Ходящая по мирам. Ген

– Ничего такого, но это блюдо выглядит несколько странно. Не находите?

– Что в нем странного? Сосиски в булке, и все.

– Вот именно, – сдавленно откликнулся повар. – И часто вы у себя на родине такое употребляете?

– Да не особо. Но это очень вкусно.

– Не сомневаюсь. Ну, не буду отвлекать.

Корим быстро ретировался на свою половину кухни, а я задумчиво посмотрела на невинные булочки, недоумевая: и что им всем так не понравилось? Булки как булки. Не привыкли, наверное, просто к такому.

Но это их трудности.

Фыркнув, я дернула за рукав пробегающего мимо кухаренка, торжественно попросив его отгрузить готовое блюдо в стазтинный шкаф. Парень странно булькнул, покраснел, немного даже и позеленел, но аккуратно, едва касаясь подноса, словно булки могли вдруг напрыгнуть на него и откусить голову, забрал у меня таки поднос.

Да что это с ними?

Пожав плечами, поправила колпак на макушке и отправилась готовить кулинарный шедевр. Клубничный торт!

– Так, смешиваем муку с сахаром, постепенно вливаем желтки, – медленно и очень тихо приговаривала, выполняя оговариваемые действа. – Аккуратно перемешиваем венчиком, добавляя взбитые белки. Есть. Выливаем в металлическое кольцо, ага, ага. И в духовку на сорок минут. Эй, парень, то есть эр, вот, держи, это в духовку. На сорок минут, ни больше ни меньше.

– Конечно, эра, – с почтением откликнулся юнец и быстренько ускакал к духовым магпечам.

 

Протерев лоб ладошкой, закусила губу, вспоминая всю инфу о креме.

Нужно взбить сливочный сыр со сливками и постепенно добавить просеянную сахарную пудру. Ага. Ну, это нужно поискать. А на украшение мне понадобится: мелко нарезанная клубника, смешанная с сахаром, и чуть‑чуть воды, а затем массу вскипятить в сотейнике или маленькой кастрюльке.

Ага. Ну, и потом собрать торт, это тоже не просто, между прочим. Но сначала самое сложное, ингредиенты на крем.

И я даже знала, кто мне с этим поможет.

Выловив взглядом главного повара, хищно улыбнулась, сладенько пропела:

– Эр Кори‑и‑им!

Спустя три часа все было готово. На часах семь вечера, время ужина, ну, с богом.

А еще через четверть часа мы все стояли, вытянувшись в струнку перед его величеством, претендентками на его нос и пузико, матерью‑королевой и остальными придворными, и имели весьма бледный вид.

– Я в который раз спрашиваю, что это такое?! Что за непотребство? – гаркнул король, гневно щуря маленькие глазки и тыкая пальцем в ни в чем не повинные сосиски. – Корим, отвечать!

«Почему сразу непотребство? – удивилась. – Да и где они тут непотребство увидели?»

– Никак нет, ваше величество, – пробормотал главный повар, покосившись на сосисоны.

А я стояла и недоуменно хлопала ресницами, совершенно не понимая, что происходит и чего королек вообще взъелся.

Кашлянув, вскинула руку:

– Можно мне ответить?

Король метнул взгляд на меня, зло сузив глаза:

– Ты кто?

– Эра Сафания, – спокойно ответила, добавив: – Кухарка.

– А, помню‑помню. Ну, твои художества?

– Вы правы, это произведение искусства. Очень редкое, сытное и изысканное блюдо моей страны, ваше величество, – вдохновенно почти не врала я. – Оно имеет ряд благоприятных свойств. И его наличие на трапезном столе считается символом мира и плодородия.

На плодородии я запнулась и другими глазами посмотрела на бедные хот‑доги. Меня озарило догадкой.

Ах, вон что они, извращенцы, все удумали! Ну, ясно, понятно.

Тьфу.

– И какие же свойства имеет это блюдо? – скептично хмыкнул король.

Главный повар тоже хмыкнул, но промолчал.

Укоризненно покосилась на Корима и повернулась к его величеству, мстительно, но гордо произнесла:

– Это блюдо влияет на мужскую силу, ваше величество.

Только вот как именно, я умолчала, мысленно хихикая, наблюдала за тем, с какой скоростью все ринулись сметать с подноса мои сосисоны.

Кушайте, кушайте, и можете даже обляпаться. Мне не жалко.

 

* * *

 

Притянувшись в свою комнату, устало плюхнулась на кровать.

– Фух, что‑то я за сегодня вымоталась, – пробормотала, вытирая лоб кистью. – Еще и король с его глупым допросом. Дались ему эти сосиски! Развратник несчастный. Хотя они тут все, похоже, без царя в голове.

То, что мои колбаски никто раньше таким образом не готовил, и уж тем более не совал их в булочку, не мои проблемы. Как и не мои проблемы, что их связали с фаллическим символом.

Как говорится: каждый думает в силу своей извращенной фантазии.

Раздраженно потерев лицо, нехотя сходила умылась и, сложив подушки крест на крест к стене, присела, укрывшись одеяльцем. Несмотря на то, что я жутко утомилась, спать, к сожалению, не хотелось.

Но чем еще было заняться во дворце, кроме как работать и спать, я не знала. За окном уже было темно, в парк не выйти, да и гулять, если честно, я тоже не желала. А стырить из библиотеки книжку мне не разрешил заведующий‑библиотекарь.

Вздохнув, взяла с тумбы альбом, вытащила из него картинку, пригляделась к изображенной на ней девушке. За неделю я не раз и не два осматривала эту карточку, к слову, кроме нее, в альбоме больше ничего не было. Он был абсолютно пустым, что тоже было странно.

Но не страннее, чем этот снимок.

Мало того, что девушка двигалась, как картинки из фильма о Гарри Поттере, так и еще была до жути похожа на меня. Однако в контексте всего объяснить живость снимка можно было легко.

Магия.

А вот объяснения тому, что я делаю на этом снимке, не нашла.