Камень. Книга девятая

«Роллс‑ройс» бросили под ответственность французских полицейских, меня же с помощью братьев разместили в одном из минивэнов дворцовых.

– Владимир Иванович, как там ваши дети? – поинтересовался я у Михеева.

– Ваня заверил, что с ними все нормально, как и с младшим Петровым, – повернулся тот с переднего сиденья. – Сам‑то ты как?

– Что мне сделается? – вздохнул я. – Через пару‑тройку дней буду в порядке. А теперь вопрос, господа: если вокруг меня творится подобная херня даже в Европе, а вы мне ничем не можете помочь, кроме Вани, зачем вам лишний раз подставляться? А тут еще братья с сестрами и остальная молодежь рядом трется!

– И что ты предлагаешь? – буркнул сидящий рядом Прохор.

– Не знаю я! Понятно, что родичи не позволят мне… уж извините, от вас избавиться, но и меня тоже надо понять – не хочу я брать грех на душу за ваши жизни!

Тут влез Ванюша, сидевший с другой стороны:

– А за мою жизнь, значит, ты грех на душу готов взять, царевич? Прекращай уже эти гнилые разговоры! Это наша почетная служба, тебя охранять!

– О чем и говорю, – опять вздохнул я. – Везде засада! А гарантий, что подобные нападения не повторятся, нет никаких… Вот найти бы того, кого не жалко, чтобы его перед собой и вами в качестве лакомой такой приманки выставить… Как фонарь, на который ночью мотыльки слетаются… Цинично, конечно, звучит, но что делать…

– А чем тебе в качестве яркого фонаря наши сдавшиеся батюшки не нравятся? – буркнул колдун. – Уровень у них приличный, мимо них злодеи точно не пройдут, да и, если их грохнут, я лично слезы лить не буду.

– Лешка, – это был Прохор, – идея не так чтобы неосуществимая, а лояльность батюшек можно обеспечить через их родных. Вопрос в другом: ты сможешь их контролировать на все сто процентов, особенно на территории Европы?

– Смогу, – уверенно кивнул я и покосился на Кузьмина. – А Ваня мне в этом поможет…

 

***

 

Сюрпризы начались еще на парковке гостиницы «Шато Де Ля Массадьер» – вместо привычных сотрудников отеля нас встречали бойцы в черной форме морской пехоты Российской империи с АКСУ за спинами и кобурами с АПС на поясах.

– Это еще что такое? – не понял я.

– Морской спецназ со «Звезды», государь распорядился, – пояснил Прохор. – А командует ими всеми теперь наш доблестный подполковник Михеев, как большой специалист по охране особо важных персон.

– Специалист, бл@дь! – буркнул тот с переднего сиденья. – Как выясняется, я вообще защитить никого не могу!

Воспитатель потянулся и хлопнул Михеева по плечу:

– Не наговаривай на себя, Иваныч, – наш минивэн отвернул от общей колонны и двигался по одной из дорожек за показывающим дорогу пехотинцем, – твой покорный слуга во время нападения валялся в тачке рядом с тобой и тоже сынке ничем помочь не мог. Короче, отставить самокопания, государю виднее!

– Есть отставить…

Через десять минут я уже любовался из мягкого кресла чудными морскими видами, открывающимися с холма, на котором располагалась гостиница, потягивал из бокала апельсиновый сок и даже пытался радоваться жизни после недавних злоключений.

Чем больше я расслаблялся, тем больше мне нравился этот отель! Того же мнения, как оказалось, придерживалась и наша повеселевшая молодежь, ворвавшаяся вскоре в огромную общую гостиную на несколько номеров:

– Лешка, – Варя с детской непосредственностью скакала из угла в угол, – один выход из гостиной на террасу с видом на фруктовый сад и море, а второй к бассейну во внутреннем дворике! Спустилась из спальни со второго этажа и шагай, куда хочешь! А рядом с пляжем внизу есть еще и морской ресторан! Просто класс! – она вдруг смутилась и высказала общий вопрос: – Как ты себя чувствуешь?

– Нормально. Вы отдыхайте и не обращайте на меня внимания.

– Хорошо. Но мы к тебе все равно заходить будем! – с важным видом пообещала она.

– Сделайте милость, – кивнул я с улыбкой.

 

После обеда, который мне принесли в гостиную, Прохор в ультимативной форме потребовал от меня информацию для составления рапорта, а когда мы с Ваней переглянулись, заявил:

– Быстро колитесь, что у вас там еще случилось!

Я сделал движение рукой в сторону Кузьмина, мол, рассказывать ему. Колдун вздохнул и рассказал о моем приказе перед отключкой, добавив, что он теперь тоже поправленный.

– И ты именно так цесаревичу по телефону и доложился? – нахмурился воспитатель, а Михеев, тоже присутствующий на беседе, лишь хмыкнул.

– Про правило не сказал, не до того было…

– То‑то ты у нас таким кузнечиком молоденьким скачешь! – Прохор откинулся на спинку кресла. – Теперь вопрос к тебе, Лешка: за какие такие заслуги ты из нашего Ванюши героя решил вылепить?

– Так я его фактически убил, когда круг с ним образовывал, – попытка пожать плечами болью отдалась по всему телу. – Снес Ванюшин доспех до критических значений и подпитался остатками его ментальной энергии, а правило явилось единственным способом исправить ошибку. Так что Ванюша герой и есть, и в рапорте это должно быть отражено. Или есть другие мнения?

Круглыми глазами на меня смотрели все, в том числе и вышеупомянутый Ванюша, который прошептал, обращаясь к Прохору:

– Нихрена не помню, но, похоже, все происходило как тогда в поместье швейцарского банкира, только уже на совершенно другом уровне…

– На каком другом уровне? – поморщился я. – Тебя и без меня загасили по полной, вот мое подсознание и не рассчитало силу, хватаясь за твой облик, как за соломинку. В рапорте же напишем, как мы договорились. Кстати, там был и шестой, явно осуществлявший контроль за этими пятерыми.

– Вот с этого места поподробнее! – Кузьмин вскочил и уселся на корты прямо передо мной.

Пришлось описывать свои ощущения.

– Точно контролер! – колдун опять вскочил и забегал по гостиной. – Царевич, а ты его образ хорошо запомнил? Сможешь его… найти, как ты делал с Тагильцевым и Бирюковым?

– Не знаю, надо пробовать, но я пока на темп переходить не готов, не то состояние.

– Подождем, – отмахнулся он. – Я даже под это богоугодное дело готов с тобой круг образовать, чтобы с мразиной поквитаться.