Локальная метрика

Условным вечером, когда, отправив Младшего спать, сели втроём, обнявшись, на кровати смотреть старый сериал «Твин Пикс» – мы с женой после долгого перерыва, Василиса впервые, – я подумал, что миру пришлось сломаться, чтобы мы вот так собрались вместе. Нас почти постигла судьба многих современных семей – когда все друг друга любят, но не общаются. Работа съедает время, усталость от неё – отношения. Только здесь и сейчас я научился разговаривать о серьёзном с неожиданно выросшей дочерью, рассказывать, как устроен мир сыну, говорить с женой о том, на что не находилось времени раньше. Парадоксально, но даже при маячащих впереди нерадостных перспективах, я в чём‑то был счастлив. В несломанном мире я бы уже, упахавшись на работе, засыпал за книжкой, жена уткнулась бы в ноутбук, а дочка заперлась в своей комнате, заткнув уши наушниками и переписываясь в социалках. И не было бы этих длинных разговоров за чаем, в которых я узнал о своей жене больше, чем за всю предыдущую совместную жизнь. Не было бы азартных настольных игр с шуточными препирательствами о правилах и жалобами на то, что «Папа всегда выигрывает, так нечестно!». Никто не объяснил бы Младшему, что из конструкторов можно собирать не только то, что нарисовано на коробке, и это гораздо интереснее. Если мир когда‑нибудь всё же починится, надо бы не потерять это ощущение слияния. А если нет – ну что же, мы, по крайней мере, сделаем всё возможное.

 

Глава 5. Артём

 

Лопата на заправке нашлась. Ничего более смертоносного, к сожалению, не оказалось. Я не кровожаден, но придерживаюсь старинной максимы: «Животное, включившее человека в свою пищевую цепочку, должно быть уничтожено». Эта установка спасла нас как биологический вид задолго до появления «Красной книги» и зоозащитников.

Лопата в руках и решительный вид убедили собак оставить свою отвратительную трапезу и ретироваться, прорычав через плечо что‑то вроде «ещё встретимся». Небось, за подкреплением пошли, так что надо поторопиться. Я почему‑то не мог бросить труп этой женщины на доедание, в этом было что‑то глубоко неправильное. Со вздохом воткнул лопату в газон рядом и, стараясь не смотреть на истерзанное тело, начал копать. Мешала покусанная нога, земля была рыхлой только сверху, а дальше пошла плотная глина, лопата оказалась не очень удобной – в общем, могила вышла так себе. Я начинающий деревенский житель, лопатный скилл пока не наработал. Расстелил на земле белую штору, сорванную с окна подсобки, лопатой перекатил на неё труп – взяться за него руками было выше моих сил, – завернул и спихнул в яму. Закидал землей, сформировал холмик, подумал, что надо что‑то сказать – но не придумал, что именно. На душе было крайне мерзко, во рту как кошки насрали, да еще и мозоли от лопаты на ладонях.

В минимаркете заправки наконец‑то обрел стаканчик кофе. Аппарат тут простецкий, просто кнопку нажать. Распечатал пакет круассанов, недобрым словом помянул запрет торговли алкоголем на АЗС. Стаканчик коньячку мне бы сейчас лучше зашел. Зато сигареты есть, уже что‑то. С удовольствием нарушив запрет курения на заправках, немного успокоился и увидел то, что стоило заметить сразу – у заправочной колонки стоял автомобиль.

Не новый, но на вид ещё приличный синий пикап «Форд‑рэнджер». Судя по пистолету, вставленному в бак, дизельный. Дорогая внедорожная резина – если владелец на такую разорился, то, скорее всего, и за машиной ухаживал. Теперь вопрос на миллион – забрал ли он ключи, когда пошел платить за топливо? Я никогда не забираю, оставляю болтаться в замке зажигания. Но то я. Люди бывают разные. Затушив окурок в остатках невкусного кофе, пошёл проверить. Перед тем, как выйти, огляделся через стеклянную дверь – никого. Ни одной собачьей морды. Надеюсь, они не устроили засаду кустах – это было бы уже чересчур.

