Дорогой Забытых Богов
Ближайшей к Джах‑12 планетой оказалась крохотная Линдроус, на которой находился некий военный объект: то ли склад неудачных военных разработок, то ли почти позабытый форпост на окраине Галактики. От высшего командования Лиги по гиперсвязи был доставлен приказ: экстренно собрать спасательно‑разведывательный отряд и отправить на каторгу. Командование «Крепости», как называлась военбаза, с проклятиями сформировало требуемый отряд из и так немногочисленного контингента. В него пришлось отрядить всех боевых киборгов, доукомплектовав медиками и разведчиками. Перечить высшему командованию, сидевшему в комфорте и уюте в жилом центре Галактики, было бесполезно. Скрепя сердце, комендант «Крепости» выделил для переброски один из двух боевых катеров, пригрозив, что в случае хоть малейшего их повреждения, на запчасти пустит самих киборгов. Обещал не пожалеть даже медика‑лейтенанта, у которой разве что дополнительные кибер‑руки мог оторвать…
Ариадна, вспомнив, как они едва не угробились в попытках сесть максимально близко к каньону, всерьез прикидывала, какой из механических рук готова пожертвовать. Пожалуй, что ни одной: если бы не эти полезные «хваталки», она бы уже ободралась по самые уши, пока спускалась по злосчастному склону. Она и сейчас внимательно смотрела под ноги, сквозь столбцы информации и результаты разведсъёмки, что посылал ей и всему отряду Орионис. Самый шустрый и цепкий из чатуров[1] успел оббегать чуть не весь каньон, где это было доступно, чтобы не вляпаться в поостывшее озеро расплавленного металла или не влезая на неустойчивые завалы.
Но и без транслируемого разведчиком, то, что видели глаза Ариадны, приводило в ужас.
Все и вся было черным от бушевавшего здесь несколько часов назад чудовищного огня. Там, где когда‑то стояли машины, тускло блестели бесформенные оплавленные груды металла. От построек остались одни намеки, погребенные в момент необъяснимой атаки обрушившимися стенами каньона.
Воображение Ариадны живо нарисовало во истину адскую картину: тысячи каторжан – люди, гуманоиды и прочие галакты[2] – мечущиеся под непрерывным потоком лазера и плазмы, раздавливаемые тоннами камня; их надзиратели, заживо спекающиеся внутри сторожевых машин и внутри административных построек. Их крики, вопли, рев… Запах плавящегося металла, камня и синтетики густо мешается с вонью палёной плоти…
Лейтенант задохнулась, заморгала, отгоняя видения, и мысленно наказала себе поработать с психоэмоциональными настройками. Тут до неё дошло, что кошмарная вонь реальна. Она пристальнее посмотрела под ноги, о чём тут же пожалела. Из всей команды она могла считаться наиболее органической – у неё ещё оставались из плоти и крови лицо и две руки и ноги до колен. По сосудам бежала живая кровь, хоть и с улучшенными качествами, и сердце было мощным насосом только наполовину. Прочие внутренности давно были кибернетизированы…
Однако даже её синтетический желудок недвусмысленно попытался вывернуться наизнанку. Система контроля жизненных систем восприняла это, как возможную интоксикацию продуктами горения. Ариадна на несколько секунд отключилась, пока её киберчасть экстренно проводила проверку. Придя в себя, она поспешила к остаткам башни наблюдений, стараясь не смотреть на то, что черным бугрящимся и до содрогания пружинящим слоем устилало дно каньона.
– Это мне кажется, или ты и в правду позеленела? – полюбопытствовал Алехандро, оторвавшись от разглядывания остова башни.
Ариадна невнятно буркнула и похлопала себя по щекам ладонями живых рук. Пальцами дополнительных осторожно прищипнула за уши.
– Помочь? – тут же поинтересовался эскихейр. – У меня рук больше!
Лейтенант‑медик одарила его мрачным взглядом. Потом сверилась с данными разведки и едва уловимым сигналом на своём сверхчувствительном медсканнере. Прибор, встроенный за её левым ухом, упорно сигналил, что в каньоне есть выжившие. Ариадна обежала взглядом основание башни, где некогда располагались командный пункт и диспетчерская. Встроенная в глаза оптика тут же дала увеличение, навела резкость…
– Нет, ты и правда позеленела! – со смесью восхищения и беспокойства воскликнул её напарник. – Это что, тренд сезона? Ари, ты чего?! Тебя тошнит?!
Ариадна впервые за несколько лет службы в новом качестве пожалела, что не прошла, как тот же эскихейр, полную кибернетизацию. Тогда бы её так не выворачивало. Так унизительно и неудержимо!
Алехандро придерживал её за плечи и советовал вообще отключить обоняние. А заодно перейти на инфракрасный спектр зрения, раз она такая впечатлительная. Ариадна только помотала головой, сражаясь с последними спазмами. Как медик, она должна была сохранять полное внимание, объективность и невозмутимость… Но за четыре года службы в «Крепости», да и во время обучения в военном медицинском училище, ей ни разу не приходилось сталкиваться со столь тошнотворными картинами! Даже в морге, даже в анатомичках!
– Я… я в порядке, – прохрипела она, сплюнула тягучую слюну и постаралась выпрямиться. Её напарник благородно встал прямо перед ней, закрывая обзор на башню наблюдений… И месиво в её основании. Только озвучил собственную мысль лейтенанта:
– Видимо, каторжники пытались найти укрытие в наиболее очевидном месте. Тут их большей частью и… спекло.
– Заткнись, пожалуйста, – буркнула Ариадна, в кои‑то веки благодаря свою киберчасть, впрыснувшую ей коктейль из стимуляторов.
Алехандро сохранял молчание около пяти секунд, на внутреннем экране изучая всю собранную на данный момент информацию и обмениваясь сообщениями с Панацеей, Гераклом, Стригунком и Морриган, исследовавших другие участки каторги.
– Что здесь всё‑таки произошло, как думаешь? – спросил он, нетерпеливо переминаясь на месте. – Бунт? Диверсия? Нападение пиратов?!
Ариадна, опять напряженно отслеживающая ускользающий сигнал со сканнера, чуть не рявкнула на него. В это мгновение из‑за спины эска раздался жуткий с подвываниями голос:
– Это была огненная Кальпа, за которой наступит Маха‑Пралая[3]! Падите ниц и трепещите!
Будучи киборгами, напарники все же не утратили чувств и эмоций, перепугано взвыли в ответ и отскочили назад, активируя всё наличное вооружение. И едва не пустили его в ход, обнаружив кривляющегося, громыхающего отставшими от корпуса пластинами робота‑охранника. Конечности болтались с несвойственной конструкции подвижностью. Башка у робота вообще жила своей жизнью, порхая над раскуроченным шейным отделом и тараща выдвижные окуляры.
[1] Чатур, сокращенно от: Чатурвимшати(санскр.,) – четырёхрукая форма Вишну. Здесь: четырехрукие киборги с облегченной бронёй для большей маневренности, предназначенные для первичной разведки, шпионажа или медицинской работы.
[2] Галакты – принятое в человеческих мирах обозначение негуманоидных разумных форм жизни
[3] Огненная кальпа – один из вселенских периодов в буддизме, всепланетный пожар. Маха‑ Пралая(санскр.,) – в индийской мифологии – период отсутствия активности во Вселенной, разрушение, конец мира.
