Симфония для смертельного трона

«Дом», – прошептали ее сердце и магия.

«Дом», – согласилась Арабесса, снова переводя взгляд на дворец.

Она изо всех сил старалась отбросить в сторону эмоции, пришедшие с осознанием, что ее мать была Королем Воров. Эта новость порождала уйму вопросов и буквально заставляла Арабессу замереть, а сейчас ей нужно было двигаться. Ей хотелось быстро и без особых проблем выполнить поручение, связанное с аптекой Амоса.

И все же, когда девушка смотрела на ужасающий черный дворец, вопросы по‑прежнему кружились в ее голове.

Как Джоанна оказалась на троне? Долго ли правила? Почему отец стал править после нее? Случилось ли это сразу после ее смерти? А может, они делили трон?

В памяти Арабессы Долион всегда носил белую маску и был окутан дымом. Отец, перед которым они должны были преклонить колени.

Отец, создавший Мусаи и отдававший им приказы.

Долион, который всегда нес на своих плечах бремя королевства хаоса. И никогда не рассказывал историю о том, что на троне сидела и его жена.

На самом деле, единственный заслуживающий доверия рассказ о династии Короля Воров, услышанный Арабессой и ее сестрами, поведали Ачак.

«Как солнце, луна и звезды, – говорили они, – Король Воров всегда был и всегда будет. Бессмертный, как сам Адилор».

«Что ж, – угрюмо подумала Арабесса, сворачивая на узкую дорожку справа и оставляя дворец позади, – очевидно, не совсем бессмертный, учитывая, что моя мать мертва».

Преисполненная решимости избавиться от шквала эмоций, Арабесса воспользовалась силой, помогавшей ей ничего не чувствовать, когда она мучила грешников. Она окаменела. Стала холодной, твердой скалой, в которой находилось само королевство. И похоронила бушевавший внутри нее хаос. В конце концов, она собиралась как можно скорее открыть этот секрет своим сестрам и вместе с ними разработать план, как поговорить с отцом.

Конечно, Арабесса был способна держать себя в руках до этого момента.

Спустившись на более широкую тропинку, она пробралась через груды камней, чтобы перейти по некрасивому мосту. Быстрое течение реки внизу заглушало ее шаги, пока она шла по дороге, ведущей вглубь района Тайн.

Дороги здесь были влажными, словно только что закончился сильный дождь, хотя в королевстве никогда не было такой погоды. Ее сапоги хлюпали с каждым шагом, низ юбок стал грязным, и Арабесса сдержала усталый вздох. Казалось, этот район гордился своей ветхостью. Треснувшие окна, свисающие с них ставни, слабо мерцающие фонари, которые едва освещали путь, и стелившийся по земле туман. Довольно эффектная мрачная атмосфера, способная либо задержать непрошеных гостей, либо соблазнить любопытных пойти дальше. Последних действительно хватало, поскольку, несмотря на унылую обстановку, улицы были до неприличия забиты пешеходами, их было намного больше, чем вчера. И, судя по звонкому смеху и нетвердым шагам, многие уже попробовали спиртное.

– Затмение начинается! – невнятно произнес горожанин в маске, когда врезался в Арабессу. – Хочешь отпраздновать и купить нам грог?

Арабесса проверила, не ограбили ли ее, а затем отпихнула приставалу. Ее вздох превратился в стон. Она совершенно забыла, что сегодняшняя ночь являлась официальным началом Затмения звезд. Празднования будут продолжаться во всех уголках королевства.

Даже Мусаи должны были выступать во дворце завтра вечером. Деталь, которую Арабесса, что на нее было совсем не похоже, на мгновение упустила из виду.

Волна раздражения захлестнула ее.

«Эти чертовы нежелательные отвлекающие факторы!» – думала она, топая вперед. Последние несколько дней были буквально наполнены ими.

Настроение Арабессы испортилось лишь еще сильнее, поскольку каждый тротуар, по которому она маневрировала, дорога, которую пересекала, и переулок или туннель, в который сворачивала, были усеяны буйными посетителями и теми, кто отчаянно пытался продать свой товар. Она пробиралась сквозь вереницы людей на Бродячем ряду, игнорируя призывы лавочников, высовывающихся из витрин магазинов и размахивающих заколдованными амулетами перед лицами потенциальных покупателей. Купцы, предлагающие услуги своих даров бездарным клиентам. И все это по совсем несправедливой цене.

Арабесса понимала – продолжи она двигаться такими темпами, и ей повезет, если в «У Амоса» не выстроится очередь, ведь ничто не радует бездарных так, как возможность приобрести волшебные зелья.

«Какая бы посылка ни ждала отца, лучше бы там было что‑то очень важное», – мысленно проворчала она.

Единственным спасением для Арабессы стал короткий путь, к которому она устремилась.

Спешно подойдя к висящему вдоль кирпичной стены плакату с рекламой «Оригинальных заклинаний Иды», она подняла его и увидела темный переулок. Пройдя туда, Арабесса сразу же почувствовала, что воздух здесь был более зловонным, но она все равно вздохнула с облегчением, ведь путь перед ней был свободен – больше никаких толп, мимо которых нужно пытаться пройти.

Разумеется, для этого была веская причина.

Магия беспокойно вращалась в жилах Арабессы, когда она, осторожно шагая вперед, отмечала впалые глаза на худых лицах, смотревшие, как она проходит мимо.

Арабесса ступила на территорию похитителей оболочек.

Стоящие вдоль стен существа в костюмах и шляпах были настолько худыми, что походили на скелеты. Коварство и голод источал буквально каждый, мимо кого она проходила, но причина, по которой Арабессу бросало в дрожь, крылась в предметах, прижимаемых к груди костлявыми пальцами. Настоящая опасность похитителя оболочек заключалась в ларцах, каждый из которых был полон заколдованных зеркал.

Не важно, в маске существо или нет, если оно осмеливалось заглянуть в одно из зеркал, похититель мог с легкостью забрать его личину и натянуть на себя, словно другой костюм. А потом начинался хаос.

– Привет, красотка, – прошептал один из них обманчиво дружелюбным и соблазнительным голосом, шагая рядом с Арабессой. – Хочешь узнать, что можно добавить к твоей маскировке? У меня как раз есть наряды, которые…

– Советую проявить благоразумие и не открывать его, – заявила Арабесса, протягивая руку и отталкивая то, что существо собиралось открыть.

Похититель оболочек зашипел, крепче сжимая свой ларец.

– Как невоспитанно, – упрекнул он. – Очень грубо! Братья и сестры, похоже, у нас появился грубиян.

Подобно всплывающим на поверхность воды пираньям, огромное количество впалых глаз и широких улыбок показалось из тени. В мгновение ока Арабесса оказалась окружена.

– Нам не нравятся невежи, – начал один из них голосом, до жути похожим на голос первого.

– Истинная правда, – добавил другой.

– Особенно там, где мы ведем дела.

– Но не переживай, – произнесло другое существо у нее за спиной.

– Мы научим тебя хорошим манерам, – закончил первый похититель оболочек.