Смотри внутри

Боб молча отвел глаза. Сол уже хотел спросить, почему он так странно реагирует, но тут в дверь постучали, после чего бронзовая ручка помпезной резной двери повернулась. В кабинет вошла стройная секретарша Боба. То есть одна из них, так как всего штат личных помощников мэра объединял около десятка сотрудников. Каштановые волосы девушки были уложены в аккуратную прическу, синее платье, сшитое по фигуре, сидело элегантно.

В молчании Сол и Боб ожидали ее приближения, им не хотелось разговаривать на личные темы в присутствии постороннего человека. Секретарша шла к лаунж‑зоне на своих цокающих по паркетному полу каблучках примерно вечность.

– Господин Рейн, водопроводные системы просят дополнительной поставки жидкости, – сказала она, положив на столик подходящий к случаю бланк.

Ровным тоном Боб ответил:

– Разрешить, – и неторопливо подписал бланк, вынув ручку из внутреннего кармана пиджака.

Забрав бумажку, секретарша отправилась в обратный путь. Наконец дверь за ней закрылась.

– Так зачем ты звал меня, Боб? – спросил Сол, забыв, что до появления секретарши уже задал вопрос.

Поерзав на месте, друг неожиданно сказал:

– Мне придется прекратить встречи с Вик.

Из этой фразы Сол не понял ничего, она звучала абсурдно! Зачем, почему, отчего? Что значит «прекратить встречи»? Боб любит Вик, она любит его, так зачем прекращать встречи, к чему это приведет?

Пока он безуспешно пытался осмыслить услышанное, Боб нервно теребил узел галстука, словно тот душил его.

– Боб, о чем ты говоришь?

– О том, что больше не буду видеться с… – Он заколебался, не решаясь произнести имя.

– Вик, – закончил за него Сол.

– Да, – согласился его друг. – Тебе, наверное, интересно, почему?

Сол выскочил из кресла, будто его вытолкнуло катапультой.

– Интересно?.. Ты за кого меня принимаешь? Я же не зритель в театре, я твой друг, я же не просто пялюсь на сцену, чтобы поразвлечься от нечего делать! Ты объявляешь, что решил бросить Вик, но разве так поступать честно? Неужели она заслуживает этого – чтобы за ее спиной человек, которому она доверяет, сам решил, что они не будут больше встречаться?!

Боб поморщился и нервно почесал коленку.

– Сол, успокойся!

– Ты и мне будешь приказывать? А не много на себя взял? Город прыгает под твою дудку, ничего в нем не происходит без твоего ведома, все ходят строем и только отчитываются перед тобой, но тебе этого мало!..

Горло Сола на мгновение перехватил спазм, слова застряли в глотке, и он, взмахнув руками, закашлялся.

В этот момент снова раздался стук в дверь, снова вошла секретарша, точно такая же, как и прежняя, но в зеленом платье. Сол сел, не желая и не имея возможности продолжить свою гневную филиппику. Боб в это время выпрямился и принял официальный вид.

– Господин Гис запрашивает информацию о возможности увеличения просветов воздуховода кислородной фабрики, с целью поддержания достаточного объема газа, поступающего в транспортную систему в час пик. Мы можем это организовать? – спросила девушка.

– Сначала пусть фабрика проверит оборудование, – ответил Боб официальным тоном.

И на этот раз он тоже что‑то подписал.

Пока секретарша шла к двери, Сол почувствовал, что сейчас, вполне возможно, его разорвет в клочья от переизбытка эмоций. Дверь открылась и через миг закрылась.

– Боб, как ты можешь!

– Сол, не кипятись! Ты ведь даже не спросил о причинах… – начал Боб. В его голосе зазвенело напряжение, но мэра хотя бы не трясло, как Сола.

– Твою глупость не оправдают никакие причины!

– Да ты пойми, все очень серьезно! Сядь, бешеный ты тупица, хоть послушай немного голос разума!

Сол уже открыл рот, чтобы возразить, но вдруг ощутил приступ физической слабости и плюхнулся на кушетку.

– Не знаю, что ты называешь голосом разума, но я слушаю тебя, – сказал он тускло.

И Боб заговорил.

– Вот что бы ты выбрал: оставаться рядом с любимым человеком, зная, что он страдает от серьезного заболевания, или расстаться, чтобы он поправился?..

И Боб рассказал ему все. Слушая друга, Сол закрыл глаза. Вик стояла перед его мысленным взором – такая, какой он знал ее.

…Боб не мог не влюбиться в Вик, ведь подобных ей никогда прежде не встречал. Он и сам был трудолюбивым, деятельным человеком, но она поражала его своей энергией, бьющей через край. Ее глаза сияли, она не терпела нытья и слова «но», ей удавалось вдохновить даже самых отпетых пессимистов. С такой девушкой можно было пройти огонь и воду и даже не заметить их.

Она тоже влюбилась в него. Это была любовь‑восхищение, любовь‑открытие. Он чувствовал себя на седьмом небе, видя свое отражение в ее глазах. Всего одно ее восторженное слово изменяло его, добавляя решимости, мудрости, уверенности. За это он уже не просто любил, а боготворил ее. Свой источник жизненных сил.

И вот буквально в один момент эта девушка вдруг превращается в свою противоположность. Невозможно описать эти перемены человеческим языком, ведь такие вещи нельзя осмыслить. Ее улыбка погасла, она смотрела на него пустым взглядом, едва узнавая, не питая к нему ни малейшего интереса. Но мало того, собственная жизнь не интересовала ее. От прежней энергии не осталось и следа, это была пустая оболочка человека и ничего больше.

Он не понимал, что случилось. Она больна?..

Прошла пара дней, перед ним снова была та самая – любимая, яркая, обожавшая его девушка, по которой он сходил с ума. Казалось, все утряслось, миновало. Мало ли что бывает с людьми? Перетрудилась, устала, отчаялась. Но спустя еще несколько недель она снова впала в депрессию. На этот раз и более глубокую, и гораздо более долгую. Депрессия кончилась, но ненадолго – вскоре наступил следующий период апатии и душевного упадка.

На этих американских горках они и катались целый год, пока он не узнал причину всего, что с ней происходит. Болезнь. Но не физическая, а ментальная, и единственный способ победить безжалостного дракона – фармакотерапия. Но есть и цена этому способу лечения: оно восстановит ее здоровье, но повлияет на восприятие. Не будет феерической девушки с горящим взглядом, которая так любит и вдохновляет его, она исчезнет навсегда. Терапия покажет ей любимого таким, каков он есть на самом деле, а не суперпринцем, которого она видела прежде, в свои активные периоды. Что она почувствует к нему? Скорее всего, разочарование. У их совместного будущего не оставалось шансов.

– И вот передо мной встала дилемма: продолжать отношения с Вик, зная, что она страдает от разрушения личности, или отпустить, чтобы она вылечилась, но уже без меня, – закончил Боб свой рассказ.

Сол все еще не шевелился, по склоненному лицу стекали слезы. Его друг встал и пересел к своему рабочему столу, чтобы не смущать его, не показывать, что он заметил эти темные капельки влаги на коленях голубых джинсов Сола.