Багровый горизонт

– Так, значит, ты что‑то знаешь о Центре и разработках в нем? – негромко спрашиваю, когда мы делаем короткую остановку в тени. Коул пожимает плечами:

– Не особо много. Я там охранником работал, кое‑что приходилось видеть, слышать.

– А что за Коллайдер? Ассоциации с БЕРНовским.

– Ну, тут примерно то же, – соглашается он. – Кольцо под землей, центр наблюдения, все дела.

– Ничего себе! Это ж какие затраты, наверно!

– Я об этом слышал, – заявляет Джим. – Давно ходили слухи, что ученые что‑то прячут в подземных тоннелях. Тут раньше хотели метро строить, соединить несколько городов в одну цепь. Потом решили, что дорого обойдется, и свернули работу.

– Видимо, Центр использовал готовые туннели, – Коул первым пересекает черту, отделяющую темноту от освещенного луной участка, не расслабляясь ни на миг. – Если учесть, что он под крылом у правительства, никаких проблем с разрешениями или финансами.

Я размышляю над услышанным, пытаясь представить себе масштабы гигантской конструкции, спрятанной под землей. Неужели такую махину можно было построить в тайне от горожан?

– Зачем скрывать подобное? Если только не допустить, что их намерения уходили чуть в сторону от честных.

Джим с готовностью кивает и заводит старую песню:

– Это они устроили катастрофу!

– Ну… с первым Коллайдером тоже было немало трений, – вспоминаю я. – Кое‑кто боялся, что его запуск превратит Землю в черную дыру. В тот раз обошлось. Но вероятность подобного исхода всегда остается, верно?

– Думаешь, это объясняет, что случилось с городом и его жителями? – мрачно уточняет Коул. – И откуда взялись эти монстры?

– И куда все исчезли? – испуганно добавляет Джим.

– Причем исчезли все сразу и в течение очень короткого времени.

Я трясу головой, отгоняя навязчивые мысли.

– Давайте не будем искать ответы на все вопросы сразу. Пойдем по порядку. Сперва – найти выживших, затем уже, возможно, возьмемся за Центр с его загадками.

– Уверен, что у нас хватит времени? – скептически осведомляется Коул, останавливаясь у закрытой двойной двери в госпиталь. – В кино правительство обычно скрывает свои ошибки под ядерным грибом, выдавая за несчастный случай.

Я невольно усмехаюсь:

– Обычно это происходит на рассвете, ага. Что ж, сейчас у нас, – кидаю быстрый взгляд на часы, – десять вечера, так что время есть.

Джим дергает плечом, давая знать об уровне своей нервозности. Коул отвечает усмешкой:

– Как вариант: можем попробовать рвануть отсюда, не утруждаясь поисками других везунчиков. Надо только найти транспорт.

– Ну, во‑первых, меня не греет мысль о малодушном побеге, вот нисколечко.

– Побочный эффект от ношения полицейской формы? – хмыкает Коул, подавая знак, чтобы все молчали, и толкает дверь, а затем быстро шагает внутрь, светя фонариком. За ним идет Джим, я замыкающим.

– Я с детства такой, – возражаю, невольно присматриваясь к действиям напарника.

Охранником, значит, работал? А до этого, наверняка, служил где‑нибудь, причем было это не так давно. Четкие, уверенные движения, крепкая мускулатура, с оружием обращается на раз‑два, а еще прямо давит своей бойцовской харизмой. Мечта девушек, на зависть парням. Выглядит тоже как герой боевиков, только в придачу к силе явно и ум имеется – вон какой пытливый взгляд и брюсоуиллисовский хитрый прищур. Темные глаза, нос с горбинкой, скуластое лицо, густую правую бровь перечеркивает шрам. Идешь рядом, и не покидает ощущение, что совсем близко – электрический провод: дотронься – и так шибанет током, что костей не соберешь. Такой вот новый знакомец.

В холле госпиталя откровенно неуютно. Никаких следов кровавой бойни или злобных призраков в белых халатах – но атмосфера все равно давит. И, как и на улицах – ни единой души. Только куча зеленых растений, несколько разбросанных диванчиков и столиков, стойка регистратуры, а пол покрыт разноцветными журналами и листовками. Лестница на второй этаж, а вдаль уходит темный коридор. В общем, мечта режиссера ужастиков.

– Держи, будешь штурманом, – Коул срывает со стены карту здания, вручает Джиму. Я склоняюсь над картой.

– Наверх или прямо?

– Вопрос интересный. Наверху – палаты, прямо – кабинеты врачей, – Коул пожимает плечами. – Где бы ты спрятался? – он кидает взгляд на Джима. Тот ежится:

– Я бы не захотел выходить на улицу, вот это однозначно.

– Кстати, заметили – здесь никаких следов сопротивления, баррикад и подобного? – я оглядываюсь. – Это подозрительно.

– Здесь все подозрительно, – ворчит Коул, водя фонариком по стенам. – То ли никто не успел вооружиться, то ли…

Он без колебаний делает шаг в сторону коридора – словно бы вдруг обрел способность видеть в темноте. Я спохватываюсь и следую за ним, освещая фонариком путь (хотя приходится секундочку бороться с искушением посмотреть, как этот самоуверенный Рэмбо будет топать во мраке). Джим не отстает.

– Может, пойдем в комнату видеоконтроля? – предлагаю я, когда луч света выхватывает из темноты камеру под потолком. Коул замедляет шаг, дожидаясь Джима, сверяется с картой и молча поворачивает направо. То есть в сторону видеоконтроля, кабинета главврача и хирургического блока, если верить карте.

Стоит такая тишина, что хочется ее разбавить хотя бы легким, душевным ругательством. В конце коридора настежь распахнуто большое окно, в которое игриво заглядывает луна, то и дело становящаяся похожей на сигнал призыва Бэтмена, когда ее закрывают ветки деревьев. По обе стороны – закрытые двери в палаты (я пробую повернуть ручку у одной, отчего Джим моментально покрывается испариной; оказывается заперто), под ногами – далеко не новый, но все еще годный зеленый ковролин.

Коул идет вперед с такой уверенностью, словно работал охранником именно тут, и знает все повороты и углы, как у себя дома. Мне же разгулявшаяся к ночи фантазия беспрерывно подкидывает все новые идеи и теории – аж голова начинает пухнуть. Приходится одергивать себя, а это довольно просто: достаточно посмотреть на крутого парня, возглавляющего наш крестовый поход. Равняться на такого – классно.

Комната видеоконтроля открыта, и Коул по‑хозяйски уверенно располагается в кресле диспетчера, оставив меня стоять на шухере у двери, а Джиму велев обыскать все ящики на предмет чего‑нибудь полезного. Сам же начинает просматривать камеры, установленные по всему госпиталю. (Спасибо электрическим генераторам, хоть что‑то работает) Какие‑то радуют глаз непроглядной чернотой, некоторые передают детальное изображение паутины. И только на пяти можно разглядеть коридоры, холл и крыльцо у парадного входа. Ничего интересного – и никакого движения.

– А что там с позавчерашними записями? – любопытствую я, поочередно смотря в коридор и в кабинет. Коул пожимает плечами и вбивает команду. Оказывается, что позавчера в это же время госпиталь жил обычной жизнью: ходят врачи и медсестры в белых халатах, сидят в приемных пациенты, скучают охранники в холле.