Камень. Книга девятая

– У молодого человека талант добиваться поставленной цели, а сейчас к этому таланту добавляется и… страшная репутация. Думаете, Романовы его в Монако на финальную часть переговоров просто так отправили? Они с помощью Алексея убивали сразу двух зайцев, как выражаются русские, – угрожали расправой Гримальди в случае невыполнения ими принятых обязательств и адекватно отвечали на провокации со стороны Германии и Англии после объявления известных договоренностей. Со всеми двумя поставленными задачами принц справился, надо отдать ему должное, просто блестяще! И решил по ходу еще одну важнейшую задачу, поставленную Романовыми – засветился по полной во всем мире в качестве этакого благородного рыцаря из дамских романов. Вы вообще понимаете, что увиденное нами сегодня в Монако повторится везде, куда бы принц ни приехал?

– Понимаем, – кивнул Умберто. – И зачем тогда твои писаки сегодня эту статейку идиотскую опубликовали? Зачем нам лишний раз русских с положительной стороны рекламировать?

– Николя попросил, – хмыкнул Людовик, – и даже заранее заготовку прислал. Но он больше о наших переговорах с немцами, англичанами и испанцами думал, чем из внука звезду делал.

– Тогда ладно… Так что там принц, какие у нас с ним перспективы в будущем? Он вообще договороспособен, или нам в случае отказа сразу… – итальянский король с бледной улыбкой провел себе по горлу ногтем.

– Вот тут мы вступаем на тонкий лед предположений, – протянул Людовик. – На основании собранной информации и исходя из выводов моих аналитиков, участие во всех этих переговорных процессах самого Алексея крайне тяготит. Он по сути своей человек действия и склонен к радикальному и максимально быстрому решению проблем без оглядки на последствия лично для себя. Не буду озвучивать все слухи о «подвигах» принца на родине, но угроза Гримальди, озвученная чуть ли не во всеуслышание и с милой улыбкой на лице, а потом то кровавое побоище на Ибице, решение о начале которого принял лично Алексей, как раз и укладываются в озвученный психологический портрет. – Людовик оглядел присутствующих. – Для нас это очень плохо, господа, потому как Романовы научились применять вышеуказанные особенности характера молодого человека с пользой для себя, и я совсем не удивлюсь, если Алексей за оставшееся время пребывания в Монако еще не раз с подачи родичей выкинет что‑нибудь этакое.

– И ему, что характерно, все сойдет с рук, – покивал головой Альбер. – И совсем не потому, что за ним стоят Романовы и вся Российская империя, и не потому, что он сейчас самая популярная личность на планете… А потому, что он великий принц Алексей, не побоявшийся бросить вызов королю Испании и способный не только в одиночку выстоять против круга из пяти колдунов, но и убить их голыми руками.

– И потребовать с меня их головы, – Людовик отсалютовал князю бокалом с вином. – Вот прилетят Николя с Мари, еще раз буду с ними разговаривать насчет брака Алексея и Стефании, – он зажмурился. – Черт возьми, какие могут получиться талантливые правнуки!

Все трое Медичи в это время сидели с опущенными головами и думали об одном и том же – что, если Романовы докопаются до истинных заказчиков нападения, а их самих заподозрят в помощи Ватикану? Что будет тогда? Защитит ли их папа от великого принца?..

 

***

 

На ужин мы слегка опоздали, но не критично, так что молодежь еще не успела разойтись по своим отелям.

– Вы всем подарки купили? – улыбающийся отец смотрел на доедающих десерт Марию и Варвару. – Никого не забыли? Дед, бабушка, мать? – Те кивали. – Что одноклассникам привезете?

– Хорошее настроение, загар и фотки, – Мария отодвинула от себя тарелочку. – Папа, мы уже не маленькие и обо всем позаботились, у нас только для Лешкиной Алексии два огромных чемодана модных шмоток! А еще для Кузьминой чемодан и для Решетовой.

Я заметил, как воспитатель слегка покраснел, что ему было отнюдь не свойственно. Родитель же продолжил «воспитательный процесс»:

– Надеюсь, себя‑то вы не обидели?

– Мы были очень скромны, – смутилась Варя, – насколько это было вообще возможно.

Тут влез братец Александр:

– Дядька, да они с Машей из бутиков не вылезали!

– Предатель!

Семейная «перепалка» продолжалась еще какое‑то время, за которое я успел пообщаться с Алексией в мессенджере и послать ей несколько фоток, сделанных на вилле сестер, намекнув девушке, что, если она захочет там отдохнуть ближе к лету, я смогу договориться. Кроме того, сообщил о завтрашнем возвращении Марии и Варвары в Москву с подарками для нее, часть из которых подбирал Иван Олегович. В ответ девушка прислала кучу смайликов и попросила передать Кузьмину привет от себя, Натальи и маленьких Виталика и Прохора.

– Алексей, прием! – родитель тряс меня за плечо. – Зову тебя, зову, а ты в телефоне завис! Глянь обзор прессы, мне только что прислали…

Из докладной записки следовало, что мою совсем не скромную персону обсуждают во всем мире только в положительном ключе! Исключение, понятно, делала пресса Испании, Англии и Германии, но и там имелись робкие попытки «объективного» освещения информации. Больше же всех отличились французские борзописцы, прямо намекавшие своим читателям на скорый брачный союз между мной и принцессой Стефанией для лучшего закрепления недавних соглашений по российским энергоносителям. Не обошли писаки и свежие кадры из

 

Монако, где я орал со вскинутым кулаком: «No pasaran!» Всеобщий вывод был однозначен: великий принц Алексей таким образом прямо говорил всему миру о недопустимости любого вмешательства в дела Российской империи!!!

Господи! Сколько же это еще будет продолжаться? А ведь впереди еще эта дуэль с Филиппом!

Отдав родителю телефон, вздохнул:

– Вы довольны, ваше императорское высочество?

– Помнишь у Толстого были рассуждения о роли личности в истории? – отец действительно был очень доволен. – Как видишь, граф был прав. Только за этот положительный информационный шум в отношении империи ты, сынок, достоин даже не «Георгия», а чего‑то гораздо большего!

– Аню Шереметьеву и ее деда с отцом лучше наградите, – опять вздохнул я. – А мне эти ордена куда?

– Разберемся. Лучше глянь, как японцы оперативно подсуетились и решили на тебе денег подзаработать, – родитель опять протянул мне телефон.

Зашибись! Вот и «авторский» мерч подкрался незаметно – экран демонстрировал белую футболку с надписью «No pasaran!» в районе груди, а ниже вполне узнаваемые очертания моей фигуры со вскинутым кулаком. Пролистнув вправо, убедился, что широкой общественности представлены футболки различных цветов и оттенков.

– Тунис с его швейными фабриками тут недалече, – продолжил тем временем отец, – завтра аналогичные футболки будут на прилавках Италии, а в течение пары дней и по всей Европе.

– Мы такие себе хотим! – заявили Мария с Варварой. – Вы нам отправите?

– Конечно, девочки. Только в России свои умельцы к этому времени указанные тренды подхватят.