Лилофея-2. Супруга водяного царя. Пленники подводного царства

– Это хорошо. Значит, частично ты всегда принадлежала к нашей расе.

– Я теперь даже не знаю, кто я: водяница или землянка, которая вынуждена жить под водой? Я бывшая земная принцесса и нынешняя царица морей. Серединка на половинку! И не то и не другое! К какой расе меня сейчас правильнее отнести: морген или людей?

– Я бы отнесла тебя к пленникам подводного царства. Это такие люди, которые оказались связаны с нами с помощью любви или волшебных чар. Кого‑то под водой удерживают заклинания, кого‑то их собственные чувства. Но и те, и другие считаются пленниками. А твое сердце в плену у подводного властителя?

Лилофея промолчала. Признаваться Моралле в том, как сильно она влюбилась в водяного царя, совсем не хотелось. Можно ли Моралле доверять? До сих пор она была очень двуличной.

– Ты хорошо справляешься с моей арфой. Существа из нее тебя не дразнят?

– Слуги из нее, ты хочешь сказать?

– Ну, да, – только вот служить Лилофеи они не спешили, скорее дурили ей голову разными посулами.

– Каждая струна это дух‑слуга. Играя, ты можешь ими управлять, а еще той силой, что скрыта в этой арфе. Чудесная вещь! Очень могущественная. С помощью нее можно горы свернуть, если умеешь ею пользоваться, разумеется.

– А ты меня не научишь?

Моралла взглянула на нее с изумлением.

– Ты царица морей и не умеешь обращаться с атрибутом собственной власти!

– Ты говоришь про арфу так, будто это жезл или скипетр.

Моралла деловито кивнула.

– Только в отличие от них она не чисто символическая, в ней есть реальная власть. Только не говори, что ты об этом не знала.

– Ну, если честно, то нет.

– Сразу ясно, зачем Сеал позвал меня сюда. Только он не сказал, что тебе нужна наставница, а не наперсница.

Моралла взялась учить ее играть. Игра на волшебной арфе оказалась сложным занятием. Тут нужно не только сочетание нот. Тронешь не ту струну и вместо затишья на море, начнется шторм. Ненароком порвешь струну, и море выйдет из берегов и затопит все прибрежные земли. Один раз Лилофея, сама не зная как, вместо пажей‑рыб вызвала двух служанок с головами‑улитками и острыми лезвиями вместо рук. Благо, Моралла тут же прогнала их назад в арфу.

– Этих близняшек стоит звать лишь тогда, когда тебе кого‑то надо убить. Если не нужно защищаться от врагов, то лучше их не тревожить, иначе они накинуться на тебя саму. Они очень кровожадны, как и чудовище, которое можно призвать, если долго натягивать крайнюю струну. Запомни! Иначе быть беде.

Лилофея старалась затвердить все наставления Мораллы, но запомнить нужно было столько, что в голове не укладывалось.

– Давай на сегодня закончим первый урок! – предложила она Моралле.

– Я надеялась, что до второго урока не дойдет. Это же все так просто!

– Смотря для кого!

– А говорили еще ты особенная. Более одаренная, чем все мы. Прости за откровенность, но ты какая‑то заторможенная, как будто тебя заколдовали, и ты не можешь до конца раскрыть свой потенциал.

– Я просто еще не освоилась здесь, под водой.

Лилофея осторожно перебирала струны, и массы воды закручивались в сверкающий вихрь под ее музыку.

– Уже лучше! Только контролируй не одни руки, а еще и внутреннюю энергию. Не бойся раскрыть в себе магические задатки, и тогда все начнет выходить само собой. Стараться уже не придется.

Моралла сидела на тумбе, а осьминожьи хвосты шевелились вокруг нее.

– Ты даже под водой напоминаешь знатную леди, которая во всем соблюдает этикет, – заметила Лилофея.

– Вот поэтому шпионкой ко дворам людей засылают меня. Под платьем не видно, что я не человек. Жаль только, что в жаре я потею перлами. Так меня можно обличить.

– А тот жутковатый горбун, который служил тебе при дворе, тоже из морген?

– Как ты сама догадалась! – саркастически хмыкнула Моралла, поправляя островерхий колпак с вуалью у себя на голове. Этот колпак делал ее похожей на озорную фею. – Хочешь посмотреть в своем чудесном зеркале‑наблюдателе, как рыбы удирают с дворцовой кухни. Это я их научила выскальзывать из‑под разделочных ножей и выпрыгивать прямо из кастрюль, обжигая кипятком поваров. При дворе сейчас скандал. Все считают, что челядь сильно пьет, несмотря на то, что даже бочонки вина из Этара до сих пор стоят нетронутыми.

– Султан Этара до сих пор присылает дары в Оквиланию?

– Только вино, пряности и восточные сласти. Он не хочет рвать дружеских отношений с твоим отцом, хотя до него уже должны были дойти слухи, что по официальной версии ты считаешься без вести пропавшей в море.

– Твой слуга остался шпионить при дворе?

– На самом деле он мне не слуга, а компаньон. Сейчас он в Оквилании. Для нас незаменима его способность неслышно ползать по стенам и потолкам, чтобы подслушивать и подглядывать. Он так ловко умеет добираться до разных щелей и замочных скважин, что я сама диву даюсь.

– А зачем нужны шпионы, если есть зеркала‑наблюдатели, – Лилофея кивнула на свое зеркало на туалетном столике. – Еще я слышала, как их называют зрячими зеркалами, потому что они могут видеть и показывать все, что происходит на поверхности.

– А такое зеркало называют «оком шпиона». С помощью него действительно можно шпионить за любой частью земли и за любыми людьми, но поверь опытной даме: живого шпиона иметь куда полезнее, чем вечно верить зеркалам. Когда слишком им доверяешь, они начинают хитрить и обманывать. Они ведь тоже живые, как твоя арфа.

– А русалка на ее корпусе тоже живая?

– В какой‑то степени, но ее нельзя сравнивать с настоящими русалками, которые плавают по лабиринтам этого дворца.

– Хорошо быть русалкой и плавать в воде?

– Не могу сказать точно. Я не совсем русалка, если ты заметила, – Моралла показательно пошевелила всеми своими конечностями. Они напоминали живую паутину под платьем. – Но мне, честно говоря, моргеной в воде быть куда комфортнее, чем притворяться человеком. Наверное, и русалкам с их плавниками в море очень привольно. Хотя, я у них ни разу не спрашивала. Но они вроде как ни на что не жалуются.

– Хотела бы и я…

– Что? – водянистые глаза Мораллы заинтригованно сверкнули.

– Это всего лишь мечта. Я не могу, даже если захочу, быть такой же проворной в воде, как русалки.

– Ты все можешь! Ты ведь царица моря! Попробуй и пожелай! И исполнится!

Лилофея встала и ощутила, как что‑то меняется. Шлейф, обволакивавший ноги, слился с кожей. Да и самих ног уже не стало. Они срослись сверкающим чешуйчатым хвостом с роскошными белыми плавниками. Шевелить хвостом оказалось так просто и легко, что Лилофея засмеялась.

– Я – русалка!