Звездный десант

Опасно? И да, и нет. Жить – само по себе опасное занятие. Пуля не разрывная, убивает только при попадании в голову или сердце, да и то не всегда. Один опасный выстрел из полутысячи предназначался для создания «обстановки, приближенной к боевой». Мы были кровно заинтересованы в поисках укрытия, тем более что наши инструкторы славились меткостью стрельбы и добросовестно старались не промазать. Правда, они уверяли, что не целят в голову… но нельзя же забывать о вероятности несчастных случаев.

Дружеские уверения инструкторов не очень‑то успокаивали нас. Шанс, хоть и мизерный, схлопотать пулю живо превратил скучные учения в волнующую русскую рулетку. Скука исчезнет, как только первая пуля свистнет возле уха – еще до того, как ты услышишь хлопок выстрела.

Все же мы не укладывались в нормативы, и тогда сверху прилетел слушок: если не прекратим считать ворон, соотношение изменится на один к ста. Не поможет и это – тогда будет один к пятидесяти. Не знаю, выполнило ли начальство свою угрозу, проверить было невозможно. Но она безусловно возымела действие, тем более что в другой роте пуля касательно прошлась по чьим‑то ягодицам, оставив эффектные шрамы, вызвав шквал глупых шуток и напомнив нам о роли защитных укрытий в бою. Мы потешались над парнем, получившим ранение в задницу… Но каждый из нас понимал: пуля может угодить и в голову, и даже в твою собственную.

Инструкторам, которые не вели огонь, не надо было укрываться. Они ходили во весь рост, в белых рубашках, со своими дурацкими тросточками, всем видом демонстрируя уверенность в том, что даже самый зеленый салабон не посмеет нарочно пальнуть в капрала. Пожалуй, они были чересчур оптимистичны. С другой стороны, крайне маловероятно, что этот прицельный выстрел придется на боевой патрон и пуля, выпущенная неопытной рукой, не пролетит мимо.

Не простое это дело – попасть в яблочко из старинной, без функции самонаведения, винтовки. Известно, что в прежних войнах, когда такое оружие играло главную роль, по статистике, на уничтожение одного солдата тратилось несколько тысяч патронов. Сейчас это кажется невероятным, но военные историки подтверждают: так и было. Похоже, чаще велся огонь на подавление, чтобы противник не мог высунуть голову из окопа и пострелять сам.

 

Конец ознакомительного фрагмента