Лилофея-1. Невеста водяного царя. Пленники подводного царства

– Я жду тебя… на дне морском, – его голос эхом отдавался в журчании воды. Слышал ли павлин?

Сенешаль недовольно кривил нос при виде фонтанов и очень уж агрессивно махал крыльями.

– Когда вещи так вот бросают, при условии, что они не старые и ненужные, то хотят навести порчу, – деловито пояснил он. – Вдруг, у тебя при дворе есть соперница, которая пошла к ведьме и наговорила это ожерелье, чтобы ты, надев его, стала уродиной.

– А откуда она знала, что я пойду по этому коридору, и раньше меня ожерелье не заберет кто‑нибудь другой?

– Дураку понятно. Рядом кабинет твоего отца. Сюда заходят лишь его приближенные.

– Ты не понимаешь шуток.

– Зато твои соперницы, зная твою страсть к блестящим вещичкам, знают на что тебя приманить.

– Кто‑то из них явно хочет отправиться в гарем вместо меня, – опять пошутила она.

– А вдруг? – серьезно отозвался павлин.

– Говорят, в гаремах места на всех хватает.

– Но там тоже существует конкуренция. Например…

– Расскажешь, потом, – Лилофея жалела, что нельзя прикрыть ему клюв пальцами. Павлин летал слишком высоко под арабесками потолка и трещал об очень неприятных вещах.

– Не заводи больше речь о гареме и жизни в нем, если хочешь остаться моим другом, – попросила она. Тут павлин понял и кивнул. Вот, даже с ним выходит можно договориться. Нужно лишь бить на жалость.

– Жаль, что Оквилания так зависит от морской торговли, что отцу придется в итоге отдать меня замуж за кого‑то из государств‑партнеров. Все короли уже женаты, есть шанс угодить лишь в султанский гарем.

– Есть еще морские короли, они не женаты… – это сказал не павлин. Лилофея огляделась по сторонам. Кажется, в фонтане кто‑то прятался. Она заметила за мраморным бордюром чью‑то голову. Похоже на ребенка, который решил проказничать и купаться в неположенном месте. К тому же волосы на его голове были вымазаны чем‑то зеленым, так что их настоящего цвета и не разглядеть.

– Эй! – окликнула проказника принцесса, но тот в ответ лишь хихикнул. Или это был всплеск воды? Лилофея даже не поняла, что именно успела рассмотреть: голову ребенка или блестящий чешуей рыбий хвост, который быстро взмахнул и исчез.

– Вот нахалы! – брякнул павлин.

– Кто?

– Морские жители!

– При чем тут они, – Лилофея крепко сжала в руке кораллы. – Это фонтан, а не море. Учись, понимать разницу.

Павлин хотел пробурчать в ответ ей что‑то сердитое, но Лилофея не дала ему такой возможности, заспешив вперед по коридору. У двери королевского кабинета она задержалась. Здесь не стояли охранники с алебардами. Это было весьма необычно. Изнутри доносились озабоченные голоса. Принцесса поддалась искушению и приложила ухо к двери.

– Что ты делаешь? Принцесса не должна вести себя, как шпионка, – озабоченно бурчал над ее головой павлин, но сам тоже настороженно вслушивался в звуки беседы.

Король говорил с советниками. Лилофея различала их по голосам. У кого‑то бас, у кого‑то баритон, у других приятные тенора. По окрасу голоса и слепой может догадаться, кто участвует в разговоре.

– Дела пошли слишком плохо! И все из‑за них! – жаловался бас старшего из советников. – Мне пришлось отдать им мою дочь. Бедняжку Катарину посадили даже не на корабль, а на спину чудовищного кита. С тех пор мы ее не видели, но недавно морская чайка принесла в клюве послание от нее. Ее не отпускают. Ее даже приковали золотой цепью, чтобы она не сбежала. Назад, на землю… ну, то есть на наше островное государство.

Пожилой мужчина явно мялся, опасаясь говорить напрямую.

– Есть задачи важнее, – возразил ему приятный тенор второго министра. – Первое торговля, второе угроза войны. С одной стороны флот султана, с другой более могущественный враг. Кого нужно умилостивить первым. Если решимся на союз с более сильной стороной, откинув неприятную память об опыте с Катариной, то заручимся союзником, который без труда потопит ради нас не только флот султана, но и армады всех торгующих с нами капризных королевств. Нужно выбирать сильнейшего. Тогда мы не останемся в накладе.

– Слишком рискованно, – это заявил уже сам король. – Мы не знаем, с кем имеем дело. Потопив врага, он потом уничтожит и нас.

– Я знаю, насколько он лукав, и как опасен и коварен его народ, – подтвердил один из советников.

– Точно! – закивали другие. – С ним рискованно иметь дело.

– Но еще рискованнее ему в чем‑то отказать, – вновь вставил свое слово второй министр, и все как‑то разом притихли. Видимо, возразить было нечего.

– Нельзя было строить так много фонтанов. Через них так легко проходить в наш мир, – опять наперебой заговорили советники. – Может, засыпать их все песком.

– Но тогда останутся озера и реки.

– Оградим их высокими дамбами, заборами, решетками. Всем, чем угодно, чтобы никто из воды не проник сюда.

– А где люди станут добывать питьевую воду?

– В этом и проблема. Они приходят из воды, и уничтожить их можно лишь вместе с водой, а без воды людям не выжить. Таким образом мы загнаны в угол, а им всюду раздолье.

Лилофея уже не могла определить точно, чей голос слышит. Все говорили наперебой.

– Тихо! – король стукнул кулаком по какой‑то твердой поверхности, очевидно по столу. – В последнем послании все сказано решительно. Кажется, мы им проиграли. Конечно, больше можно не ловить рыб, в чьем брюхе зашито послание и не пускать в порт странных мореплавателей с раковинами вместо ушей, но послания будут приходить все равно. И они становятся все более угрожающими. А созывать армию бесполезно. Со стихией не повоюешь.

И снова внутри раздался гвалт возмущенных голосов.

– Они приходят из моря.

– Они угрожают всем нам.

– Как с ними бороться?

– Отдадим принцессу, как они того хотят.

– Нет, ни в коем случае, – это сказали в один голос король и первый министр. Последний мечтал жениться на принцессе сам. Лилофея это знала, поэтому старалась как можно реже попадаться ему на глаза. Уж слишком плотоядно он на нее смотрел. Естественно, учитывая то, что вместе с красивой девушкой ему точно достанется хотя бы полстраны.

Лилофея не хотела, чтобы первый министр добился в сватовстве успеха, но перспектива быть отданной неизвестно кому ее тоже не прельщала.

– Их предводитель хочет именно принцессу, он считает, что она одной крови с ним.

– Вернее, уж одной воды, учитывая то, что ее мать когда‑то прибыла из‑за моря.

– Он не утопит ее, хотя бы какое‑то время, а мы получим фору.

– С одной стороны он может принести ее в жертву, а с другой дать за нее щедрый откуп.

– В любом случае ему нужна именно принцесса, иначе он не оставит нас в покое.