Бабская религия о принце на белом коне
Намотав полотенце на голову и натянув любимую растянутую футболку, засела за компьютер. Текст тек рекой, легко выходя из‑под пальцев, которые старательно отстукивали по клавиатуре. Я легко вела сюжет в продуманные дебри, делая черновик нового романа, который можно было бы попробовать втюхать какому‑нибудь издательству. Но это если повезет. Как правило, случалось все наоборот – любая издательская платформа продвигает какие‑нибудь свои дополнительные услуги (редакторов, корректоров, обложки, продвижение). Все как всегда и меня это давно перестало удивлять.
Я не отвлекалась, усердно работая до середины дня и лишь когда позвонила бабушка, пришлось отвлечься и начать собираться, попутно выслушивая истории о новых женихах и приметах. Особенно порадовала история о красных трусах на люстре – типа чтобы завлечь мужика в свой дом. Представляю лицо бедолаги, который бы это обнаружил. Ну и плюс вместо люстры у меня на потолке плафон, вот ведь незадача.
Достав джинсы, черную майку с черепом на груди я прикинула чего еще не хватает. Ага, на ноги кеды, сверху косуху и маленький рюкзачок. Ну все, я готова.
Дала себе обещание, что как приду домой – завалюсь спать, а то еще немного и вырублюсь прям стоя, хуже только в движении отъехать. В конце концов, я знаю, что снова лягу поздно, а утром с недовольной моськой буду укоризненно глядеть на будильник и вновь обещать себе «лечь пораньше». Благо кафе с посиделками находилось буквально за углом. К сожалению, чуть‑чуть опоздала, но никто не обратил внимание. Встав с другими людьми, кому не хватило стульев у стены, я попыталась прислушаться к выступающему оратору. Но было нудно. Рядом со мной стояла бабушка – на вид бойкая старушка (из тех, которые и в метро рано утром с тележками ездят и очередь в регистратуре отсиживают, обсуждая политику и свои болячки), с крючковатым носом и ангельски‑хрупким телосложением, ни грамма жира, но слишком уж костлявая. Одета простенько в серый не по размеру большой сарафан и широкополую шляпу с острой верхушкой, чем напомнила сказочную колдунью. Старушенция с усталым любопытством слушала, часто переминаясь с ноги на ногу и обхватывая себя руками за тощие плечи. Она зябко вздрагивала время от времени и тягостно вздыхала.
Бросив взгляд на группу ребят, занявших последний ряд, я чуть подалась вперед и негромко попросила их:
– Пацаны, сдвиньтесь немного, бабушку бы посадить.
Они, вздрогнув, оглянулись и извинившись быстро потеснились предоставляя достаточное места для еще одного человека. Дружелюбные – это хорошо. Я обратилась к «божьему одуванчику» с улыбкой:
– Присаживайтесь.
– Ой спасибо, голуба, уважила старушку, – она плотно села к ребятам и похлопала на освободившееся место рядом с собой. – Присаживайся к нам.
А чего, меня дважды просить не пришлось. Ораторы сменялись друг за другом. Честно говоря, рассказывали они что‑то может и интересное, но через чур нудное, из‑за чего внимание никак не фокусировалось. Как ни странно, в памяти снова всплыл Кощей, но я отогнала эти мысли. Скорее всего из‑за того, что я его раньше не видела, только поэтому сознание и цепляется. Ну либо как говорит моя бабка – мужика мне надо. Вздохнув, я подперла кулаком подбородок, стараясь не уснуть.
Бабушка «божий одуванчик» рядом со мной вдруг достала из сумки фляжку и быстро хлебнув, озираясь по сторонам, протянула мне:
– Будешь, голуба?
– Спасибо.
Я спокойно, не задумываясь, отхлебнула. Горло обжег крепкий алкоголь, согревая изнутри. Мероприятие сразу стало чуть веселее и интереснее. Сознание чуть помутнело, унося куда‑то далеко, кутая в облака, обволакивая легкой дымкой. Хорошо.
– Хорошая ты девка, голуба. Даже жалко, что пропадаешь, – проговорила старушка, пряча фляжку.
Я порывалась спросить, что она имела ввиду, но мир плавно погрузился во мрак, затягивая и унося в непонятные дебри. Кажется, я потеряла сознание. Но это не точно.
– Глава 4‑
Пленник разума
Лихо Одноглазое – нечисть, обитающая на болотах.
Злобная кровожадная хладнокровная,
но при этом умная и хитрая женщина
с длинными взлохмаченными волосами,
острыми когтями (неудачный маникюр?!)
и одним глазом на лбу. Имеется магический «артефакт» –
волшебный череп, который заманивает путников,
после чего Лихо сжирает их. Дополнительный скилл – приносить несчастье.
Сознание норовило убежать и скрыться, отвоевывая себе долгожданный отдых, но я настырно сопротивляясь выиграла в этой неравной схватке и все‑таки с превеликим трудом открыла глаза. Даже не знаю, что меня больше удивило – лес, в котором я находилась или то, что я была в отключке какое‑то время. От некоторого шока сознание чуть обратно не обежало в темные закоулки, но немыслимым усилием воли, я собрала себя в кучку.
Поднявшись с земли бегло провела ревизию – руки‑ноги‑голова‑телефон на месте, в целом солнце светит, жива, здорова, невредима, значит все в порядке. Но где я и как здесь оказалась? Огляделась. Лес как лес, со всех сторон одинаков. И куда топать‑то, где здесь выход? Вспомнила, что мох на деревьях растет со стороны севера, а север там, где холодно, да только что мне это дает, если я все равно не знаю куда идти? Покрутившись на месте, приняла единственно‑возможное решение: просто двигаться в одном направление – авось куда‑нибудь выйду. Или окончательно потеряюсь. Блин, что‑то не припомню чтобы Битца[1] так выглядела?
Пока шла, вспоминала, что же произошло, но кроме скучного литературного вечера ничего на ум не приходило. Может меня накрыло и… да с чего бы вдруг? И только тут вспомнилось, что что‑то выпила из предложенной фляжки. Ага, может все‑таки и накрыло. Странно, обычно в тусовках за мной ничего подобного не было замечено. Жаль телефон здесь не ловит, а то хоть по геолокации попробовала бы определить свое местоположение.
[1] Битцевский парк
