Игра без правил

Алексей шагнул вперед и на мгновение замер, ослепленный светом многочисленных прожекторов и оглушенный громом аплодисментов, совершенно не соответствующим небольшому количеству людей, сидевших в зале. Затем, быстро сориентировавшись, подошел к креслу и, чуть поддернув брючины, осторожно присел, а Малыш, внимательно осмотревшись и обогнув кресло, устроился на полу.

– Скажите, Алексей, как получилось, что вы, совсем молодой офицер, оказались в самом центре событий, которые уже получили название «Полицейской бани»?

– Я все же склонен называть это попыткой государственного переворота или мятежом. – Алексей, несмотря на непривычность обстановки, говорил ровно, спокойно и старался смотреть в объектив телекамеры, висевшей в метре от него на уровне глаз. – Но у народа своя правда. Есть, видимо, какая‑то логика в том, что время от времени структурам, отвечающим за общественный порядок, нужно устраивать санитарные мероприятия. Наверное, со временем правоохранители просто забывают о том, что их главная задача – защищать добросовестных граждан от недобросовестных, а ничто другое. Недаром в свое время их называли войска справедливости. Но вот наступает определенный момент, и они начинают не служить и защищать, а прессовать и крышевать. И люди отворачиваются от них, и даже честные работники, попадая в этот замкнутый круг, ожесточаются. А как попал… – Он на секунду замялся. – Так уж получилось, что мне было приказано доставить весьма важную информацию, что я и проделал с вашей, Светлана, помощью.

– Многие наши зрители просят показать тот самый золотой пистолет…

– Да вот, пожалуйста. – Алексей выдернул из кобуры наградной «Грач» и, выщелкнув обойму, положил на стол. – Он, конечно, совсем не золотой, просто позолоченный.

Камера тихо вжикнула, беря оружие крупным планом.

– Это ведь наградное оружие?

– Да. Там даже написано.

– И чем же вы так отличились?

– Это на практике. – Алексей улыбнулся кончиками губ. – Я совершенно случайно решил одну наболевшую проблему, и руководство таким образом решило меня поощрить.

– Какую проблему, конечно, не скажете?

– Я же сказал, наболевшую…

– Наш гость немногословен, но это и понятно. Ведь ему приходится иметь дело с государственными секретами. Но вот на следующий вопрос ему все же придется ответить. Скажите, Алексей, как вы познакомились с великой княжной Екатериной? Это, надеюсь, не секрет?

– Да, наверное, нет. – Белый пожал плечами. – Княжна сбежала от охраны и напоролась на двух… ну, я не знаю, как это сказать поприличнее, недостойных людей. А я оказался рядом.

– Вы их убили?

– Да.

– Но ведь вы знали, что они офицеры полиции?

– Да. Перед тем как достать пистолет и направить его на меня, один из них вытащил и показал полицейский жетон.

– А то, что девушка – великая княжна и дочь императора, вы тогда не знали?

– Да откуда? – Он рассмеялся. – Светской жизнью я никогда не интересовался, да и темно там было.

– И вы все же убили двух человек только за то, что они приставали к незнакомой девушке?

– Я убил их не за то и ни за что, а только потому, что первый достал нож, а второй пистолет и наставил его на меня. В такой ситуации мне, в общем, до плинтуса, какой у него жетон. Я не бандит и не преступник, поэтому просто реализовывал свое право на самозащиту. Кроме того, офицер армии может, а в случае объявления военного положения обязан носить с собой табельное оружие во внеслужебное время. Таким образом, это значит, что мы обязаны защищать простых людей всегда, а не только во время войны, и везде, а не только на службе.

– И вам совсем не жалко убитых?

– Ну кто вам сказал такое, Светлана? Конечно, жалко двух идиотов, которых система превратила в преступников. Но мне‑то что надо было делать? Дать себя убить?

– Может, как‑то уговорить?

– Уговорить? – Он покачал головой, вспоминая тот вечер. – Да какие разговоры, когда в ход уже пошло оружие? На мое счастье, он не успел выстрелить.

– Успел. Тут у меня есть заключение экспертизы… Это был старый незарегистрированный пистолет, и он дал осечку. – Светлана выжидательно посмотрела на Алексея.

– Ну, значит, повезло. – Белый меланхолично развел руками.

– У нас вызов из Канавина, планета Земля. Говорите, пожалуйста.

– Это Ольга Коротич, скажите, а что за камни вы подарили своей невесте?

– Да, это один из самых популярных вопросов от наших зрительниц. – Светлана обернулась к большому экрану на стене, где как раз показывали Катерину в алатских украшениях. – Невероятной красоты светящиеся камни произвели настоящий взрыв среди модниц.

– Камни я приобрел у одного малоизвестного ювелира довольно далеко от границ Российской империи. Но я думаю, что через какое‑то время такие украшения появятся и на прилавках наших магазинов.

– Вы опять ушли от ответа! – с улыбкой возмутилась журналистка.

– Но Света! – Алексей рассмеялся. – Представьте себе, что мужчина добыл для своей девушки нечто особенное. Неужели он расскажет хоть кому‑нибудь о том, где он это взял?

– Ну, хоть о вашем спутнике расскажете? Это, кстати, тоже один из самых часто задаваемых вопросов.

Алексей нагнулся к ревуну:

– Малыш, покажись людям. Смотреть вон туда, в дырочку.

Ревун степенно поднялся и, сев на задние лапы, посмотрел в камеру.

– Говорят, что это боевой робот нового поколения?

– Нет, – капитан улыбнулся. – Это никакой не робот, а вполне живое и чувствующее существо. Он попал ко мне совсем маленьким, так что я ему теперь за папу и за маму.

– Но специалисты утверждают, что такого зверя не может быть в природе!

– Малыш готов побеседовать с каждым из них. Вместе или по отдельности. Ему это без разницы. Правда?

Ревун, не сводя огромных глаз с камеры, степенно кивнул и зевнул, обнажив огромные клыки.

– И все же, как может существовать то, что не может быть?

– Это не ко мне вопрос. – Алексей запустил пальцы в жесткий мех Малыша и почесал ему спину. – Это вам, наверное, к священнику. А я стараюсь принимать мир таким, какой он есть, и вовсе не стремлюсь получить ответ на абсолютно все вопросы, которые у меня возникают.

– Есть вопрос из зала, говорите, пожалуйста.

– Сергей Петренко, Новая Москва. Скажите, вы православный?