Ходящая по мирам. Ген
И все же было интересно, что такого в тех самых книгах в черных обложках.
Благо, что где включается свет, еще днем показала мне Велислава Аристарховна, упомянув, что электричество яровцам провели еще лет семь назад, не без гордости заявила, что этим несомненно нужным делом занимался ее сын, проживающий с семьей в городе.
Так что с этим вопросом проблем не было. Правда, свет был не такой яркий, как хотелось бы, и читать при нем было несколько проблематично, но на то есть фонарик в телефоне, осталось еще розетку найти. Но в гостиной я видела старенький телевизорчик, а значит, розетка должна быть.
Первым делом я решила обследовать предположительно спальни. Но в них ничего интересного не нашла. В одной комнате была только широкая старая деревянная постель с несвежим бельем, две тумбочки и небольшой прикроватный коврик.
Во второй, в которой оставила свои вещи, была установлена одна узкая кровать у стены, с ковром на ней, стол с пустыми шуфлядками, застеленный матерчатой салфеткой, неработающий телефон, обычный допотопный шкаф с бельем, судя по запаху, опять‑таки несвежим, да и откуда тут свежему белью взяться? Ну, и красный линялый ковер на полу.
В гостиной на первый взгляд тоже ничего интересного не было. За исключением того, что розетку я все‑таки нашла в стенке за неработающим телевизорчиком, в диване обнаружилось снова белье, в серванте – старые книги известных русских писателей и черно‑белые фотографии. Их я сгребла в кучку и перенесла к своим вещам, собираясь посмотреть после инспекции.
Присев на скрипнувший подо мной диван, внимательно огляделась. Взгляд упал на короткую штору.
Так, остался чердак. И у меня были кое‑какие по этому поводу соображения.
Подойдя к шторе, отодвинула ее, с интересом взглянув на старую и явно давно не топленую печку, вскинула голову, находя люк.
– А вот и чердак.
Крепко сжав в руке телефон, я залезла на печку и ладонью толкнула деревянную квадратную дверку с ручкой.
Дверь поддалась, послышался отчетливый, тихий и, что уж там, жутковатый в тишине дома скрип.
– Блин, может, стоило сначала посетить библиотеку, а уже потом лезть на чердак? – тихо пробормотала, еще прилагая усилия, чтобы оттолкнуть крышку люка, но она поддавалась плохо. И только я потянула вторую руку, чтобы усилить давление, как в тот же момент наверху что‑то отчетливо зашуршало.
Тихонько так. Но вполне слышно и ввиду всего еще более жутко.
Я, честно признаться, не на шутку струхнула, даже дыхание сперло. Вот кто‑то, когда сильно пугается, визжит, а у меня – наоборот, дыхание перехватывает, какой уж там визг. И собственно, против подобной реакции никогда не была, лучше так, чем орать как резаная.
Все эти мысли пролетели в моей голове со скоростью ракеты, отвлекая от инстинктивного страха неизвестности. Машинально отдернула руку и прикусила губу, медленно опускаясь на корточки и спрыгивая на пол. Отойдя от печи, вскинула голову на люк чердака.
– Так, спокойно, Софа, спокойно. Люцифера вчера пересмотрела? Е‑мое, да лучше бы это был Люцифер, он‑то, по крайней мере, красавчик, даже когда с красной мордой, а там кто его знает, что бегает.
Успокоив себя диалогом с самой собой, повздыхала и, поддав мощности телефонному фонарику, закатала рукава и вновь полезла на печь, тихо увещевая себя, что наверху всего лишь мыши. Кому там еще быть, кроме них? Вот точно, что больше никому.
Самоубеждение хоть и помогало, но не слишком хорошо.
Все же я простая девушка, слегка нервная, тхэквондо и харакири делать не умею.
– Черт, – прислоняя подрагивающие от напряжения руки к люку, выругалась я. – Надо было хоть сковородку с кухни захватить. А то с голыми руками, ну, как‑то не солидно в гости к мышам.
Сделала глубокий вдох и на выдохе с силой толкнула лючок. Он немного поддался, до моего слуха снова донеслось шебуршание, а затем крышка глухо опустилась.
– Так, все же мне придется закусить фонариком, – досадливо буркнула, засовывая в рот треть телефона и светя на ручку люка. – Черт, надеюсь, там все‑таки мыши.
Еще несколько сильных толчков, скрип тача на моих зубах – и люк открыт.
Подтянувшись на руках, залезла внутрь.
– Так вот из‑за чего так плохо люк открывался, – протянула, возвышаясь над длинным рулоном старых, но, похоже, тяжелых обоев. – Понятненько. Так, и что у нас тут есть?
Я оглянулась, подсвечивая себе фонариком. Пространство чердака было небольшим. В маленьком, скажем так, помещении возле люка был навален всякий мусор, опилки от балок, доски, останки старой разломанной мебели, ветошь и куски обоев.
Кстати, шуршание все‑таки с вероятностью в девяносто девять процентов исходило от мышей, копошащихся по углам.
И просто отлично, что мышей я как раз‑таки и не боялась. Главное, чтобы не змеи. Остальное мелочи.
А вот в паре шагов обнаружилась закрытая дверь с матовым грязным стеклом. Порыскав глазами по стенам, никакого выключателя я не нашла. Или его здесь не было отродясь, или же он за закрытой дверью.
Медленно, переступая через мусор, пошла к двери, рывком ее распахнула. Ага, и едва с дурацкой дверью чуть не улетела назад, поскольку та, в отличие от люка, открылась совсем легко. Хорошо, что успела ухватиться за удобно свисающую с потолка балку и устоять на ногах. А то торчала бы сейчас Софа пятой точкой из проема или же была придушена коварным куском дерева.
Выругавшись сквозь зубы, осторожно заглянула в проем и пошарила рукой по стене, морщась от липкости паутины на ладони. По моим прикидкам, выключатель должен был находиться за дверью, собственно, так оно и оказалось.
– Да будет свет, говорю вам я, – радостно пробормотала, нащупав небольшой пластиковый рычажок. Вспыхнула тусклая лампочка без плафона.
На обозрение моим удивленным глазам предстали вполне добротные кровати, установленные параллельно друг другу.
– Ого. Вот это новости, еще одна спальня.
Комнатка была маленькой, но очень даже ничего. Ее бы только отмыть, и дополнительная комната для гостей обеспечена. На стенах висели детские и явно старые рисунки, прикрепленные кое‑где на иголку или на скотч. Те самые кровати были застланы старенькими в крупную клеточку грязно‑серыми покрывалами. Кривой, совершенно пустой стол без шуфлядей и совсем крошечное окно.
Зябко поежившись, обхватила себя за плечи.
Это место мне отчего‑то показалось знакомым, словно я была здесь когда‑то. Когда‑то очень давно.
Но дело в том, что я‑то не была. Правда, если верить словам Велиславы, Александра привозила крошечную дочь к матери, так, может?..
