Естествознатель. Книга 2. Тернистый путь

Надо отметить, что тщедушному юноше чрезвычайно понравился Артур. Во‑первых, новый раб не был похож на прежних работников. Он отвечал открыто, без утайки, глядя прямо в глаза собеседнику. Во‑вторых, видно было, что его не испугать даже самыми изощренными пытками папаши, а это было очень и очень приятно для сына, который презирал собственного отца.

«Он может мне быть полезен… Хоть с кем‑то я смогу пообщаться по интересующим меня вопросам…» – думал Карм. Тридцатилетний бездарь был одинок; со слугами разговор всегда был короткий, а с родителями разговаривать ему не хотелось. Родная сестра внушала презрение, так как была крайне ленива и неспособна к учебе. Карм, будучи сам ленив и пассивен, интуитивно стремился к своим антиподам – личностям, которые могли бы хоть как‑то расшевелить его безвольное амебное тело. К сожалению, в стане армутов таких людей он пока еще не встречал.

– Мы могли бы иногда беседовать… Мне было бы небезынтересно поговорить на темы, связанные с лекарской наукой, – почти робко предложил Карм. Артур насмешливо улыбнулся.

– Боюсь, с моей занятостью у меня не останется времени на разговоры.

Карм согласно кивнул и заметил:

– Думаю, работы будет меньше. Учитывая, что Мир чудес вновь отправляется в путь…

– В путь? – переспросил Артур, не совсем понимая. Карм рассеянно пожал плечами.

– Обычное дело. Когда торговать больше не с кем, армуты уходят. Говорят, в Кагилу пусто, а нам нужны покупатели.

– Куда мы отправляемся? – спросил Артур с деланным безразличием. Эта информация могла оказаться очень важной для него и Тэнки.

– Куда, куда… Мне без разницы. Надоели эти переходы, сквозняки, трудности… Боюсь, что место следующей стоянки – Полидекса, а это очень далеко от Беру.

– Какая разница, Беру или Полидекса? – небрежно поинтересовался Артур, внутренне сжимаясь. Он лихорадочно думал о том, как бы во благо употребить полученные от Карма знания.

Карм недоуменно посмотрел на мальчика.

– Как это какая разница? Город мечты и город рабов – такое уж маленькое отличие?

– Мечты тоже имеют своих рабов, – философски изрек мальчик, прикрыв глаза. Он понял, что у него с Тэнкой есть всего‑навсего один шанс. Клипсянин задал еще один очень важный вопрос:

– Когда мы уходим?

– Через два дня, а что? – теперь уже заинтересованность Артура показалась Карму подозрительной.

– Думаю, за два дня мы вполне сможем облегчить вашу лихорадку, – как ни в чем не бывало ответил новоиспеченный слуга.

 

Глава 12 Или не украл, так взял, а вором стал

 

В тот день, когда Артур с Тэнкой на свою беду последовали за господином Ролли, Алан, ничего не подозревая, отправился искать нужную лавку с провизией и снаряжением для похода.

Юноша был чрезвычайно недоволен и раздосадован; во‑первых, ему приходилось иметь дело с армутами, которые, как известно, хорошие дельцы, но нечестные продавцы. Во‑вторых, Алан сетовал на самого себя и на свою забывчивость. Право же, как мог он оставить замечательную, вместительную суму в Кагилу? Но не возвращаться ведь теперь за ней в город мертвецов… И хоть скептически настроенный юноша и не верил в существование мифических теней, тем не менее, идти вновь под землю, где разыгралось поистине трагическое действо, ему весьма не хотелось. И наконец, Алан переживал за семью Тэнки. Впрочем, насчет последнего он был настроен более или менее оптимистично, так как всем сердцем надеялся, что Лейланде с детьми удалось выбраться. Возможно даже, они идут сейчас в Беру или в Ту‑что‑примыкает‑к‑лесу.

Юноша брел по улице, надеясь не забыть месторасположение харчевни, где он оставил своих спутников. Водоворот Мира чудес сводил его с ума и раздражал невероятно. Более всего ему не нравилась манера местных жителей громко общаться. Действительно, казалось, что все армуты глуховаты, вследствие чего они старались кричать во все горло и одновременно, задыхаясь при этом от невозможной жары. Продавцы орали на покупателей, а те, в свою очередь, не отставали от первых и, яростно жестикулируя, выкрикивали что‑то в ответ.

Казалось, что даже животные, обитавшие в этом хаосе, ведут себя куда громче своих сородичей, живших в других местах. Ослы недовольно кричали под ездоками, лошади поминутно ржали, сетуя на судьбу, облезлые кошки вопили от голода, тощие собаки облаивали прохожих. Шум, пестрота, запах масел, потные тела, горелая еда, грохочущие повозки, толкучка, повсюду палатки, преграждающие дорогу, навязчивая трескотня торговок, песчаный ветер, сбивавший с ног – решительно все чувства обострялись у того, кто попадал в Мир чудес. Человек словно бы внезапно прозревал, начинал осязать и слышать так, как никогда ранее.

Алан долго искал необходимое. Сперва его не устраивала цена, в другой раз он ушел из лавки только из‑за того, что торговка слишком навязчиво предлагала ему свой товар, что действовало ему на нервы. Наконец он смог купить вяленого лошадиного мяса, огниво, нож, крючки и леску для рыбалки, несколько пестрых ковриков, которые можно было использовать в качестве матрасов, лучину, крепкую веревку, горшок для приготовления пищи. Также ему чудо как приглянулась фляга для воды с красивым изображением орла, державшем в своем клюве добычу. Однако продавщица, торговавшая флягами и специями, оказалась крайне несговорчивой. Она запрашивала целых три золотых за свой товар.

– Это же грабеж средь бела дня! – возмущался Алан.

– Э‑э, нет, мой хороший. Я сейчас все объясню. Что ты видишь на этой фляге?

– Ну… Орла, – не понимая к чему она клонит, произнес юноша.

– Орел этот на свободе, не так ли? – с лукавой улыбкой проговорила торговка. У нее было узкое лицо, напоминавшее хищную мордочку куницы, острые проворные руки и некрасивый нос с горбинкой, как и у всех армутов.

– Ну так… – озабоченно подтвердил Алан.

– А за свободу надо платить… Она просто так не дается. За это один золотой. Смотрим дальше. Что у орла в клюве?

– Еда, которая просто так на земле не валяется, я полагаю? – воскликнул юноша.

– Вот видите, мой хороший, вы начинаете прозревать, – обрадовалась торговка. – Еда тоже стоит денег. Далее. Орел летит по небу – место, куда все стремятся, но далеко не многие туда попадают… Но все же, небо – благочестивый символ, стало быть, за него еще один золотой.

– Вы‑то уж вряд ли туда попадете, так как благочестием, похоже, не отличаетесь – так обдирать покупателей! Просто бессовестно! – простонал Алан в изнеможении, мечтая как можно скорее закончить свои покупки. Мир чудес обошелся ему слишком дорого.

Торговка ничуть не обиделась на заявление Алана – вероятно, в душе она с ним полностью согласилась. Однако ж цену понижать не стала.

– Мануфактура господина Ролли – лучшая в Мире чудес, – заговорщицки прошептала она Алану. – И ее изделия можно встретить даже на рынках Беру… Эта информация чего‑то стоит?

Алан скептически смерил глазами торговку.