Царство Страха

 

Слова были написаны по‑римски. Потребовалось некоторое время, чтобы собрать воедино то, что было сказано на латыни. Навсегда твой.

Гнев потянулся и положил свою левую руку на мою, обнажая розово‑золотые чернила, которые теперь также бежали по всей длине его безымянного пальца. SEMPER TVVS.

Прошлое и настоящее столкнулись, и на мгновение я не могла понять, что есть что.

– Эмилия. – Его голос звучал мягко, размеренно. Я не отрываясь смотрела на татуировку. Я осторожно выдернула свою руку из‑под его и втянула воздух. Это не было иллюзией или воспоминанием; та же фраза действительно запечатлелась на моей коже здесь и сейчас.

Я подняла руку и покрутила ее в воздухе.

– Это из‑за брачных уз?

Гнев оторвался от моего тела и повернул меня, пока мы не оказались с ним лицом к лицу.

– Да. И нет. Ты что‑то вспомнила?

– Я… я не уверена. Я видела нас. В прошлом. Прямо сейчас. – Я подошла к кровати и села, мой взгляд остановился на чернилах. – Мы были в темном коридоре, занимались любовью. И появились эти самые слова.

– Больше ничего не помнишь? Что угодно?

– У меня сложилось впечатление, что ты произнес эти слова тогда, раньше. – Я потерла виски, внезапно мне стало дурно. – Святая Богиня. Это была я. Верно? Не Первая Ведьма. Не пропавшая жена Гордыни. Не какая‑то реинкарнация. Я. Но… как?

Гнев присел передо мной, его руки мягко легли на мои колени. Его прикосновение должно было не просто успокоить и утешить, но и поддержать. Как будто он мог каким‑то образом помочь разрушить хватку, которую держало на мне проклятие. Проклятье. Сердце колотилось, я зажмурила глаза. Проклятье…

Там было что‑то еще, что‑то мелькало на краю моей памяти. Нечетко и не в фокусе. Словно я пыталась открыть глаза под водой. Воспоминание стремилось на свободу, чтобы пробиться обратно ко мне. Я открыла глаза и сосредоточилась на новых чернилах на пальце.

– Они всегда были здесь? Скрытые чарами?

– У меня есть теория, но… – Голос Гнева затих, вероятно, виновато проклятие.

– Кто я такая? – спросила я. Комната кружилась. – Что я такое? Ты помнишь?

Гнев так долго не отвечал, что я чуть не подпрыгнула, когда он заговорил.

– Долгое время я не мог вспомнить. А если бы и получилось, память бы исказилась.

– А сейчас? – Мой голос звучал тихо, напряженно. – Ты помнишь, кто я?

Золотые глаза Гнева встретились с моими, когда он медленно кивнул. Все мое тело напряглось в ожидании.

– Ты та, кого она пыталась заставить меня навечно возненавидеть. Но она потерпела неудачу. – Его хватка стала крепче, но не болезненно, как будто он никогда не собирался меня бросать. Если только я не захочу уйти. – Вспомни.

Одно‑единственное слово, произнесенное авторитетно и властно, продолжало повторяться и повторяться в моей голове, бешено вращаясь, как неконтролируемый волчок. В том, что он велел мне вспомнить, было что‑то… волшебное. Он командовал мной с помощью магии.

Гнев подпитывал меня своей силой, вероятно, благодаря нашим брачным узам. Я почувствовала легкий след магии Гнева в воздухе, глубоко внутри меня, и ухватилась за него, желая – больше всего на свете – понять, как я могу быть одновременно врагом и любовницей. Как я могла забыть?

Мое сердце грохотало в груди, слишком сильно, слишком мощно. Что‑то боролось и сражалось внутри меня, что‑то рычащее и дикое, что‑то хотело вырваться на свободу. Наша сила, казалось, слилась, сплелась воедино, создавая новую магию. Сильную магию. Источник силы, слишком большой, чтобы его можно было сдержать. Пламя и лед, полные ярости и страсти. Какое бы заклинание, проклятие или замок ни было у меня в голове, оно треснуло. Я закричала, когда магия затопила мой организм, освещая меня изнутри.

– Самаэль. – Я потянулась к Гневу, но он уже был рядом, поддерживая меня. Предлагая свою силу. Он, должно быть, почувствовал небольшую трещину в том, что сдерживало мои воспоминания, и ухватился за нее, превратив свою силу в копье и нацелив его в единственное отверстие.

– Скажи мне, кто ты. – Его голос был наполнен той же магической командой. – Вспомни.

Мне казалось, что я погрузилась в воду, я не могла дышать и думать, мне не хватало воздуха. Я задыхалась. На меня обрушилась паника, и я вдруг поняла, что нахожусь на грани смерти. В голове прозвенело предупреждение.

Смерть – не для меня. Еще рано.

Я закрыла глаза и прекратила борьбу, понимая, что мне нужно отпустить, отдаться силе, сотрясающей клетку. Как только я представила, что плыву, а не тону, безумное чувство утихло. Затонувшие воспоминания взлетели на поверхность, а затем вырвались на свободу.

Я открыла глаза, и Гнев резко вздохнул. Такая слабая реакция, что от другого ее можно было счесть несущественной, но я знала, что это начало конца. Истина, за поиски которой я так усердно боролась, больше не скрывалась за магией.

– Я помню. – Мой голос был хриплым, как будто я кричала несколько часов. Может и кричала. Время казалось странным. Мой принц выглядел усталым, но полным надежд. – Я знаю, кто я такая.

Гнев теперь держал кинжал в руке. Он встал и жестом попросил меня сделать то же самое. Мы подошли к зеркалу, висевшему возле ванной, и демон кивнул на зеркало.

– Расскажи мне, что ты видишь. Кого ты видишь.