Игра на жизнь
Медленно кивнула головой:
– Угу.
И, помедлив, добавила:
– Не называй его «это», жутко жить хочется!
Ладно, Арли, сползай с седла, хоть раз сделай что‑то по правилам.
Дрегон, ну почему именно сейчас ноги путаются в стременах?!
– Не советую слишком часто поминать Дрегона всуе, а то он придет за тобой.
Я плюхнулась на землю как мешок с мукой, чудом не заработав в довесок удар копытом от перепуганной лошади. Закусив удила, предательница унеслась прочь. Как ее потом искать?..
Не о том, не о том думаю!
Почтение и смирение, почтение и смирение.
На колени опустилась, как надеялась, грациозно. Пропащая я там принцесса или нет, но манерам обучена. Поклон тоже отвесила низкий, практически распласталась на земле. Краем глаза видела, Гордон поступил так же.
Вот ведь, а его лошадь не убежала! Только мне бракованную подобрали.
Бог рассмеялся: прочитал мои сомнительные мысли.
Так, сделай серьезное лицо, Арли! Попытайся умножить сто двадцать на триста восемь. Я частенько прибегала к подобному нехитрому трюку: складывала и делила большие числа во время скучных приемов и церемоний. Что поделать, с арифметикой я не дружила.
– Тридцать шесть тысяч девятьсот шестьдесят.
А вот у Мериада с арифметикой все в порядке, на то он и бог.
Интересно, можно уже выпрямиться? Сколько положено лежать в пыли? В прямом смысле этого слова, между прочим.
Осторожно приподняла голову и захлебнулась воздухом.
Мериад стоял прямо передо мной, его контуры чуть подрагивали, искажались от ветерка. Но напугало меня не это – взгляд. Знаменитый взгляд Смерти. Тьма струилась из его глаз, заставляя каждый волосок на теле трепетать от страха. Липкие щупальца мертвенного холода тянулись к сердцу, проникали в мозг, петлей стягивали горло, затягивали в необъятное море кошмаров.
Беззвучный крик вырвался из моей груди. Из последних сил вцепившись скрючившимися пальцами в землю, пыталась противостоять первобытной силе.
Бившаяся в конвульсиях душа болталась на тонкой ниточке. Сейчас ее засосет в бездну расширившихся до предела зрачков Мериада…
Резкий толчок в грудь, и я повалилась на бок, судорожно глотая воздух как рыба.
В следующий миг все вокруг потемнело. Солнечный свет поблек. Куда‑то пропала дорога, горизонт, Гордон и его лошадь.
– Добро пожаловать! – саркастично улыбнулся Мериад. – Ты в моем царстве.
Где? За что, я ведь согласилась!
– Согласилась? – Брови Мериада поползли вверх. – Я такого не помню.
Чуть прищурившись, он оглядел жалкую меня.
– Ну, долго собралась валяться? Испытание ты прошла. Сердце обычного человека остановилась бы, твое же еще бьется. Невероятно!
Качая головой, Мериад отвернулся.
Я же постепенно осмысливала услышанное. Он… Он нормальный? А если бы сердце действительно остановилось, или Мериаду все равно? Разумеется, все равно, я ведь червяк, смертная, пигалица – как там он меня еще называл?
– Пигалицы точно не было. Вставай! Ты вполне жива и умирать не собираешься.
С опаской поднялась на ноги. Ладно, поверим богу на слово.
Ну, какой он, загробный мир?
Меня постигло легкое разочарование. Ни полных кипящей лавы рек, ни полчищ чудовищ, ни стен огня – унылая серая долина, глазу зацепиться не за что. Справа – холмы, слева, вроде, река. Впереди что‑то неясно темнеет.
Интересно, надолго я тут и, главное, зачем. Не успела открыть рот, чтобы вежливо спросить, как из‑за ближайшего холма показалось чудовище, длинное и тонкое, как змея, с крыльями летучей мыши. Чешуя его напоминала броню. Накаркала! Скучно ей было, сейчас станет весело!
Со страху я даже утратила способность думать, просто сидела и смотрела внутрь развезшейся пасти. Меня сейчас поглотит Плорициндомарт! А если побрезгует, то нацепит на коготь и отнесет к Дрегону. Прав Мериад, не стоило поминать жителей загробного мира всуе.
– Пошел вон!
Мериад замахнулся на Плорициндомарта, будто на бродячего пса. Тот взвизгнул и, виляя хвостом уполз обратно.
Невероятно! Он же… Он же раз в десять больше!
Постучала себя пальцем по голове.
Арли, ты совсем отупела? Мериад – бог, естественно, его все боятся.
С облегчением перевела дух. По крайней мере, меня привели сюда не для того, чтобы подать на обед дракону.
– Он питается душами, а не живыми людьми, и только теми, на которых укажу я. Следуй за Дауром, он приведет тебя к пещере.
К пещере? Какой пещере? Зачем мне туда? А обратно никак нельзя?
Рой вопросов, и ни одного ответа.
– Перестань трястись, я не кровожаден.
Если это шутка, то она удалась.
– Хорошо, – с легким раздражением поправился Мериад, – я терпим к тебе лично. Так устраивает?
Кивнула.
– Прекрасно! Тогда вперед, за подарками. Я сегодня не только терпеливый, но и щедрый.
Окончательно перестав что‑либо понимать, невежливо пялилась на бога.
Какие такие подарки бывают у смерти? Жизнь, что ли?
– И это тоже, но я имел в виду кое‑что материальное. Например, это.
Мериад посвистал Даура и забрал у него цепочку с кабошоном из зеленой яшмы.
– Не под цвет глаз, зато защитит от злых сил.
Дрожа от волнения, робко протянула руку, но бог не спешил отдавать амулет.
– Для начала ему нужно вернуть былую силу. Дрегон опалит камень своим дыханием, очистит от скверны, которая успела пристать к нему за столетия. Ну, вперед! Докажи, что ты имеешь право увидеть еще кое‑что.
Ясно: очередное испытание. Сначала взгляд Смерти, теперь добровольно отправится в пещеру к Дрегону – определенно, Мериад мечтал избавиться от навязанной ему подопечной. Но выбора у смертных нет, придется идти.
