Тёмный травник. Верховья Стикса
Телефонный разговор получился на удивление коротким. Весьма и весьма немолодой, судя по хриплому старческому голосу, мужчина вместо приветствий сразу перешёл к делу задал лишь один‑единственный вопрос: «Что ты хочешь получить за свой квест?». Стараясь не выдать голосом своего перевозбуждённого состояния, я перечислил свои «хотелки»: доставку еды на три сотни голодных рыл прямо в назначенную точку пустыни, максимально имеющуюся у «Стального Легиона» карту реки Стикс и реагент Сердце Ифрита, хотя бы парочку, а лучше больше.
Вообще‑то про сердца ифрита я вставил спонтанно в самый последний момент и ожидал торга или каких‑то ограничивающих условий, но собеседник спокойно выслушал мои требования и коротко ответил, что «Стальной Легион» согласен. Я так понял, что на складе столь могучего клана всевозможные алхимические ингредиенты хранились в достаточном количестве, и мой собеседник не сомневался в наличии.
В итоге старик попросил с меня координаты локации и через минуту молчания ответил, что всадник на Серебряном Пегасе долетит в нужную точку часа за полтора, затем активирует свиток портала, через который пройдут другие игроки клана.
Когда я вошёл в игру и пересказал сестрёнке итоги беседы, Валерианна была весьма недовольна:
– Братишка, раскрыв наш интерес к сердцам ифритов, ты поступил крайне неразумно! Я же сама собиралась завтра утром или даже этой ночью порыскать на аукционных площадках разных регионов в их поисках! Теперь это уже бессмысленно – если там что и было по приемлемой цене, наверняка уже сметено… В «Стальном Легионе», как и в любом ТОПовом клане, очень сильные аналитики. Естественно, твой неожиданный интерес к такому ресурсу не прошёл мимо их внимания, и лучшие алхимики и крафтеры «Стального Легиона» уже наверняка изучают скрытые свойства этих предметов. Наша тайна если и не раскрыта ещё, то очень вскоре перестанет быть секретом для «Стального Легиона», после чего в считанные минуты все сердца ифритов на всех трёх континентах «Бескрайнего Мира» будут скуплены!
Наверное, сестра была права, говоря об упущенных возможностях. Хотя, с другой стороны, я выбрал вариант гарантированно получить несколько нужных нам реагентов вместо гипотетического шанса потом в будущем найти их на аукционах в большем количестве. Во‑первых, где гарантия того, что Сердце Ифритов в количестве большем двух выложены на аукционы, и что мы сможем победить в торгах? Во‑вторых, опять же, мы не были застрахованы от ситуации, что проявленный нами интерес к этому реагенту пробудит пристальные исследования крупных кланов в отношении этих алхимических ингредиентов, и тогда мы бы вообще остались с носом. В общем, я предпочёл синицу в руках журавлю в небе.
Пока орки по моему приказу тщательно разбирали завалы из костей и мусора, вынося всё ценное из пещеры ифрита, я в компании сестры и Таиши вернулся в палаточный лагерь. Спустившаяся с ночного неба СТЕРВА выложила к моим ногам едва живого Пустынного Варана 21‑го уровня и вытянула свою длинную шею в ожидании порции заслуженной ласки.
– Ты же моя красавица! Не даёшь своему хозяину засохнуть с голоду и жажды! – я принялся чесать виверну по мягкой чешуйчатой коже под нижней челюстью, и летающая змея легла на брюхо и даже прикрыла вторыми веками свои глаза, полностью растворяясь в блаженстве и неге.
Поскольку посторонних глаз вокруг не было, я прикончил принесённую добычу Укусом Вампира.
Получен опыт: 105 Exp.
Получено достижение: Дегустация (43/1000)
Улучшена расовая способность: Вкус крови (+25 % наносимого повреждения за убитых Укусом Вампира уникальных существ)
После экипировки Когтя Фенрира мой показатель Силы вырос до 294‑ёх, и укусом я теперь мог наносить от 367 до 2202 единиц дамага, так что равный мне по уровню игрок или чудовище едва бы пережили даже одну такую атаку. А более полутора тысяч имеющихся Очков Выносливости позволяли моему Гоблину‑Вампиру кусать врагов чуть ли не непрерывно.
Тушу Пустынного Варана я разорвал голыми руками на две части. Одну половину скормил голодным волкам из Серой Стаи, вторую отнёс тем горе‑поварам, которые всё ещё кипятили своё малоаппетитное отвратительно пахнущее варево в тщетной надежде сделать из него что‑то съедобное. Окровавленное мясо дикие орки даже не стали кидать в свой котёл или хотя бы обжарить на огне, разорвав на части и сожрав прямо так сырым. Признаться, меня это покоробило:
– Был же на «Белой Акуле» нормальный кок, который умел готовить. Куда он делся? – поинтересовался я у членов своей команды головорезов.
– Так, капитан, погиб же наш кок во время того страшного морского сражения с неумирающими! – сообщил мне один из орков, вытирая свою окровавленную клыкастую морду тыльной стороной ладони.
Понятно… Что же, у меня давно назревала идея как‑то структурировать и организовать то сборище диких головорезов, которое досталось мне в виде наследства от предыдущего капитана. Пожалуй, этот момент настал. Я потребовал от орков вылить куда‑нибудь подальше от лагеря ту вонючую жижу, которую они кипятили в костре, и пригласить сюда к костру первого помощника Зябаша Живучего и шамана Гуу.
* * *
– Капитан, я не понимаю, ты хочешь превратить нашу пиратскую вольницу в регулярную армию? – не слишком довольно поинтересовался Зябаш Живучий, задумчиво почёсывая в затылке своей громадной пятернёй.
– Можно сказать и так, – согласился я с такой оценкой своих планов. – Любой орк сам по себе крупнее, сильнее и свирепее воина из рода людей или эльфов. Но вот когда речь заходит о крупных отрядах или армиях, люди регулярно раз за разом побеждают орков, сгоняют их с территорий и захватывают орочьи города!
Зябаш Живучий оскалился и недовольно зарычал, но я продолжал гнуть свою линию:
– Это – правда, хотя и горькая. Назови мне хоть одно крупное сражение, которое выиграли орки у людей. Не какое‑то нападение на зазевавшихся землепашцев или отставший обоз, а действительно сражение двух армий. Что, не приходит на ум? Неудивительно, ибо таких примеров вообще нет! Люди, более слабые существа по своей природе, всегда выигрывали за счёт жёсткой дисциплины, хорошего оружия и доспехов, лучшей обученности и коллективных действий.
– Но орки по своей природе совсем другие, не похожие на людей, – возразил шаман. – У людей во главе их аристократических родов всегда стоят более хитрые и подлые, первыми успевшие отравить своих братьев‑сестёр и подло устранившие других претендентов и родителей. Полководцы людей всегда стоят сзади своих войск и посылают на смерть других. Орки же гораздо честнее в этом плане. У орков правят более храбрые и сильные, заслужившие уважение своими подвигами на бранном поле, а не древностью своего рода. И наши командиры всегда идут в первых рядах, своей храбростью показывая пример другим и…
– И первыми погибают в сражении, оставляя свою армию подавленной и растерянной без какого‑либо управления… – закончил я за шамана его пылкую речь.
Шаман Гуу поперхнулся на полуслове и остановился, затем после паузы вынужден был признать мою правоту. Я же снова продолжил:
