Бабская религия о принце на белом коне

Вот так просто??! Хотелось подколоть, съязвить, уточнить, переспросить… я лишь тяжело вздохнула. Вот так. Мужик сказал, мужик сделал – Финист Ясный Сокол как никто другой следовал этому простому и действенному правилу. И если уж он заявил, что его сердце принадлежит мне, можно быть в этом уверенной в полной мере на все сто процентов.

Споткнувшись, тихо выругалась. Под ноги совсем не смотрю. Впрочем, как всегда. Я шла за рослой фигурой, думая о том, что наверное я могла бы полюбить этого человека. Он добрый, открытый и надежный, по крайней мере за столь короткое время у меня была возможность в этом убедиться. После службы он шёл домой, помогал матушке.

Поэтому когда этот бугай остановился, я даже не обратила внимания и со всего маха влетела в его широкую спину, смачно приложившись лбом о кольчугу. Хорошо, хоть щит он сегодня не взял, а то звук был бы, как удар в колокол. Я усмехнулась, представив себе эту картину.

– Погань какая‑то ходит, – тихо сообщил он.

Я прислушалась, послушно замерев на месте. Погань, так погань. Лишь бы ко мне это не относилось, ко мне, лапочке, нельзя так относиться, да? Конечно да.

Дружинный прикрыл меня собой и вытащил короткий меч из ножен, готовясь к бою. Стоя за его спиной впервые понимала выражение «как за каменной стеной». Вот была бы здесь бабушка… я чуть не рассмеялась. Да, моя бабушка времени бы зря не теряла и уже точно сосватала бы меня, недолго б музыка играла.

Что‑то мелькнуло сбоку.

– Справа, – быстро отреагировала я.

Не менее быстро отреагировал и Финист. Одной рукой он уводил меня за спину, а второй нанёс удар мечом. Я не успела понять что это было – темная тень, которая рассыпалась пеплом.

– Анчутка, – хрипло пояснил Финист. Такой спокойный. Как будто каждый день встречается с подобной нечистью. Хотя… может быть так и есть.

– Сзади, – крикнула я. Сработали оперативно. Я буквально поднырнула под руку дружинного в то время как он разрубил тело мелкой нечисти. Ещё двое выскочили из‑за дерева, но упали пылью на землю – расстояние оказалось достаточно большим и Финист воспользовался луком, Леголас недобитый. Кстати, плотность с которой он кастовал выстрелы и скорость стрельбы ещё чуть‑чуть и будет дотягивать до автомата. Дружинник обернулся ко мне, вопросительно задрав бровь.

– Что? – я по привычке проверила карманы куртки, боясь потерять телефон и карту «Тройка» для проезда на общественном транспорте. Это было сделано неосознанно, по выработанной годами привычке.

– Ты отличаешься, – он вздохнув, убрал лук за спину и снова двинулся вперёд.

– Ну да, джинсы у вас не в почёте.

– Джинсы? – он обернулся.

– Джинсы, – я показала на брюки.

Он понятливо кивнул и вновь устремил свой взор вдаль.

– Ты смелая. Это отличает тебя от других, Настасья.

Сердце дрогнуло. Он впервые назвал меня по имени. Впервые за два месяца. И черт возьми это прозвучало сексуально. Замечтавшись, опять споткнулась.

– Привал? – спросил дружинник.

– Ну уж нет, пока не выясню всё, никакого отдыха, – решительно шагала вперёд, но старалась все же под ноги смотреть. – А ты не хотел бы побывать в моем мире? – вдруг спросила я.

– Это любопытно, – признал он. – Судя по рассказам, твой мир сильно отличается.

– Да, сильно, – не стала отрицать я очевидные вещи.

Наверное, я хотела бы, чтобы он остался со мной и перешел в мой мир, но…

 

 

– Глава 8‑

 

Сумеречное влечение

 

Волх Всеславьевич или же Вольга Святославич –

персонаж русских былин, богатырь. Имеет скилл –

оборотничество, а также понимает язык зверей,

птиц и даже рыб. Сын змея и княжны, которая

наступив на змею зачала (о так вот бывает!).

 

Лес темнел и сгущался, пугая своей излишней мрачностью. Все чаще попадались разбросанные черепа и кости, правда выглядело это все несколько карикатурно и театрально, как пластмассовые декорации к фильму ужасов, будто цель стояла – запугать. И как я уже поняла, во‑первых, на местных это действовало. А во‑вторых, со мной бесстрашный дружинник. Или богатырь?!

– Слушай, а чем отличается дружинный от богатыря? – негромко спросила я.

– Дружинный при дворе, работа такая есть. Богатырь может быть сам по себе, дружинный подчиняется князю или царю, – кратко ответил он. Впрочем, как всегда везде и во всем есть нюансы.

– О как. А я и не знала.

– У вас нет богатырей, в вашем мире? – почему‑то удивился он.

– У нас по‑другому это называется. Полиция, военные, – я пожала плечами. – Слов много, суть одна.

Он хмыкнул и ткнул рукой, показывая избушку на курьих ножках. Удивительно наблюдать такой «прикол» вживую. Она переминалась с ноги на ногу, скрипя бревнами.

– Кстати, а мы вламываться будем или культурно поговорим? – запоздало уточнила я.

– Поговорить надобно.

– Океюшки, – и прочистив горло, громче произнесла. – Избушка‑избушка, вертай приличным местом к нам. Что как неродная?

И такая красивая тишина установилась. Финист посмотрел на меня с долей упрёка. Избушка просто замерла, видимо раздумывая. А таки я шо? Таки не шо. Смешно качнувшись, избушка все‑таки неуверенно повернулась, демонстрируя симпатичное небольшое окошко и не менее аккуратную дверь.

– Да ты прелесть, – заметила я.

Но все веселье прервал страшный старческий голос:

– Кто нарушил мой покой?

Наверное, стоило бы бояться. Возможно хотя бы опасаться. А может быть… но все это потонуло в том, что я узнала того, кого в этом мире называли Бабой‑Ягой.

– Вот это поворот!? – потрясено протянула я.