Академия небытия. Учись или умри до конца

Меня перестало триггерить, и я внезапно успокоилась. В самом деле, почему бы и нет? Я четко помню такси, очаровательный профиль молодого водилы, а еще – нож в его руке. Удар тоже помню отчетливо, было больно и обидно. Не уверена, что после такого выживают. Значит, это все реально. Пусть я и не была поклонницей Рен ТВ, но в теорию многонаселенной Вселенной предпочитала верить, просто на всякий случай. Тем более не каждому дается шанс начать свою жизнь заново. Это получается, мне выпал счастливый лотерейный билетик? Чем же я заслужила такой подарок судьбы?

– И что такого нужно сделать, чтобы попасть сюда? – озвучила я свой последний вопрос.

– Как я уже сказал, соответствовать ряду параметров, – как‑то заюлил доктор. – А также умереть в нужный день.

Он легко встал со стула вместе со мной и пересадил меня на кровать.

– Подождите! – я еще не все смогла утрясти в голове. – Вы сказали, это академия? Снова учиться? Да я только на работу устроилась! Даже испытательный срок еще не кончился.

В памяти пронеслось адское собеседование на должность менеджера по персоналу, которое мне не так давно пришлось пережить (сейчас уже в прямом смысле), и уютный офис с собственным столом, компьютером и золотой рыбкой в банке помахал мне на прощание ручкой.

– Чем быстрее вы адаптируетесь в нашем мире, тем безболезненней пройдет процесс интеграции. Не волнуйтесь, – доктор Зусман внезапно подмигнул и сказал свою явно самую любимую присказку: – не вы первая, и не вы последняя.

Тут у меня словно пелена с глаз упала, и я увидела, что доктор оснащен аккуратными чуть загнутыми рожками и хвостом с милой кисточкой, а хамоватая медсестра прячет под шапочкой неестественно большие уши. Недаром она мне сразу не понравилась.

– Простите? – я помотала головой и еще раз присмотрелась. Ни рога, ни уши, ни даже хвост никуда не делись.

– Академия подстраивает новую оболочку под внутреннее содержимое, поэтому попрошу не удивляться некоторым нашим естественным особенностям, коль вы их наконец‑то разглядели, – добавил доктор. – И раз уж вы так быстро приспосабливаетесь к местной среде, может, вы уже готовы встретиться с приемной комиссией?

– Вот жеж итишкина хреномать! – вырвалось у меня.

– Попрошу не выражаться, – поморщился рогатый доктор. – Сейчас я возьму у вас кое‑какие анализы, это быстро. За ширмой подготовлена форма на первое время, переоденьтесь, а потом Ирма вас проводит.

Медсестра с ослиными ушами заулыбалась, и я в ее глазах явственно разглядела ожидающую меня в коридоре расплату за посягательство на священное тело доктора.

Я зашла за ширму, скинула простыню и натянула на себя странное одеяние, состоящее из широких штанов, простой белой блузы и приталенного пиджака. Нижнего белья не прилагалось, или просто противная медсестра решила сделать мое пребывание здесь максимально некомфортным. На размер груди я не жаловалась, и при ходьбе она немного мешала, но будь я проклята, если эта ослица в шапочке что‑то заметит!

– Готова? – она заглянула за ширму.

– Всегда!

Она поджала тонкие губы, но без слов вывела меня из медпункта. Коридор был самым обычным, почти как в моем университете, разве что малость темноватым, но мне же сообщили, что мы в каком‑то загробном мире, так что чего я хотела? Высокий потолок усиливал эхо наших шагов, и мне становилось все тревожнее. Ирма уверенно вышагивала впереди, громко и как‑то даже демонстративно цокая каблуками, и скоро меня ждало очередное потрясение в виде двери с табличкой «приемная комиссия».

– Удачи, – ехидно пожелала Ирма и унеслась прочь, оставив меня одну. Я едва удержалась, чтобы показать ей язык, но это было слишком по‑детски, к тому же я не знала, на каком уровне развития здесь находятся технологии. Может, коридор весь утыкан камерами, и моя выходка будет записана и растиражирована в их информационной сети. Нет, надо быть осторожнее.

Решив не наживать себе проблем с самого момента прибытия, я аккуратно постучала в дверь и, дождавшись одобрения, вошла внутрь.

Если честно, после всего случившегося за последний неполный час я ожидала чего‑то в стиле «Матрицы» или, на худой конец, «Гарри Поттера», но реальность (если ее все еще можно было так называть) оказалась унылой и скучной. Просторный зал с высоким потолком был отделан темными деревянными панелями, с одной стороны возвышались ряды столов, уходящие вверх на манер амфитеатра, а напротив них, там, где ожидаешь увидеть кафедру, стоял длинный стол. Над всем этим светила огромная люстра‑колесо. Разве что только окон не было, вообще ни одного. Интересно, это потому что в загробном мире всегда темно и смотреть там не на что?

Ох, неужели я серьезно во все это поверила?..

Приемная комиссия, расположившаяся за столом, состояла из еще одного рогатого мужчины, двух дамочек с ярко выраженными животными признаками (а как еще можно назвать шерсть на лице – женской неухоженностью?) и одного бледного парнишки с вытаращенными глазами и рыбьей чешуей на впалых щеках.

– Маргарита? – строгим голосом задал вопрос рогатый. Выглядел он самым важным, да и сидел по центру, так что я сразу приняла его за главного.

– Она самая, – я растянула штанины в стороны и присела в некоем подобие книксена. Можно было и без этого обойтись, но извините – у меня стресс!

– Не паясничайте, – фыркнула мохнатая дама. – Вы в Академии Небытия, а не на базаре.

Я ухмыльнулась, почувствовав знакомое чувство раздражения. Несмотря на повышенную лохматость, она напомнила мне одну знакомую, которая заполучила работу моей предыдущей мечты (тогда я примерно так и думала). Я на собеседование готовилась, как на войну, а она только попой умела крутить, и что самое обидное – для соискателя важнее оказались не мои навыки и образование.

Так и сейчас. Эта мохнатая наверняка думает, что если выбила себе местечко на руководящей должности, то ей все можно. Ну нет! Я с этим не согласна.

– А вы знаете, что депиляционные крема творят чудеса? – я повернулась к ней и улыбнулась. – Хотите, подскажу марку моего любимого?

– Хамка, – мгновенно отреагировал парень‑ихтиандр. – Но ничего, это быстро лечится.

– Угу, – не смогла я промолчать. – Или калечится.

Парень выпучил круглые глаза еще сильнее и отвернулся. Правильно, нечего тут умничать в моем присутствии. Я вообще только умерла и плохо себя контролирую. Между прочим, это доктор Зусман так сказал.

– Вы готовы к экзамену? – прокашлявшись, спросил рогатый.

– Не уверена, но давайте начнем, – я кивнула и стала ждать, что мне скажут делать. В итоге комиссия смотрела на меня, я смотрела на комиссию, и никто не спешил разрушить нашу молчаливую идиллию. – Эээ? Простите?

– Вам не рассказали, что должно происходить на экзамене? – рогатый пристально посмотрел на меня. Я машинально проверила вырез пиджака и резинку у штанов. Все было в порядке, тогда какого лешего он смотрел на меня таким взглядом?

– Нет, – честно призналась я. – Я только что умерла, не успела втянуться.