Стальная клетка
Внутри офиса, где я давно не появлялся, висел вечный аромат сигарного дыма, запахи пыли и сырости. Я подошел к окну и повернул жалюзи. Светлее не стало, поэтому пришлось зажечь стоящую на столе масляную лампу.
– Вы простите за бардак, – я оглянулся вокруг и показал даме на стул напротив моего стола, – свет тут тоже отключили. Как вы, должно быть, уже поняли, я давно не практикую.
Дама бегло осмотрелась и спешно уселась на предложенный стул.
Я открыл сейф, вынул оттуда бутылку бурбона, пару пыльных бокалов и коробку с сигарами. Деньги были на месте. Часть платежных чипов я незаметно бросил себе в карман.
– Вы меня удивили, признаюсь, – начал я, наполнив бокалы, – должно быть, вы в сильном отчаянии. Поймите меня правильно – вы в Даске, ждете детектива, который тут редко бывает и до которого не дозвониться. Хотя в центре практикуют тысячи спецов.
Лицо дамы было вытянутым, с аккуратным острым подбородком и острым носиком. Вокруг носика кучковались веснушки – редкий феномен для темноволосых да еще и голубоглазых красавиц. Глубокий вырез на платье оголял острые ключицы. Ниже я при первом знакомстве старался не смотреть.
– Я… да. Ха‑ха, вы правы, глупо мне было надеяться… но вы все же появились. А значит, Дух на моей стороне.
Она очень мило смеялась. Так живо и искренно! Но, конечно, это был смех неловкости, и все же. Я давно не слышал такого в Даске. Я улыбнулся, сел на угол стола и взял свой бокал.
– Давайте выпьем за знакомство, – предложил я. Она неловко взяла бокал тонкими пальчиками.
– Ой, я Елена…
– Рад знакомству. – Мы легонько чокнулись, и я закинул содержимое бокала в горло. Да‑а‑а! Отличное пойло. Она сделала небольшой глоток и поставила бокал на стол. Затем мы помолчали минуту.
– Рассказывайте, что привело вас в эту дыру.
– Я… я ищу одного человека, – она подняла на меня глаза.
– Мужчину?
– Да… Он мой парень, мы жили вместе. Он пропал. Уже месяц не могу его найти. Он не приходит, не звонит, не пишет… Это… Это так внезапно!
– Обращались в Нарьян‑тан? – Это был важный вопрос. Там, конечно, те еще твари. Но в нашем мире тотального глобалнета нельзя пропасть без следа. Если не прятаться профессионально, как я.
– Да. Они искали неделю, но после мне пришел отказ.
– Не понимаю? – я поднял бровь и вытащил из коробочки сигару с гильотинкой.
– Марк – так его зовут – он… он без чипа. Он чистый, вообще без имплантов.
– Сектант? Или просто из диких аборигенов?
– Нет! Он… он художник!
Я закурил сигару и выдохнул столб дыма в вентилятор на потолке. Смотреть в ее глаза было тяжело. В них была зверская смесь отчаяния и надежды.
– Елена, почему вы пришли сюда?
– Офицер в полиции, с которым я общалась, посоветовал вас. Он сказал, что вы искали такого человека уже, без чипа. Я хочу, чтобы вы нашли Марка…
Я снова выдохнул столб дыма и наблюдал за тем, как он клубится.
– Искал и не нашел. Боюсь, я не смогу вам помочь.
– Понимаю… – В больших голубых глазах появился грустный блеск. Она прижала к себе кожаный клатч и встала.
– Этот город поедает людей. Особенно хороших, – сказал я ей вслед, когда она уже была у двери.
– П‑простите, что отняла время. – Она не обернулась и спешно затопала каблучками по коридору.
Сука. Что я творю. Даже про деньги не спросил. И не поддержал ее никак. Ну я и тварь…
Человек без чипа. Пять лет поисков. Человек, ради которого я поставил на кон вообще все. Человек, ради которого я обезглавил Синдикат, чтобы узнать, что они были ни при чем. Затем остатки Синдиката сожгли мой дом, машину и послали ко мне убийц, сделав меня врагом номер один.
Миранда.
Миранда Сандерс.
Я подошел к пыльному книжному шкафу. Миранда. Правая книжка в верхнем ряду была рычагом. Уже три года я не открывал его. Книжный шкаф отъехал в сторону, явив крошечную комнатку. Там на стенах висели фотографии, распечатки газет, кадры с камер наблюдения, приколотые иголками к стене. Между ними были красные нити, связывающие лица, события, фотографии прошлого. Я помнил все эти связи. Все они обрывались и вели в никуда. Миранда пропала из моей жизни, оставив в ней огромную дыру.
