Фартлек. Игра со скоростью

– Не понял, – Леон ставит стакан на стол и выжидательно смотрит то на меня, то на Филатова, который уже несколько раз затянул веревку на моей шее. Гребаный городовой, я и забыл, что о том случае Игнатов ничего не знает. – О каком спасении идет речь? Макс? – Леон поворачивается к Филатову и хмурит брови.

– Забей, брат. Я тебе потом на досуге расскажу, там ничего интересного, – Филатов поглядывает на меня, обещая скорейшую расправу, и обхватывает ладонью шею Леона, притягивая друга к себе, соприкасаясь лбами. – У тебя дочь родилась, мужик, вот, что сегодня главное.

Поддатый Игнатов расплывается в придурковатой улыбке и обнимает Макса, похлопывая по спине.

Можно выдохнуть. Празднование рождения очередного ребенка в семье Игнатовых с легкой руки Филатова не переросло в коллективный вечер воспоминаний.

– Предлагаю за это выпить! – откуда‑то из‑за моей спины доносится голос ушатанного в хлам Вадима.

– Поддерживаю! – поднимаю стакан, и мы вчетвером ударяемся бокалами. – Имя выбрали? – хрен знает, зачем интересуюсь, я ведь даже не помню имён его старших детей.

– Угум, – кивает Леон, засовывая в рот дольку лимона. – Дианкой назовем.

Улыбнувшись другу, поднимаю вверх большой палец и перевожу внимание на танцпол.

Световые импульсы стробоскопа облизывают изгибы ее тела, тонкие худые руки и беспощадные ноги, когда она двигается в ритме электронной музыки. Зависаю на обнажённой спине. Подобно гипнозу клубная суета сменяется размеренностью, стирая усталость и напряжение дня, и я слежу за каждым её движением. Она танцует, повинуясь инстинкту, расслаблено, вызывающе и провокационно. Шикарная дорогая стерва.

Отвлекаюсь на вопрос Филатова, потеряв нить разговора, а когда возвращаюсь к танцполу, незнакомки там уже нет…

 

(1), (3) – отсылка к эпизоду в книге «Выбор».

(2) – Максим Филатов – герой романа «Выбор»

(4) – Леон Игнатов – герой романа «Идеальные разведенные»

 

Глава 2. Алиса

 

Смотрю в тонированный визор (1), оценивая свой внешний вид. Приглаживаю разбушевавшиеся, после скоростной езды, волосы и устраиваю мотошлем на сгибе локтя.

Знаю, что выгляжу бомбически: черные латексные лосины, облепившие мое тело, как вторая кожа, черное укороченное бандо, плотно обтягивающее грудь, и чопперы (2) на толстенных протекторах, в которых мне дико жарко. Мои ноги вспотели и адски чешутся, но безопасность моих офигенных щиколоток превыше временного дискомфорта. Я не хочу, чтобы моя кожа сварилась при случайном соприкосновении с раскаленными цилиндрами движка.

Смотрю на электронные часы на запястье, убеждаясь, что ожидаю некоего Филатова Максима уже целых десять минут. Целых десять долгих минут…

Терпение и самоконтроль – в моем процессоре не заложены. Поэтому я начинаю метаться из угла в угол, решая, что через минуту свалю отсюда к чертям.

Здесь пахнет хлоркой и очень влажно. Шея под волосами начинает потеть, и я искренне радуюсь, что мой топ без рукавов.

Он входит в приемную, куда определила меня девушка‑администратор, разговаривая по телефону. Я понимаю, что это тот самый Максим Филатов, ведь он в точности подходит под описания внешности, которыми мой отец поделился сегодняшним утром: красавчик‑брюнет с грузным взглядом и мужской неповторимой харизмой. Обожаю таких. Хищник, с пронзительным прищуром.

Вай. Я уже предвкушаю наши индивидуальные занятия.

В горизонтальной плоскости.

Филатов проходится по мне незаинтересованным взглядом и отводит трубку в сторону:

– Секунду, – кивает мне.

Какого черта? Але, малыш?

Передергиваю плечами и смотрю на свое декольте. Ну норм, мои девочки на месте, так какого хрена?

– Понял. Саш, успокойся. Я сам заберу сегодня Юлю из сада и поговорю с родителями этого Макара. Давай. Я тебя тоже, – отключает звонок и обращает внимание на меня. – Добрый день.

Здрасте.

Я чет не поняла, а почему в характеристике отца не было такой малю‑ю‑юсенькой детали, что этот самец уже кем‑то оприходован?

– Привет. Я к Максиму Филатову. Это вы?

Кивнув, подходит к закрытой двери с табличкой «Администрация Водного Комплекса» и вставляет ключ.

– Алиса Коваль? – спрашивает, слегка обернувшись. Получив мой ответный кивок, открывает дверь, – проходите.

Вхожу в просторный кабинет, в котором наконец‑то не пахнет хлоркой, а тяжелым мужским парфюмом.

Черт. Мне даже этот запах нравится…ну почему он не свободен?!

Мои плечи покрываются мелкими мурашками, потому что на контрасте с приемной, в кабинете холодно.

То ли Максим слишком внимателен, то ли ему самому некомфортно в таком морозильнике, я понять могу, но парень берет пульт от сплит‑системы и прибавляет температуру воздуха.

– Прошу, – указывает на кресло напротив него.

Он садится, расслабленно складывая руки в замок на столе. Крепкие руки и прокаченный трицепс овладевают моим вниманием. Обожаю. Просто тащусь от таких мужиков.

– Спасибо. Максим, я так понимаю, раз вы назвали мое имя, значит вам про меня говорили?

Снова кивает. А он немногословен, однако.

– Утром звонил отец. Которому, в свою очередь, звонил ваш отец.

Так и есть. Наши с Филатовым предки – компаньоны и работают в одном бизнесе.

– Давай на ты? – ненавижу это наигранную фамильярность. Тем более тогда, когда я хочу с ним переспать. Очень хочу.

Максим улыбается, и я замечаю незатейливые ямочки на его щеках. Ну нет! Серьезно? Ты не можешь быть таким милым, черт тебя подери. Теперь я хочу тебя еще больше!

– Хорошо. Давай, – смеется.

– Круто. Максим, рассказывать причину моего здесь присутствия нужно? Или тебя просветили?

– Всё, что мне известно, так это то, что ты хочешь научиться плавать, – выгибает бровь. И делает он это так, что мне становится стремно. Мне, бесстрашной и отбитой, Алисе Коваль стремно, черт возьми.

Но да, в своей жизни я не обладаю одной единственной способностью – я не умею плавать.

– Да. Всё верно. Но с уточнением, – подаюсь корпусом вперед. – Я хочу научиться не только плавать, но и нырять, и плыть под водой.