Как снег на голову

– Нет‑нет! – помотала головкой Альбина, и широкая улыбка осветила ее лицо. – Вы должны сами увидеть! Разворачивайте! – и забрала у него из пальцев пакет, отложив его на диван.

Мужчина с осторожностью, даже с какой‑то опаской принялся распаковывать подарок, и из шуршащей бумаги показался вязаный синий край.

– Что это?.. – он тряхнул рукой, и длинный конец шарфа упал на пол. – Шарф?! Вы специально купили его для меня?!

– Ну да, я же говорила! – словно объясняя маленькому ребенку, произнесла она и, забрав обертку, бросила ее на диван, к пакету. – Я подумала, что у вас нет ничего теплого, а на улице сейчас… Что? Что вы так смотрите на меня?..

– Вы – удивительная девушка, Альбина! – с каким‑то придыханием произнес мужчина. – Удивительная и восхитительная!

– Ну, уж вы скажете! – отчего‑то смутилась она, так что нежная кожа щек окрасилась ярким румянцем. – Так! Давайте‑ка примерим!

И, решительно забрав у него шарф, принялась наматывать вокруг шеи князя, неотрывно наблюдающего за ней ставшими, кажется, еще более синими глазами.

Расправив короткие концы шарфа на груди мужчины, пригладив их ладошкой, она совсем тихо произнесла, не поднимая взгляда от вещицы:

– Ну, вот! Теперь хотя бы не будете мерзнуть, если окажетесь на улице!

Ярослав перехватил обе ее кисти своими большими ладонями, задержал их на несколько мгновений так, а потом поочередно поднес к губам сначала одну, потом другую и запечатлел на каждой поцелуй.

Аля задержала дыхание, а он, заглядывая ей в глаза, произнес тихо:

– Благодарю вас, сударыня! От всей моей души! Никогда раньше не думал, что на свете есть такие девушки…

Она хотела что‑то ответить, но мужчина вдруг отпустил ее руки и, сняв о своего левого мизинца какое‑то тонкое и совсем неброское колечко, сказал:

– У меня нет для вас особенных подарков, Альбина! Но позвольте вручить вам этот скромный дар, в знак моей бесконечной признательности и благодарности за вашу душевную доброту и щедрость.

После этого поймал левую Алину кисть и, внимательно осмотрев ее пальчики, надел кольцо на средний палец. Колечко село, как влитое – глазомер у тайного агента императора был, конечно, отменный! Со всех остальных пальчиков Альбины оно непременно бы просто свалилось – пальцы у девушки были тонкими и изящными.

– Почему – кольцо? – спросила Аля, испытывая какую‑то неловкость – уж слишком интимным показался ей этот жест.

– А вы хотели бы, чтобы я подарил вам свой магнэт?! – лукаво спросил Ярослав, разбивая эту неловкость, и оба они одновременно рассмеялись. А потом мужчина, вмиг сделавшись серьезным, сказал. – Я попросил бы вас не снимать кольцо с руки, Альбина. Ну, или носить его почти постоянно!..

– А… Это что‑то означает?

– Нет… – немного замявшись, ответил князь. – Просто подарок… ничего такого…

– Ну, хорошо! Но мы с вами до сих пор не выпили за наступивший Новый год! – напомнила девушка.

– Действительно! – подхватил он веселым голосом и направился к столу, чтобы снова наполнить бокалы шампанским.

Альбина последовала было за ним, но тут телефон, лежащий на полке мебельной стенки, разразился громкой трелью. Это оказалась мама. Она поздравила дочку с праздником и пожелала много‑много хорошего! Аля, в свою очередь, тоже произнесла приличествующие моменту слова, а потом в трубке послышался голос брата. Судя по интонациям, Александр уже успел не только щедро проводить старый, но и встретить новый год. Аля посмеялась над пожеланиями обычно серьезного и сдержанного брата ей, потом поговорила поочередно с Катюшей и близнецами, видимо, подпрыгивающими от нетерпения поскорее поздравить любимую тетю.

Когда же, получив заряд положительных эмоций от любимых родственников, она положила трубку на полку, и прошла к столу, опускаясь на свое место, князь уже наполнил оба бокала и сидел, терпеливо ожидая девушку.

Довольная улыбка не сходила с ее уст, и Ярослав, невольно улыбнувшись в ответ, констатировал:

– Вы очень любите своих родных…

– Конечно! – кивнула Альбина. – Ближе их у меня никого нет! А вы? Общаетесь со своими родственниками? Или служба у императора отнимает все время?

Ярослав вздохнул, обхватив пальцами тонкую ножку стоявшего на столе перед ним фужера с вином, и начал на автомате вращать бокал:

– Я бы и рад общаться с ними, но увы! Родители погибли, когда мне только‑только исполнилось шестнадцать!

– Простите!.. – тихо ахнула Аля. – Я не хотела…

– Нет, ничего… Отец служил при прежнем императоре, Василии Пятом, Справедливом. Министр внутренней безопасности. Матушка была с ним вместе, когда их карета угодила в магическую ловушку, устроенную заговорщиками…

Он сжал челюсти, на которых проявились желваки. Видимо, даже сейчас спустя много лет, воспоминание об этом приносило мужчине душевные страдания.

Он оттянул верхний край шарфа, так и прикрывающего его шею, и, поняв, она заметила этот жест, спросил:

– Вы позволите мне снять шарф? Ваш брат был прав, говоря, что в квартире тепло. Даже, пожалуй, жарко…

– Господи! – воскликнула девушка. – Да конечно же! Вам не нужно сидеть в нем постоянно! Снимайте! – и заметила, что он с облегчением разматывает длинное вязаное полотно и, аккуратно свернув его, кладет на все тот же диван. – И простите, что напомнила вам об этой потере…

– Заговор, конечно же, раскрыли, все преступники были казнены, но, к сожалению, родителей это мне не вернуло… Однако Его Величество взял меня под свою опеку, а позже позволил служить на благо Отечества, – он помолчал, а затем поднял над столом свой бокал. – А мы ведь так и не выпили за Новый год!

– И правда! – подхватила девушка. – Так давайте выпьем сейчас!

– Только перед этим позвольте и мне сказать тост, – попросил князь.

Аля взяла свой бокал и приготовилась слушать.

– Вы сказали сегодня, что наша встреча представляется вам странным событием. Я же хочу признаться, что я счастлив. Счастлив, что оказался в вашем мире!

– Вот как?! – удивленно воскликнула она. – Но ведь…

– Да, в вашем мире нет магии, к которой я привык, нет многого из того, что окружало меня всю жизнь. Но зато Судьба подарила мне возможность познакомиться с самой невероятной девушкой из всех, кого я когда‑либо встречал! И я хочу выпить за вас, Альбина! За то, чтобы вы оставались такой же доброй, щедрой и милосердной! И чтобы непременно были всегда здоровы и счастливы!

– Спасибо! – тихо ответила девушка.

Их бокалы соприкоснулись тонкими стенками, раздался мелодичный звон, и молодые люди поднесли края фужеров к губам, намереваясь выпить, когда в прихожей раздался сначала громкий звонок, затем не менее оглушительно хлопнула входная дверь, и вслед за тем послышалось какое‑то невнятное бормотание.