работе и редко пью в принципе. Только по праздникам. А сейчас, если уж на то пошло, мой праздник, один из важнейших в жизни! И начало свадебного путешествия…

Должно было быть!

– И мой тоже, – вдруг сказал Рауль.

Оторвавшись от созерцания того, как элегантно поглощает воду секретарь, не то, что я! повернулась к мужу. Совсем потеряла нить разговора. Проклятые эмоции снова ударили в голову.

– Что тоже?

– Мой заработок связан с магией. Так, спокойно!.. Ш‑ш‑ш! Не волнуйся, дорогая, это вредно.

Рауль протянул мне бокал шампанского и приказал срочно выпить. Залпом.

– То, что ты сейчас услышишь, может немного расстроить, но тебе придётся с этим жить. Возьми клубничку, закуси. И это не страшно. Мы не монстры, мы – вполне дружелюбные существа…

– Пей, Лиза! – поддакнула Маша.

Хотелось выплеснуть это шампанское ей в лицо, но я сдержалась. Маленькими глоточками выпила напиток.

Объективно, Маша не виновата, что находится тут. Сказала же, что по работе. Если кому и предъявлять претензии – так это моему заботливому мужу, желающему работать в медовый месяц. Или все бизнесмены – такие работяги?

И девушка не сделала мне ничего плохого. Она лишь поддакивает моему оригиналу – мужу, который что‑то начал вещать про магию…

Да уж. Иногда стоит прислушиваться к мнению подруг. Дашуля, Дашуля, как ты была права! Кажется, мой муж в конец сбрендил.

Или они – инопланетяне, которые хотят похитить меня на опыты? А что, похоже, самолет уже взлетел, мы в воздухе, а там и до летающей тарелки недалеко…

Я молча, игнорируя протянутую руку Рауля, взяла две клубнички из вазы и тщательно прожевала. Отщипнула виноградинку и тоже отправила в рот. Пить на голодный желудок с утра – не слишком хорошая идея. Вот только на клаб‑сэндвичи даже смотреть не хочется.

– Слушаю внимательно. Давай начнем сначала: кто ты?