Страж
После поисков Розы у реки мажордом приказал Дилану приходить к нему в кабинет, где он учил нескольких смышлёных мальчишек из детей воинов не только чтению, письму и счету, как в храмовой школе. Опытный рыцарь учил их делать расчет зерна на посев, объяснял политику цен на базаре, пользу ремесленников и основы законодательства. Иногда из храма приходил ученый монах и тоже наставлял детей.
То, что Дилану позволили учиться большему, чем просто мечный бой, повысило его статус, и в то же время замковые мальчишки начали его нещадно дразнить. Еще бы, у мажордома обучались и дети графа, не отправленные пока на воспитание к другим знатным лордам. Иногда мажордом приказывал подать в комнату подогретого вина и сладких пирожков и усаживал будущих рыцарей в круг, изображая военный совет. Кто‑то сразу хватался за вино – редкое лакомство для мальчишек. Кто‑то предпочитал быстро набить рот пирожками. А кто‑то, как Дилан и младший сын графа лорд Брок, спорили, склонясь над схематичной картой, начерченной угольком на полу.
Правда, Дилан всегда успевал припрятать два пирожка в свою поясную сумку – для себя и для Розы. Ему по‑прежнему приходилось отыскивать девочку перед тренировками или учением, но теперь это не вызывало у него внутреннего протеста. И если ему перепадало что‑то вкусное, он всегда оставлял гостинец для Розы. Просто потому, что она тоже всегда делилась с ним любой сладостью и рассказывала все интересное, что с ней происходило.
Однажды Дилан сидел на редкой травке у крепостной стены и, греясь на солнышке, пытался читать свои собственные записи на восковой дощечке. Пергамент для письма был слишком дорог, поэтому на занятиях короткие записи делали в тазу с песком, а вот задачки писали на восковых табличках. Парень так увлекся подсчетами, что не заметил, как Роза подобралась к нему под бочок и заглянула в табличку:
– Что это? – маленький пальчик неловко ткнул в кривую строчку.
– Это буквы, – отмахнулся мальчишка.
– Буквы? Я видела буквы! – довольная малявка пристально уставилась на дощечку. – Они не такие!
– Тут еще цифры, – отмахнулся Дилан, судорожно складывая мешки зерна, чтобы разделить их на количество телег.
– А что такое цифры? – Роза не отступала и умела быть упрямой.
Вздохнув, парень отложил дощечку:
– Цифры – это значки, которыми обозначают количество чего‑нибудь.
Девочка хлопала глазами, явно не понимая, о чем речь.
– Ну вот смотри, – оглядевшись, Дилан подобрал палочку и нашел маленький кусочек вытоптанной земли: – У тебя один любопытный нос… Вот цифра «один»! У тебя две косы, вот цифра «два»…
К вечеру малявка бегала повсюду и считала все, на что падал ее взор, правда, только до трех. Дилан усмехался – увлекшись, Роза дала ему время решить задачу и не убегала далеко, постоянно возвращаясь для проверки:
– Это я правильно посчитала? А это?
Неприятность с будущим мечником случилась позже – когда он отвел девочку к матери и шел в казарму, его перехватил местный священник. Довольно молодой монах со строгим, истощенным постом и молитвами лицом поймал Дилана за плечо и крепко стиснул костлявые пальцы:
– Отрок неразумный, что ты творишь?
Мальчишка удивленно вскинул глаза – идя мимо храма, он перекрестился, поклон святому алтарю тоже не забыл.
– Зачем ты передаешь бесценные знания женщине? Сосуду скудельному? Твари, годной лишь на ублажение мужчины и рождение детей?
Дилан ошеломленно хлопал глазами. Слова про «сосуд скудельный» он и раньше слышал в проповедях, но таким вот змеино‑шипящим тоном – впервые.
– Простите, святой отец, – повинился мальчик, понимая, что иного от него сейчас не ждут, – мне нужно было сделать урок, а Роза мешала…
Костлявая, но неожиданно сильная рука разжалась.
– Иди, отрок, и помни: женщины – суть низшие существа! В списке имущества мужчины женщина стоит после скудоумных волов!
Низко поклонившись, Дилан рванул в казарму, влетел, задыхаясь, упал на свою узкую койку и некоторое время лежал неподвижно, пытаясь усмирить дыхание. Его прислали в замок в возрасте пяти лет, и с той поры будущему оруженосцу не было так страшно!
* * *
Отъезд