Хорошая новость – ключи в машине были. Плохая – заправиться её владелец не успел. Когда я включил зажигание, загорелась лампа резерва. Совсем паршивая новость – пока я ковырялся, на заправке вырубился свет. Где‑то пищал бесперебойник, компьютеры ещё работали, но насосы теперь не включить – даже если бы я знал как.

Я наивно думал, что если на АЗС многие тонны топлива, то его можно относительно просто добыть. Открыть крышку, взять ведро на верёвке… Мой герой в одной пиздецоме так и поступил, лихо начерпав себе полный бак. Теперь мне было немного стыдно – под крышкой резервуара оказался только плотно собранный узел из труб и фитингов, какие‑то краны и клапана. Люка для ведра на случай апокалипсиса конструкторы не предусмотрели. Единственная свободная труба внутрь, которую я принял за пробоотборник, имела диаметр сантиметров десять. То есть, при наличии всасывающего насоса и шланга, наверное, можно было бы что‑то накачать, а так… Из подходящих по диаметру ёмкостей мне приходила в голову разве что пивная бутылка. Но она просто не утонет, ей в трубе перевернуться негде. Пробы, наверное, какой‑нибудь специальной штукой берут, но я не знаю, как она выглядит и ничего похожего мне на заправке не попадалось.

В отделе со всякой мелочёвкой надеялся найти электрический перекачной насосик, чтобы присобачить к нему длинный шланг, запитать от аккумулятора, опустить в резервуар… Не нашёл – чем, вполне вероятно, уберег себя и город от впечатляющего взрыва паров топлива в подземной цистерне. Нашёл ручной шланг с резиновой грушей, для слива топлива из бака. Он навел меня на разумную мысль, что топливо бывает не только на АЗС.

Ну что же, теперь у меня была в плюсе машина, блок сигарет и кофе, который я выгреб из здешней кофеварки. В автомобиле было на донышке топлива, а кофе в зернах требовал отсутствующей у меня кофемолки, но это уже шаг вперед. Ах, да – лопату я тоже заберу. Надеюсь, больше не пригодится, но пусть будет.

Дизельных машин в городе оказалось куда меньше, чем хотелось бы. Не любят мои земляки запах солярки по утрам. Может быть, правильнее говорить «не любили», но я всё ещё надеюсь, что пресловутый чёрт утащил их живыми. Где‑то они все сидят и тоскуют по своим опустевшим квартирам и брошенным машинам, заправочные лючки которых я сейчас пошло взламываю монтировкой. Проклятые конструкторы современных авто как нарочно делают баки так, что шланг в них хрен засунешь. Я уже думал, что останусь без колёс, но спасла фура. У магистрального тягача дизель и огромный бак снаружи машины, за что ему, безусловно, моя горячая искренняя благодарность. Я взмок, пока сворачивал замок на горловине, потом угваздался соляркой и теперь приятно пах натуральным деревенским трактористом. Для полного соответствия не хватало запаха перегара, но я надеялся этот временный недостаток вскоре устранить. Ближе к вечеру, когда доберусь домой. Ну а пока оставалось ещё одно важное дело.

 

Я никогда не имел оружия, кроме казённого автомата в армии. Я слишком ленив, чтобы оформлять все необходимые бумажки просто ради того, чтобы поставить в сейф нафиг не нужное мне ружьё. Добывать себе мясо на еду в наших краях гораздо результативнее при помощи кошелька. Держать оружие просто «на всякий случай» не кажется мне хорошей идеей – как показал недавний опыт сопредельных территорий, в случае всевозможных социальных катаклизмов недостатка в оружии не возникает. Наоборот, в какой‑то момент его становится слишком много. В пиздецомы же я до сегодняшнего дня не верил – странно верить в то, что сам же и придумал. В общем, мои вялые размышления «а не купить ли, например, ружьё» никогда не воплощались в действие. Но теперь, кажется, есть повод. Сдаётся мне, в оружейных сейчас большие скидки…

Магазин «Арсенал» встретил меня неприветливо запертой железной дверью. Но я не ожидал ничего другого и был готов. Подогнал пикап задом к окну, заложил между прутьями решётки массивный реечный домкрат, зацепил за него стальной трос, удачно снятый с грузовика, второй конец – на фаркоп. Разгон, рывок – и решётка в клубах кирпичной пыли гремит по асфальту. Вот и всё, путь, можно сказать, свободен.