Чайная магия

Фин, повернувшись, поспешила к гостинице. Ей стало немного легче дышать, когда она осталась одна.

Гостиница была крупнейшим заведением Старомирска. Какой‑то богатый бизнесмен, живущий далеко, в Сан‑Франциско, купил её несколько лет назад, отремонтировал старое здание и нанял на работу ещё больше местных, заслужив тем самым и благодарность, и возмущение старожилов. Мама начала работать в гостинице с тех пор, как переехала в Старомирск: сперва на стойке регистрации, позже – менеджером. Рабочий день был длинный, зато работа – постоянная, и маме нравились её сослуживцы и то, что каждый день на работе можно бесплатно обедать.

Фин отнесла коробки к парадной двери и пристроила их на колено, пытаясь дотянуться до ручки. Дверь распахнулась. Фин вскинула голову. Над ней стоял коридорный Бен – высокий, тощий, с пепельными волосами и глазами скорее серыми, чем голубыми.

– Финли, – с улыбкой сказал он. – Тебе помочь?

– Я сама, – ответила девочка, но позволила придержать для неё дверь. Поправив коробки, она попыталась покрепче их ухватить. – Мистер Мадейра сегодня работает?

– Сейчас у него самый разгар обеденного ажиотажа. – Бен пожал плечами. – Верней, того, что считается ажиотажем в сентябре. Кажется, в столовой не больше трёх посетителей.

Когда Фин впервые познакомилась с Беном три года тому назад, для неё он не отличался от любого другого взрослого. И только недавно она поняла, что Бен ненамного старше детей, ездивших с ней в автобусе в школу. По клочкам чужих разговоров она узнала, что Бен вырос в Старомирске, жил с матерью‑одиночкой, потом уехал в Санта‑Розу учиться в местном колледже, но вернулся, не закончив обучение, когда его мама заболела раком. После смерти матери он остался в Старомирске и устроился на работу в гостиницу.

– Я могу взять коробки, – сказал Бен. – Непохоже, чтобы у меня было дел по горло.

Фин, покачав головой, повторила:

– Я сама.

Она знала гостиницу не хуже своего коттеджа; иногда делала домашние задания в комнате отдыха для персонала, иногда помогала матери складывать полотенца. Так она могла чем‑то себя занять и в то же время видеться с мамой.

Бен кивнул и спросил:

– Ну как там, всё в порядке?

Фин замерла на полушаге.

– Вы имеете в виду миссис Брэкенбери?

– Нет, я имею в виду, что по дороге на работу увидел мигалки «Скорой помощи» и заметил, как ты и твой двоюродный брат вели врачей в чайную лавку.

Холодок пробежал по рёбрам Фин и угнездился в животе.

– О… – пробормотала она. – Я… Да.

Бен прислонился к стойке регистрации.

– Что там случилось?

Простой вопрос. Все в городе любили сплетничать. Но как девочка ни убеждала себя в этом, как ни напоминала себе, что, войдя в чайную, не сделала ничего плохого, всё равно она чувствовала себя как заяц, пойманный лучом прожектора. Слегка поёжившись, она уставилась на дальнюю стену.

– Талия упала. Под ней сломался табурет.

– Понятно, – кивнул Бен. – Моя двоюродная бабушка однажды упала и сломала бедро. Ей пришлось неделю пролежать в больнице. Не знаешь, Талия ничего себе не сломала?

Фин пожала плечами.

– Понятия не имею.

– Что ж, надеюсь, она скоро вернётся. Я знаю, многие пьют её чай.

Бен отступил за конторку, когда в вестибюль вошла женщина в походных ботинках, держа в руках рюкзак. Напоследок одарив Фин улыбкой, Бен повернулся к туристке.

С огромным облегчением Фин поспешила по коридору на кухню. Ещё не успев открыть дверь, она услышала лязг. Девочка толкнула дверь ногой, створка легко открылась, от запаха чесночного картофельного пюре и жареного мяса у неё заурчало в животе. Фин почти пожалела, что не взяла у Эдди один из протеиновых шариков. Почти – но не совсем.

Мистер Мадейра громко отдавал приказания официанту, но при виде Фин лицо повара смягчилось.

– Мисс Барнс! Это для меня?

– Две верхние коробки, – ответила Фин. – Куда положить?

– Просто поставь под стол, он позади тебя. Если в посылке заказанные мной ножи, начну точить их сегодня же вечером.

– Новые ножи? – спросила Фин.

Мистер Мадейра фыркнул.

– У нас новенькая. Она не понимала, что если ножом порезаться, то от него тут же нужно избавиться, и продолжала им пользоваться как ни в чём не бывало.

Фин сморщилась.

Мистер Мадейра сочувственно кивнул, продолжая посыпать стейк солью и перцем.

– С ней всё будет в порядке. Я имею в виду, мы вовремя нашли её палец. Я не знал, которым из ножей она порезалась, а поскольку не мог рисковать ещё одним несчастным случаем, пришлось заказать новые.

Фин поставила две тяжёлые коробки на пол, и у неё облегчённо заныли руки. Хорошо хоть, посылка для мамы была лёгкой.

– Подожди! – Мистер Мадейра кивнул одной из официанток – измученной молодой женщине. – Собери ей еду навынос. Жареная курица, картофель, спаржа. – Он посмотрел на Фин. – Подойдёт?

– Вы не должны… – начала было девочка, но официантка уже выполняла распоряжение, двигаясь, как в тумане. Сложив еду в коробку, а коробку сунув в бумажный пакет, она протянула свёрток Фин.

Поколебавшись, та взяла. В принципе, она и мама раз в день получали в гостинице бесплатный обед, но обычно это была вчерашняя еда, а не свежие блюда. Фин не нравилось брать милостыню, но разве сравнишь холодную домашнюю лазанью с ресторанной курицей, запечённой с травами и овощами?

– Спасибо, – сказала она.

– Тебе спасибо за ножи, – с ухмылкой ответил мистер Мадейра. – Теперь можно отложить в сторону те тупые, которые я вытащил из кладовки.

Фин поспешила выйти из кухни, двери за ней захлопнулись. Оставив позади звон посуды и ворчание мистера Мадейры из‑за подгоревшего стейка, она направилась в дальние служебные комнаты.