Солнце в огне
– И таран с головой черепахи, – повторила за ним Йонг, прикидывая, насколько сложно создать такое сооружение, имея при себе только топор и неограниченный запас деревьев в прибрежных лесах Тоннэ. Железо для такого проекта найти в не‑Чосоне будет сложнее. Куда сложнее, чем объяснить капитану драконьего войска, что кобуксон для его народа – это жизненная необходимость, а не каприз одной упрямой госпожи из другого мира.
«Зачем ты тратиш‑ш‑шь время на то, в чём не смыслиш‑ш‑шь?» – взвыл имуги внутри Йонг.
«Я и в звёздах не‑Чосона мало смыслю, – отбилась она. – Но нас же это не останавливает».
«Глу‑у‑упая девчонка».
«Тупой змей».
– Некоторые считают кобуксон мифом, – усмехнулся Тэ Нагиль. – Ну, знаете, такое сооружение, технологически опережающее своё время на несколько столетий… Некоторые говорят, что записи о нём – это выдумка для устрашения японского флота.
– Вы удивитесь, Тэ Нагиль‑щи, – скривила губы Йонг, – сколько всего люди готовы списать на выдумку и мифы, лишь бы не чувствовать себя уязвлёнными.
Они прошли вдоль рядов с экспонатами, Йонг заметила на одной из стоек модель корабельной пушки, по форме напоминающей шею и голову дракона. Такая могла бы украшать кобуксон в не‑Чосоне. Она могла бы выдыхать огонь из горла настоящего Дракона и пугать японцев до обморока.
«Тебе нужно найти мес‑с‑сто! – со злостью шипел имуги. – Ищи звёзды, а не корабли!»
Интересно, думала Йонг равнодушно, а Дракон в Нагиле тоже не затыкался?
«Много болтаешь, – отрезала Йонг. – Нет бы подсказал, что нам может понадобиться в не‑Чосоне из моего мира».
«Ты, ты можешь понадобитьс‑с‑ся, девчонка!»
«Ага, и чертежи кобуксона».
«Зачем?»
«Я хочу выиграть войну с Японией».
«Зачем?»
«Ты совсем глупый? Я хочу в безопасной стране жить, рядом с живым человеком, а не наблюдать, как он погибает от рук Тоётоми!»
Она возьмёт с собой чертежи и записи Ли Сунсина – и всё, что может пригодиться Нагилю и его войску.
«Разве ты не вериш‑ш‑шь Дракону? – съязвил имуги. – Он с‑с‑сильный, он вс‑с‑сех победит».
«Он причинил мне много боли, – возразила Йонг, чувствуя, что в груди сжимается уставшее ныть сердце. – И он не такой уж сильный, у него есть… ограничения».
«С‑с‑смертный капитан, – злорадно усмехнулся имуги. – Человек, подверженный страс‑с‑стям человечес‑с‑ским. Если бы он позволил Дракону владеть с‑с‑собой полнос‑с‑стью, то не знал бы пощады, не ведал бы ус‑с‑сталости, владел бы вс‑с‑семи землями Чос‑с‑сона».
«Это твои фантазии», – ответила Йонг и разозлилась, потому что имуги был прав. Возможно, будь Нагиль более амбициозен, он бы наплевал на то, сколько разрушений принесёт его тесный союз с Драконом, и позволил тому захватить и тело, и разум. Слился бы с ним, выиграл войну одним взмахом огромного хвоста, а потом остался бы сидеть на руинах своей страны, считая себя её властелином.
«Столько с‑с‑силы, – стонал имуги. – С‑с‑столько с‑с‑силы, которую можно ис‑с‑спользовать в с‑с‑своих целях‑х‑х!»
«Да ты ему завидуешь», – удивилась Йонг.
«Я хочу с‑с‑стать таким же. И с‑с‑стану, если ты поможеш‑ш‑шь».
«О, наконец‑то мы говорим правду! Так вот зачем ты хочешь вернуться в не‑Чосон – чтобы стать Драконом! Тебе для этого нужно спать на дне Великого моря тысячу лет?»
«Глупая девица, верит с‑с‑сказкам, да не тем, что с‑с‑следует».
«Тогда тебе нужна жемчужина? А я смогу как‑то от тебя избавиться, если достану жемчужину?»
Имуги шевельнулся в теле Йонг, ощутимо, впервые с того момента, как открыл свою пасть и стал постоянно говорить внутри её.
«Хочеш‑ш‑шь заключить со мной сделку?»
Нет. Йонг самолично убедилась, что сделки с Великими Зверями не приводили человека ни к чему хорошему. Они дарили надежду, а потом отнимали её, а вместе с ней отнимали часть тебя и делали слабым, безвольным, пустым существом.
– Сон Йонг‑щи? – позвал её Тэ Нагиль, и Йонг вздрогнула и обернулась, выныривая из собственных мыслей. – Музей скоро закрывается, нас попросили покинуть зал. Правда, вы не нашли, что хотели…
– Ничего, – кивнула ему Йонг. – Я вернусь сюда позже.
У неё было время, чтобы отыскать нужные карты и вычислить место на небе, под которым откроется последний Глаз Бездны. И у неё был план.
За то время, что ей придётся прожить в невыносимом мучительном ожидании, она соберёт все возможные записи Ли Сунсина и других полководцев времён Имджинской войны своего мира, чтобы принести это в не‑Чосон и помочь Нагилю вырвать страну из загребущих лап японского генерала.
Если к тому моменту, когда она вернётся, не‑Чосон ещё не погибнет.
Надо было взять с Дракона обещание, что он любым способом сохранит жизнь Нагиля на долгие‑долгие годы вперёд, зло думала Йонг, медленно пересекая мемориальный парк вокруг музея Пусана, чтобы прийти к автобусным остановкам. Тогда бы она не просыпалась среди ночи в слезах, потому что ей снова приснилось, как Нагиль умирает. Тогда бы она не сомневалась, что сможет вернуться к нему и найти не погребальный костёр с его телом, исколотым мечами и вилами, а найти его, живого.
«Он жив», – прошипел имуги. Несмотря на то что страдания питали змея, такие мысли его злили не меньше, чем Йонг. Потому что после них у неё опускались руки и делать она ничего не хотела, боясь надуманных картин, которые могла увидеть в не‑Чосоне.
«Я не собираюсь сдаваться и всё равно вернусь в не‑Чосон», – возразила Йонг, почувствовав, что имуги снова хочет шипеть ей в уши о доверии. Верить змею себе дороже.
«И поможеш‑ш‑шь с‑с‑своему капитану, да‑а‑а. Зря. Больше войн – больше с‑с‑смертей. Больше с‑с‑смертей – больше с‑с‑страданий».
«Не стать тебе Драконом с таким мировоззрением».
«Ты ничего не знаеш‑ш‑шь о Драконе. Ему больше лет, чем ты можеш‑ш‑шь с‑с‑себе представить. Мне больше лет, чем ты можеш‑ш‑шь вообразить».
«Я знаю тебя всего пару месяцев, и ты уже меня бесишь», – огрызнулась Йонг.
Она остановилась у выхода из парка, чтобы подождать отставшего Тэ Нагиля. Тот нагнал её и, виновато улыбнувшись, предложил поужинать.
– Почему вы со мной возитесь, Тэ Нагиль‑щи? – спросила Йонг. Она спрашивала без претензий и надеялась, что вопрос звучит так же, хотя порой Тэ Нагиль говорил ей, что она хочет казаться злее, чем есть на самом деле.
– Простите?
