Дорогой Забытых Богов
– Орионис! Лом тебе во все порты стоймя и с поднавывертом! – выругался спустя секунду Алехандро, с трудом борясь с искушением пальнуть в «зомби‑банку» хотя бы из станнера.
– Испугались?! – радостно задребезжал клешнястыми конечностями робот, вытаращив окуляры так, что один в итоге вывалился.
– Тьфу на тебя, юморист контуженный! – сплюнула Ариадна, приказав механическим конечностям занять исходное положение. – Вот только явись ко мне на осмотр, я тебе задницу с головой местами поменяю! Никто не заметит разницы!
«Зомбяка» весь затрясся, задребезжал и осыпался на землю грудой бесполезных и безжизненных запчастей. Орионис, устроивший этот апокалиптический марионеточный спектакль, хихикнул и демонстративно вскинул все четыре руки над головой. Но его серебристый хохол выразительно топорщился, а узкие глазки поверх лицевого щитка сияли довольным зеленым огнём.
–Да ладно, не искрите, – примирительно сказал разведчик. – Вы оба на таком взводе были, я всего‑то взбодрить вас хотел! И вы своих лиц не видели! Особенно твоё, Ари: глаза – во! Зрачки – во! – И он показал руками такой размер зрачка, что вакуумные псевдокиты обзавидовались бы.
Алехандро зарычал, стремительно подшагнул к шутнику и отвесил ему подряд три подзатыльника. Звон получился почти колокольный, а сам Орионис едва не кувыркнулся головой вперёд. Извернулся, подскочил к более высокому, чем он сам, эску, и, подпрыгнув, попытался пихнуть его в грудь. Алехандро уперся ему ладонью в лоб и удержал на расстоянии вытянутой руки. Сам не преминул возможностью достать разведчика пинком.
– Отставить! – рявкнула Ариадна, прекрасно зная, что эта парочка способна затеять потасовку хоть под ковровой бомбардировкой. – Нашли время и место! Вот Полночь явится, обоих в «саркофаги»[1] упакует!
– А что, есть повод? – раздался откуда‑то сверху вкрадчивый голос.
Алехандро тут же встал на вытяжку, Орионис, продолжавший рваться вперёд, от неожиданности влетел лбом прямо тому в грудь. Лязг получился менее музыкальным, зато громким. Ариадна механическими руками отодрала чатура от эска, заставив стоять прямо, и бодро гаркнула:
– Командир!
Из всех многоруких киборгов «Крепости» Полночь отличалась наиболее экзотичным видом: неведомый проектировщик сделал ее наполовину зеркальной, а наполовину – тёмно‑синей, почти чёрной с авантюриновой искрой. Хищные золотисто‑красные глаза могли сужаться и расширяться, придавая математически правильному лицу жутковатую живость. Губы на этом лице обманчиво мягко улыбались, что тоже казалось чуждым на фоне зеркального и тёмного металла. Линии тела киборга были плавными, а искусственная кожа успешно скрывала все стыки и узлы. И не догадаться, что тело это полностью механическое. Никакой поверхностной защиты, как у эсков или чатуров, у неё не было и в помине, так что создавалось впечатление, что Полночь абсолютно нагая.
Её мимика, жесты, движения, пластика не отличались от таковых у живого существа. Но живыми в Полночи оставались только ее память, да бархатистый, вкрадчивый голос.
Сейчас она стояла чуть в стороне на оплывшем валу не опознаваемой природы, сверху глядя на своих подчинённых. Ариадне пришло на ум, что Полночь весьма удачно вписывается в инфернальный пейзаж: совершенная до чуждости красота, нагая и беспощадная. Смутно лейтенант припомнила одну из сплетен в исполнении Ориониса, дескать, название серии, к которой относилась Полночь – калика[2] – было как‑то связано с кровожадной многорукой богиней, то ли вызывавшей войны, то ли посещавшей поля сражений… Якобы бегала та богиня нагишом, зато в ожерелье из черепов и кромсала всех, кто под руку попадёт, в мелкое какаду. Ну да, с учётом, что рук у кровожадной дамы было аж десять, в ожерельях у неё недостатка наверняка не было!
Ариадна мысленно примерила на шею командира костяные «бусики» и внутренне нервно рассмеялась. Образ выходил очень, так сказать, гармоничным. Хотя у Полночи было всего‑то восемь рук…
– Докладывайте, – почти промурлыкала Полночь, приняв необыкновенно изысканную позу и озирая окрестности с безмятежным видом.
– Командир, – тут же отозвался Алехандро. – Первичное обследование показывает 98% разрушения на территории. Уничтожен командный центр, так что нет возможности получить доступ к данным о последних часах. Не уцелело ни одного дубль‑устройства, включая сторожевую технику. В целом, подтверждается предположение аналитиков: атака велась с орбиты.
– В двухстах метрах отсюда на западе обнаружена воронка, – перенял слово Орионис, забыв о всякой дурашливости. – На дне различимы останки одного из боевых спутников. Подобные же воронки имеют место по всей территории каторги. Наше с Морриган предположение: каторгу атаковал их собственный охранный круг, как орбитальный, так и наземный. Возможно, кто‑то дал такую команду из самого центра. Возможно, это какой‑то вирус. Вероятность бунта на поверхности или прорыва из вне маловероятны.
– Блоки памяти спутника сохранились? – спросила Полночь, зная, что из уст двоих киборгов получает сборный отчёт остальной команды.
– Фрагменты, крошево да конфетти, если быть честными, – пожал плечами разведчик. – Морриган и Хуггин попытались собрать хоть какую‑то модель поведения сателлитов. По всему выходит, произошел саботаж в работе всех систем – одновременно и очень, очень быстро. Они не смогли ни щиты активировать, ни подать сигнал тревоги. Всё оборудование и вооружение взбесилось одномоментно.
– А потом орбитальные спутники разрушили друг друга, – добавил Алехандро. На подходах к Джах‑12 катер прошел через целое поле осколков. – Падая, они добавляли разрушений… Прости, командир, но я не понимаю, какого ржавого лома мы тут делаем?! – Эскихейр отбросил формальный тон и прямо посмотрел на Полночь. – Всё это скверно пахнет в прямом и переносном смысле! Тут должна армия эсгэбэшников[3] носом землю рыть, спецы всякие там из всех областей по всем щелям! От нас тут пользы в той же мере, как от сачка – против фотонной ракеты. И так понятно, что ну не мог тут никто выжить ни в первые часы, ни сутки спустя. Тут чтобы хоть до земли доковыряться, геологические буры нужны!
[1] «Саркофаги» – транспортировочные капсулы, куда киборгов в режиме сна упаковывают для компактности в позе эмбриона. Так же используется для изоляции провинившихся киборгов.
[2] Калика, так же Кали (санскр.,) – буквально «тёмно‑синяя», или «тёмная». Устрашающая ипостась Шакти, супруга Шивы; в общем смысле символизирующая смерть и разрушение; а так же уничтожающая демонов(невежество) и дарующая освобождение(просветление). Иконографически изображалась тёмно‑синей, трёхглазой 4‑х,8‑ми и 10‑рукой, в каждой руке держала божественное оружие, с ожерельем из отрезанных голов и в юбке из отрубленных рук. Здесь: восьмирукая форма боевых киборгов, коротко «кали».
[3] Служба Галактической Безопасности Лиги Миров. Заняты тем же, что и их предшественники во все времена: искать, найти и перепрятать, свидетелей – найти, спрятать, закопать…
